Дочь генерала - Нельсон Демилль

Синтия внимательно разглядывала мою мазню на стене, потом кивнула:

— Верно. И что же Кент теперь делает? Едет за ней, не включая фары? Идет пешком? Ждет?

— Давай подумаем... Что бы я сделал на его месте? На небе светит луна, и машину видно ярдов за триста. Плюс шум мотора, свет в салоне при открывании дверцы... Следовательно, безопаснее всего идти пешком или бежать разминочным темпом. Кент включает привод на все четыре колеса и загоняет свой «Чероки» в лесок на пересечении Райфл-Рендж-роуд и Джордан-Филдз. Там он вылезает и топает по шоссе.

— Это твое предположение.

— Частично предположение, основанное на известных фактах, а также чутье и логическое решение типовой полевой задачи. Мы же с тобой одинаковый курс в училище проходили и в тех же ночных занятиях участвовали. Характер поставленной задачи, погода, расстояние, время, безопасность — учитывается все до последней мелочи. И ты обязан знать, когда, например, сидеть за рулем, а когда отсиживаться в кустах.

— Итак, Кент вылезает из машины и топает по шоссе. Что дальше?

— Время действия — между часом пятнадцатью и тридцатью. Мур уже приехал и ждет Энн Кемпбелл. Мы это знаем с полной достоверностью. Генералу Кемпбеллу еще не позвонили. Кент ускоренным шагом движется вперед, ищет глазами свет фар. Но Энн в какой-то момент их выключила, и сейчас она уже на шестом стрельбище и встретила Мура...

Синтия слушала мои выкладки без особого энтузиазма.

— Ну... Кент, разумеется, сгорает от любопытства: зачем Энн приехала сюда, ночью, одна, хотя и знает, что, может быть, проверяет самый дальний пост. Если это так, то скоро Энн будет возвращаться и он перехватит ее. Несколько недель назад Кент насильно взял ее, почувствовал особый смак и, может быть, думает, не попробовать ли еще.

— Но она вооружена.

— Он тоже... Даже при нынешних нравах не надо угрожать пистолетом любовнице, тем более когда она вооружена. Кент, однако, думает, что справится с ней. А может быть, ему просто хотелось поговорить.

— Лично я не хотела бы встретить своего бывшего возлюбленного на узкой дорожке. Я бы просто переехала его.

— Учту... Но Кент не знает, как устроены мозги у женщины. Он не представляет, как Энн посмотрит на то, что он преследует и подкарауливает ее. Кент знает одно: они любовники, и этим все сказано. Жены в городе нет, а ему нужна женщина, и не какая-нибудь, а именно Энн Кемпбелл. Он сексуально одержимая личность.

— Он идет по темному пустынному шоссе, смотрит, не покажется ли ее джип.

— Еще ему приходит в голову, что она назначила здесь свидание другому. Это вполне в духе Энн Кемпбелл. Кент терзается ревностью, его бедное сердце бешено колотится при мысли, что он застукает ее с хахалем. Правдоподобно?

— Ну, раз ты так говоришь...

— Итак, время — два пятнадцать. Мур по телефону уже прокрутил генералу записанную пленку, привязал Энн Кемпбелл и около уборной ждет, когда приедет ее папочка. У Кента своя забота. Из инструкций он помнит, что на прямой темной дороге автомобильные фары видны по крайней мере за полмили. Автомобиль, идущий со скоростью сорок пять миль в час, покроет это расстояние за минуту, даже меньше. Поэтому каждые полминуты он оглядывается — не идет ли машина, около двух пятнадцати он действительно видит свет фар и бросается в придорожную канаву переждать, пока машина пройдет.

— Кент думает, что едет ее хахаль.

— Вероятнее всего. Ему, ослепленному ревностью, даже хочется застигнуть свою неверную возлюбленную на месте преступления. Он зарядился, когда вышиб майора Боуза из дома Энн и силой взял ее. Вообще-то Кент человек уравновешенный, но в данных обстоятельствах он ведет себя импульсивно, иррационально, рассчитывает, что Энн по достоинству оценит его мужскую агрессивность, сияющие доспехи и победу над драконом в ее честь.

— Мне знаком этот тип, — поддержала меня Синтия. — Половина насильников утверждают, что женщинам нравится, когда их берут силой. Ни одна женщина это не подтверждает.

— Будем хоть немного справедливы к Кенту. Энн Кемпбелл и не старалась вывести его из этого заблуждения.

— Да, но по письму его жене он мог бы сообразить, что она порывает с ним, — сказала Синтия. — Ну да Бог с ними, оба они ненормальные. Вернемся к размышлениям. Таким образом, мимо Кента проходит машина.

— Происходит это в два пятнадцать. Машина идет с зажженными фарами. Именно их свет видела рядовой первого класса Роббинз. Мур в конце пути ехал в темноте, Энн Кемпбелл тоже. Машина проходит, Кент поднимается на одно колено. Неизвестно, узнал он «бьюик» миссис Кемпбелл или нет.

— Что же получается? Два высших офицера, генерал и полковник, разъезжают тайком по ночам на машинах своих жен? — задумчиво произнесла Синтия.

— Если бы каждая последняя собака знала твою служебную машину и за тобой закрепились позывные «Рэнди-шестой», ты бы тоже предпочла воспользоваться другой машиной.

— Я бы предпочла остаться дома... Ну ладно, пойдем дальше. Кент ускоряет шаг, и Мур в это время спешит по бревенчатой дороге, садится в свою машину у пятого стрельбища и гонит назад, на базу. Идущего навстречу Кента он не видел.

— Потому что Кент к этому моменту уже прошел пятое стрельбище либо заметил фары машины Мура, когда тот въезжал на гравийную площадку, и снова опустился в канаву. Ему уже мнится, что его возлюбленная забавляется с несколькими хахалями поочередно, меняя их каждые пятнадцать — двадцать минут. Или же Кент просто сбит с толку. Это вероятнее.

— Сбит или не сбит, но он предполагает худшее. Ему не приходит на ум, что Энн, может быть, выполняет обязанности — проверяет посты — или что она в опасности, а обе машины не имеют к ней никакого отношения. Кент убежден, что она трахается. Ты бы тоже так подумал?

— Точно так же. Я мужчина, и ничто мужское мне не чуждо. Я слишком много думаю маленькой головкой и мало — большой.

Синтия не могла сдержать смех.

— Ладно, хватит, продолжай.

— Продолжим... Наступил тот момент, о котором мы практически ничего не знаем. Кент проходит дорогу, разделяющую пятое и шестое стрельбища, и в лунном свете видит впереди на шоссе две машины — джип и проехавший мимо него «бьюик». Нам известно, что как раз в эти минуты происходит сцена между отцом и дочерью — или только что закончилась.

— В любом случае Кент остается там, где был.

— Да, мы точно знаем, что он не кинулся вперед и поэтому не узнал, что в «бьюике» приехал генерал. Кент стоит на расстоянии двухсот — трехсот ярдов и, может быть, слышит обрывки слов. Ветер как раз дул с юга. Он решает не выставлять себя на посмешище и избежать столкновения с человеком, который наверняка вооружен.

— Или стычка между отцом и дочерью уже закончилась, — высказала предположение Синтия, — и генерал вернулся к машине.