Девушки из хижины - Минка Кент

– Рен, мне нужно в отхожее место, – шепчет меньшая.

Отхожее место?

Мэй смотрит на меня и шумно выдыхает через нос.

– Отхожего места у меня нет, – говорю я извиняющимся тоном, – но есть ванная. Она как уборная, только с водопроводом и светом. – Поднимаясь, добавляю: – Я провожу тебя. Это дальше по коридору.

Сэйдж смотрит на Рен, и та говорит ей, что можно идти. Двигаюсь по коридору к ванной, малышка с глазами цвета кофе следует за мной. Включаю свет, отступаю в сторону, но Сэйдж не заходит. Вцепившись руками в дверную коробку, она стоит и смотрит.

– Ты когда-нибудь раньше пользовалась такой ванной? – спрашиваю я.

Закусив нижнюю губу, она мотает головой. Взгляд ее перемещается с унитаза на смеситель, с зеркала на меня.

Подхожу к унитазу и поднимаю крышку.

– Сюда ты… облегчаешься. – Показываю на хромированный рычажок позади бачка и объясняю: – Когда закончишь, нажми это.

Не хочется, чтобы она пугалась, поэтому устраиваю демонстрацию, спустив чистую воду в унитаз. Она наблюдает, как вода бурлит в чаше белого фарфора и исчезает.

– Потом моешь руки вот здесь. – Поворачиваюсь к смесителю, включаю и выключаю холодную и горячую воду, потом показываю на белый дозатор и серое полотенце на решетке слева. – Это мыло. Руки вытираешь этим, когда вымоешь.

– Спа… спасибо, – говорит она, прижимая руки к впалому животу.

Оставив ее одну, возвращаюсь на кухню. Помощница шерифа Мэй встала из-за стола, отошла и разговаривает по рации.

Рен смотрит перед собой пустым взглядом, и Мэй жестом зовет меня в коридор.

– Мы отвезем их в больницу, – говорит она мне. – Они пройдут полное медицинское обследование, их состояние оценит психолог. Мы привлекли и службу защиты детей.

Сама не знаю, чего ожидала, но все происходит очень быстро. Только что они стучались в дверь, просили помощи, дрожали как осиновые листья, а в следующую минуту уже уплетали за обе щеки мое угощение. А тот факт, что мне пришлось показывать Сэйдж, как пользоваться современной ванной комнатой, делает ситуацию совершенно особенной.

– Я могу поехать с ними? – спрашиваю я.

Мэй выгибает левую бровь.

– Понимаю, мы не знакомы, но они одни, – объясняю я. – Они напуганы. Им нужен кто-то… не в форме… кто может побыть с ними, ответить на вопросы, убедить, что все будет хорошо.

– Миссис Гидеон, ценю вашу заботу, но…

– Пожалуйста, – прошу я, не давая ей договорить. – Я не стану вмешиваться. Не буду вам мешать, я просто… Мне думается, им нужен кто-то, кто не находится при исполнении служебных обязанностей… Не обижайтесь… А сейчас у них есть только я.

Мэй делает паузу, потом скупо улыбается мне, словно хочет ободрить.

– Ладно. Хорошо. Если девочки не против, можете находиться там. Но вы не получите доступа к их медицинским данным и внутренней информации, связанной с этим расследованием.

– Прекрасно понимаю. – Я прикладываю правую руку к сердцу.

Наш разговор прерывается стуком в парадную дверь. Через минуту в фойе слышатся шаги. Смотрю через плечо Мэй и вижу еще двух помощников шерифа. Топот тяжелых ботинок и пронзительный писк раций эхом разносятся по дому.

– Сюда, – зовет Мэй. Ее руки снова тянутся к ремню.

Тут раздается оглушительный визг – он несется по коридору от ванной комнаты. Бросаюсь туда и нахожу Сэйдж, прижавшуюся к стене. Она заткнула уши, зажмурилась и рыдает.

Мужчины подходят к двери, потом оглядываются на Мэй. Сестра Сэйдж протискивается между ними, кидается к ней, и Мэй делает знак мужчинам отойти и скрыться с глаз.

Рен обнимает Сэйдж, шепчет ей что-то на ухо. Рыдания тут же стихают, хотя грудь маленькой так бурно вздымается и опадает, что я опасаюсь гипервентиляции.

– Девушки… Девушки… – произносит Мэй, наклоняясь к ним. – Что происходит? Это помощники Альварез и Томасон. Они приехали помочь. Вам незачем их бояться, уверяю. Они просто попробуют пройти по вашим следам, может, найдут какую-то подсказку, откуда вы пришли.

Младшая прячет лицо на худой груди Рен, а та крепко обнимает ее.

– Она думала… думала, что это… что это мужчина… из нашей хижины…

Голос ее дрожит, она силится закончить мысль, но Мэй перебивает:

– Ну ладно, ладно. Давайте по порядку. Вы не обязаны находиться в обществе мужчин, если не хотите. Когда приедем в больницу, попросим, чтобы доктора и медсестры были только женщины.

Отвернувшись, Мэй взглядом дает мне понять, что дело сложнее, чем мы думали.

– Доктора? – спрашивает Рен, оживляясь. – В этой… больнице есть доктора?

Сэйдж утирает слезы рукавом и смотрит на сестру.

– Рен, может быть, Иви там?

Помощница шерифа упирает руки в бока.

– Кто такая Иви?

– Еще одна наша сестра, – объясняет Рен.

Мэй трет переносицу.

– Так вас трое?

Рен кивает.

– Иви заболела. Мама повела ее в город узнать, может ли доктор ей помочь. Это было несколько месяцев назад. Они так и не вернулись.

Складки между бровей Мэй становятся глубже. Все мы вчетвером погружаемся в молчание, но тут кто-то вызывает Мэй по рации, и она выходит в соседнюю комнату, чтобы ответить. Через секунду помощница шерифа возвращается.

– Нужно ехать, – сообщает она. – В больнице нас ждут.

У стойки регистрации показываю на девочек и помощницу шерифа Мэй:

– Я с ними.

Мэй кивает и машет мне рукой.

В город я ехала в какой-то жуткой тишине, хотя унылая местность озарялась теплым сиянием позднего зимнего рассвета. Картина мрачная, но символичная, для которой годятся самые разные толкования.

Рен и Сэйдж разместились на заднем сиденье «Крузера» помощницы Мэй, а следом ехала я на своем внедорожнике. С расстояния в несколько корпусов автомобиля я видела, как они сидят, обнявшись, и то и дело оборачиваются, смотрят на меня ввалившимися глазами.

И представляла себе, как они напуганы.

Из-за автоматической двери появляется медсестра в розовом халате. Широко раскрытыми глазами она пристально рассматривает девушек.

– Все нормально. Это медсестра, – говорит Мэй. – Она пришла за вами.

Рен поворачивается ко мне:

– Вы пойдете с нами?

Смотрю на помощницу шерифа:

– Если помощница Мэй разрешит.

Мэй кивает, хотя я уверена, что это не соответствует протоколу. Ситуация достаточно уникальная, и она рискует собственным положением, чтобы девочки чувствовали себя уверенней и могли сотрудничать.