Поведай нам, тьма - Ричард Лаймон

Домой Говард позвонил из уличного автомата. Трубку снял отец, мать подключилась к параллельной линии.

Он уже решил рассказать им правду. По крайней мере, какую-то ее часть.

— Я на несколько деньков припоздаю, — сказал он, — если вы не против.

— Что так? — поинтересовался отец.

— Ребята пригласили меня на вылазку.

— Вот и замечательно, — вмешалась в разговор мать. Она всегда уговаривала его завести новых друзей.

— Мы планируем выехать сегодня и пробыть в горах пять-шесть дней. Никаких возражений?

— Я не против, — ответил отец. — Будет здорово. Твои друзья знакомы с местностью, куда вы направляетесь?

— Да. Они уже бывали там.

— Ну тогда все в порядке.

— А с этими ребятами ты достаточно хорошо знаком? — осведомилась мать.

— Ну да. У нас было несколько общих курсов.

— Это хорошо, что они пригласили тебя.

— Да, славные ребята.

— Позвонишь, когда вернешься?

— Непременно.

— А как же твой билет на самолет? — спросил отец.

— Так я его еще не покупал. Собирался забронировать сегодня, но решил подождать до возвращения.

— Замечательно. Сообщишь, когда тебя встречать.

— Конечно. До свидания.

— Будь осторожен, милый.

— Обещаю.

— Не скучай, — сказал отец.

Повесив трубку, Говард с облегчением вздохнул. Он опасался, что столь резкое изменение планов будет встречено родителями в штыки, но, похоже, они с радостью восприняли новость о его небольшом приключении. Ясно, что их отношение было бы совсем иным, если бы он рассказал им все. Особенно о девочках. Слава Богу, не пришлось много врать.

В спортивный магазин Говард возвращался в благодушном настроении.

Войдя в зал, он увидел Кита и Глена, набрасывавших в тележку всякую еду.

— Ну и как отнеслись к этому твои старики, Гаубица?

— Без проблем.

— Должно быть, врал безбожно, — заметил Глен. — Иначе тебя вздрючили бы.

— То, чего они не знают, им не повредит.

— Ага, вот поэтому-то я ничего не рассказываю своим, — промолвил Глен и вернулся к сбору съестного. В тележке были свалены в кучу пакеты с различной высушенной снедью и фруктами, упаковки нарезанного ломтиками бекона, концентраты для пудинга и прохладительных напитков, банки растворимого пунша, какао и кофе, плитки «тропического» шоколада и пачки печенья. Говарда больше интересовали девчонки, но он решил какое-то время побыть рядом с Гленом и Китом.

Выбирал в основном первый. Видимо, он точно знал, что ему надо, но всякий раз, обнаружив на полках какую-нибудь диковинку, восклицал. «Ты гляди!» или: «Пойдет!». Глен не возражал против выбора и лишь время от времени подсмеивался над энтузиазмом приятеля. Кит сказал Говарду, чтобы тот не стеснялся и брал с полок все, что приглянулось.

— О, мне кажется, Глен великолепно с этим справляется, — бросил Говард и пошел разыскивать девчонок.

Он нашел их в дальнем углу торгового зала. Завидев его, Анжела улыбнулась. В руках у нее были красные пакеты. Лана передала Дорис пару бутылок горячительного, и та положила их в тележку.

— Все прошло нормально? — поинтересовалась Лана.

— Нормально.

В тележке уже лежали плащ-палатки, пластиковые фляги для воды, наборы посуды и столовых приборов. Все в двойном экземпляре.

Лана заглянула в список, составленный по дороге.

— Ну вот, почти все, — сказала она. — Остается только туалетная бумага, мыло и средства против насекомых.

И они направились в другой отдел.

— Что вы решили насчет палатки? — спросил Говард.

— Обойдемся. Тем более, так долго мы не собираемся там торчать. Если попадем в грозу, разместимся в моей и в Гленовой.

— Будем уповать на благоприятную погоду, — добавила Дорис.

— Двух вполне достаточно. И они такие тяжелые — вспотеешь таскать за собой.

— Глен набирает столько еды, — заметил Говард, — что в наших рюкзаках вряд ли нашлось бы местечко для еще одной палатки.

Лана рассмеялась.

«Ну вот, мои слова развеселили ее».

И Говард обрадовался. Попробовал было придумать еще какое-нибудь остроумное замечание, которое вновь вызвало бы ее смех, но решил не испытывать судьбу.

Чуть приотстав, он пошел рядом с Анжелой за тележкой.

— Давай поднесу.

— Да, спасибо.

И Говард взял у нее из рук оба пакета.

— У тебя есть все необходимое? — спросил он.

— Вроде да. Я ведь раньше никогда не бывала на вылазках.

— Думаю, в список попали в основном все предметы первой необходимости. А что-нибудь теплое на ночь у тебя есть?

— Мои тренировочные костюмы.

Тренировочные костюмы. Шкаф… Сердце Говарда затрепыхалось в груди.

— Интересно, они уже высохли? — промолвила она и как-то странно на него посмотрела. В этом взгляде были смущение, сожаление, нежность и надежда. И у Говарда от него стало легко на сердце и радостно: как хорошо, что он удержался от соблазна и не полез к ней прошлой ночью в машине. И ему очень захотелось обнять Анжелу.

— Ты взяла куртку?

Девушка покачала головой.

— Она такая большая и тяжелая.

— Давай купим тебе ветровку.

— Нет, право…

— В одной кофте ты можешь продрогнуть. Я все-таки куплю, ладно?

— Нет, ты совсем не обязан это делать.

— Но я хочу. Ты можешь вернуть мне деньги, когда мы найдем сокровище Батлера, — предложил Говард. — Если тебя это больше устроит.

— Что ж, ладно.

Они отделились от Ланы и Дорис и в секции верхней одежды выбрали облегченную красную ветровку. Анжела примерила ее; вид у нее был потрясающий.

Рядом стоял женский манекен в розовой фуражке с длинным козырьком, фиолетовом топике и шортах. Шорты были под цвет топика, но из такой тонкой атласной ткани, что шевелились от малейшего движения воздуха в магазине.

— А как насчет шорт? — спросил Говард. — Ты взяла их с собой?

— Да, взяла. Говард, ты не обязан покупать мне больше ничего. Серьезно.

— В таких тебе было бы здорово. В горах порой стоит страшная жара.

Подойдя вплотную к манекену, Анжела внимательно посмотрела на шорты. Затем пощупала материал двумя пальцами и, обернувшись через плечо, заглянула ему в глаза.

— Ладно. Если ты твердо убежден, что хотел бы их на мне увидеть.