Наследие Эдварда Гейна - Влада Ольховская

Девушка была похожа на Светлану Шевчук. Дмитрий все равно не брался сказать, она это на самом деле или нет, а вот ее мать было не обмануть:

— Это она, не сомневайтесь. Снимок сделан в Марокко через год после исчезновения Светы. Это точно она.

— Она не похожа на пленницу…

— Первые впечатления обманчивы, — сухо парировала Елена. — Человек, который продал мне этот снимок, рассказал, что это квартал частных вилл, которые арендуют очень богатые люди. Охраняемая территория, на которую невозможно свободно зайти — или выйти.

— Вы сообщали об этом полиции?

— Для них размытая фотография значила не больше, чем для вас.

— Я не говорил, что она ничего не значит…

— Не оправдывайтесь. Не вы один такой. Я уже к тому моменту устала на кого-то надеяться и полетела туда сама.

— Что вы надеялись сделать? — удивился Дмитрий.

— Я и сама не до конца понимала. Я только чувствовала: мне нужно быть там. Если моя дочь действительно была заперта в этой вилле, я бы нашла способ освободить ее. Выцарапала бы, вырвала оттуда! К сожалению, когда я наконец добралась до Марокко, вилла уже опустела.

— И вы не знали, кто хозяин?

— Хозяин в этом случае бесполезен — вилла сдается в аренду. Мне так и не удалось узнать, кто снимал ее в тот период, у кого оказалась Света. Но я узнала главное: моя дочь жива! На том лайнере ее преследовал не убийца, а похититель. Я и сейчас в это верю!

Напрасно, однако Дмитрий все еще не мог сказать об этом. Может быть, после похищения Свету и держали несколько лет в плену. Но ее судьба все равно решилась печально.

А вот возможности ее похитителя поражали! Он забрал девушку из Испании, привез в Марокко, потом потащил с собой дальше — как будто в этом нет ничего особенного! Но ведь и с другими иностранцами, тела которых нашли в парке, было так. Можно ли остановить того, кто поднялся так высоко?

Попытаться точно стоит. Тем более что разговор с Еленой все-таки дал ему необходимую подсказку. Может, у матери пропавшей девушки и не получилось вычислить, кто снимал виллу. Но уж теперь-то этого можно добиться! Когда они получат имя, им останется только проверить, мог ли этот человек похитить и других жертв, а потом убить их уже на территории России.

Если все сойдется, остановить его получится раньше, чем они предполагали.

* * *

Медичка эта, Карина, была нервной и не в меру эмоциональной, но все-таки не бесполезной. Анна дала ей не самое простое задание, с которым та справилась на отлично.

У Карины получилось очень точно отсканировать остатки костей. Благодаря этому компьютерная программа воссоздала пропавшие осколки и направила данные на 3D-принтер. Теперь на столе перед Анной лежали десятки пластиковых имитаций человеческих костей.

Хотя на кости они как раз не походили, скорее — на кусочки трехмерного паззла. Слишком ровный срез, слишком сложный, необычный угол использован. Иногда от убийцы требовалась ювелирная работа, чтобы вырезать кость именно так — и никак иначе. Это не случайность. Не бывает таких случайностей.

Она знала, что работа над телами продолжается — и будет продолжаться еще очень долго. Анна не собиралась все это время оставаться в лаборатории, ее там отвлекали. Поэтому, получив модели костей, она вернулась в тихое уединение своего дома.

Когда система безопасности предупредила ее о приближении автомобиля, она не была удивлена. Она знала, что Леон рано или поздно появится. Он появился рано — позвонил и назначил встречу, она не стала возражать. Ей по-прежнему не хотелось сложных эмоциональных разговоров, однако сейчас Анна была готова к ним больше, чем сразу после возвращения из Америки. Все-таки ситуация с Кроутером серьезно ее задела — она вынуждена была признаться в этом хотя бы себе.

Но теперь она восстанавливалась. Анна снова чувствовала в себе нужное спокойствие, уверенность, которая много лет вела ее вперед. Поэтому она не сомневалась, что теперь им с Леоном удастся избежать неловкого молчания и взаимных обид.

Она не вышла встречать его, потому что не могла отвлечься от работы. Анна сидела за компьютером, работала с графическим редактором, где были сохранены все модели костей. Она чувствовала: прорыв уже близко, нельзя отвлекаться. Поэтому она просто открыла Леону дверь, позволяя спуститься в бункер.

Это была ее территория безопасности, зона комфорта, если угодно. Место, о котором знали немногие. А уж входить сюда вот так было дозволено только Леону. Интересно, он хотя бы догадывается об этом? Может, и догадывается, он неплохо ее изучил.

Леон тоже не выглядел робким или обиженным. Он, конечно, не веселился — сейчас для этого не было поводов. Однако Анна уже могла сказать, что он сейчас не будет загонять ее в угол неловкими вопросами. Похоже, он принял ее неожиданное путешествие в Америку и такое же внезапное возвращение как данность.

Он улыбнулся ей, когда вошел в ее кабинет, поставил на тумбочку у входа бумажный пакет с эмблемой ресторана.

— Я не помню, когда ты последний раз приезжал ко мне без подношений, — заметила Анна.

— В день, когда я заглянул в твой холодильник. Там, если мне не изменяет память, были только пара банок содовой и лекарства.

— Это были не лекарства, а образцы химикатов. И ты заглянул не в тот холодильник.

— Боюсь даже предположить, что тогда было в банке вместо содовой, — фыркнул Леон. — Но нормальная еда тебе в любом случае не повредит.

— И за это я благодарна.

Она действительно была благодарна. Анна никогда не просила его заботиться о ней — он почему-то начал сам. Леон был не единственным, кто хотел это делать, но только ему она позволяла. Ему ведь проще позволить, чем остановить!

Он подошел к столу и осторожно провел пальцами по пластиковым моделям.

— Это то, что я думаю?

— Имитацию человеческих костей сложно с чем-то перепутать.

— Вот уж не ожидал, что Карина действительно найдет такой принтер!

— Она и не нашла, — пожала плечами Анна. — Карина просто сделала для меня трехмерные модели, да и то вряд ли сама. А принтер у меня свой есть.

— Почему я не удивлен?

— Потому что трехмерный принтер — не самая странная вещь в моем доме.

Она говорила с ним, но смотрела только на экран. Фрагменты костей продолжали вертеться перед ней, замирая то в одном положении, то в другом. Здесь должна быть внутренняя логика… Чувство узнавания, появившееся уже давно, с каждой минутой лишь крепло.

Убийца не случайно вырезал кости, это не было его фирменным знаком или посланием миру. Он что-то делал… Но что, что?

— Ты не поверишь, но Дима поехал самостоятельно кого-то допрашивать, — сказал Леон.

— Подозреваю, что мать Светланы Шевчук.