Схема убийства - Илья Бушмин

– Из-за чего с Генкой поссорились? – вернулся я к сидящему напротив алкашу.

– Мы? Мы с Генкой? Да не было такого, начальник, ага!

– Хочешь, чтобы я разозлился?

– Нет!

– Тогда врать мне хорош. Я все знаю про тот случай, когда вы мордобой устроили.

Алкаш выпучил и без того круглые глаза.

– Да ладно? А чего там было-то? Я не помню, бухой наверное был…

Легко сказать – наслаждайся жизнью. А если твоя жизнь состоит из встреч с такими вот персонажами, одного взгляда на которых достаточно, чтобы усомнится в теории эволюции и много чем еще. Зато у них в голове наверняка не возникает мыслей вроде «ценить каждую секунду» и тому подобного. Там вообще вряд ли что-то возникает.

Печально. Печально и противно.

У меня в кармане зазвонил сотовый. Неизвестный номер. Я потянулся к стакану воды и ответил на звонок.

– Колесов, слушаю.

– Здравствуйте, – услышал я незнакомый мужской голос. – Майор Олег Колесов – это вы?

– Да. Говорите, слушаю.

– Я… Меня зовут Сергей Маслов. Я бывший сотрудник. Скажите, мы можем встретиться?

Вроде бы не весна. Весной странные звонки – обычное явление. Когда у психов обострение, трубку хоть вообще не снимай. Откуда только номер узнают.

– И зачем? – раздраженно буркнул я. – Что вам вообще надо, толком скажите?

– Убийство Туманова, директора «Новатора». У меня есть важная информация по этому делу.

– Приходите в отдел, обратитесь к дежурному, и вас проводят, куда нужно, – проворчал я, готовясь отключиться. – А я этим не занимаюсь. Все.

– Подождите! – незнакомый голос, представившийся как Сергей Маслов, едва не сорвался. Человек заметно нервничал. – Все сложнее! Меня наняли… Меня наняли кое для чего, и теперь я боюсь, что меня хотят подставить. Я могу вывести на организаторов убийства. Я бывший сотрудник, к вам мне порекомендовали обратиться. Сказали, что вы честный человек и вам можно доверять. Я в непростой ситуации, и мне нужна помощь. Пожалуйста.

Я вздохнул. Убийство Туманова, которое Цепов так и хотел на меня повесить. Опять оно. Первая мысль, которая пришла мне в голову, была следующей: а что, если я встречусь с этим типом, а потом передам его Цепову и тем, кто ведет дело? Если благодаря этой моей встрече они раскроют мокруху, от меня отстанут на какое-то время. Что само по себе прекрасная перспектива.

– Так, – отозвался я. – И что вы хотите?

– Просто встретиться. Я вам все расскажу. А дальше по обстоятельствам.

– Допустим. Где и когда?

– Аллея на проспекте Победы, знаете? Это недалеко от вас. Время любое, я готов хоть сейчас.

Я сверился с часами. Половина шестого вечера.

– В семь вечера устроит? Аллея на проспекте Победы.

– Договорились. Я буду с газетой под мышкой. А вы?

– Ну не знаю. У меня серый пиджак. Я буду стоять в центре сквера и просто ждать вас. Так устроит?

– Тогда до встречи. Спасибо.

Я отключился. Алкаш взирал на меня круглыми глазами, в которых за пеленой условных рефлексов царила пустота. А я задумался. Человек представился Масловым. Сказал, что бывший сотрудник. Мне это имя ни о чем не говорило, но в городе несколько тысяч полицейских – нельзя знать всех.

– В коридор вышел, – бросил я алкашу. Когда он освободил помещение, я вышел следом, заперев кабинет на ключ, и отправился в отдел кадров. Кадровик уже собирался уходить, а потому пригорюнился, когда я нарисовался на пороге.

– Давай завтра, а?

– Я еще ничего не сказал.

– Какая разница, что ты скажешь?

– Слова просто звук, да? Буддизм и все такое?

– Чего?

Я хмыкнул.

– Знаешь, нам надо переставать общаться. Ничего хорошего из этого не выйдет. – кадровик поморщился в ответ и открыл рот, чтобы что-то сказать, но я перебил: – У тебя компьютер включен еще. Будь добр, найди мне одного человечка в базе. Бывший сотрудник. Зовут Сергей Маслов.

– Завтра.

– Сегодня было убийство громкое. Все начальство туда выезжало. Я даже подумать боюсь, что они сделают, если узнают, что в первый же день они могли получить информацию, но начальник отдела кадров…

– Как, говоришь, зовут? – я не успел опомниться, как кадровик уже восседал за компьютером. Вот что такое правильная стимуляция. – Сергей Маслов? Так… А год рождения не знаешь?

– Судя по голосу, около сорока. Может, больше, но ненамного.

– Ага, значит, 1941 год рождения вычеркиваем?

– Всегда восхищался гениальными людьми, – согласился я.

– Тогда вот. Сергей Андреевич Маслов. Сорок три года. Служил… Служил 15 лет, из них три года в ППС. Все остальное время в ГНР ОВД №2. Должность милиционер-водитель. Уволен по собственному желанию во время переаттестации.

– Можешь распечатать?

В короткой выжимке из личного дела, которую я заполучил у кадровика, были основные даты и вехи на пути Маслова, а также фотография из его личного дела. С фотокарточки на меня смотрел худощавый человек с крупным носом и глубоко посаженными глазами.

Я заглянул к Цепову и обнаружил, что он не один – напротив шефа восседал один из наших оперов, Володя Ширшов, и что-то рассказывал.

– Не помешаю? – для приличия осведомился я. – Тут информация кое-какая наклюнулась. По поводу Туманова.

– О! – обрадовался Цепов. – Надумал все-таки!

– Не так чтобы очень, но…

– Заходи, садись. Тут как раз Ширшов докладывает, что там и как. Давай, Володя, продолжай.

– Так вот, врач говорит, что состояние стабильное, жизнь вне опасности, – послушно заговорил Ширшов. – Ему повезло. Два огнестрела, но жизненно важные органы не задеты. Пули попали в плечо и бедро.

Я только уселся, ничего не успел понять, но слова Ширшова уже заставили нахмуриться.

– Плечо и бедро? Странные какие-то киллеры. А как же контрольный в затылок?

– Может, спугнули их, я не знаю, – пожал плечами Ширшов. – Да и вообще, цель-то Туманов, а не водитель. Хотя он, конечно, свидетель, а свидетелей обычно не оставляют… В общем, не знаю. Не суть важно. Короче, водитель жив. Только что наши ребята из больницы вернулись, им разрешили взять показания у раненого.

– И что, и что? – засуетился Цепов. – Киллеров видел? Сколько их было?

– Говорит, двое. В масках. Машину не разглядел, потому что как раз дверь открывал для Туманова, когда эти двое подъехали. Выскочили и сразу стали палить из двух стволов. Больше он ничего не помнит.

– Мда, – погрустнел шеф. – Негусто. Паршивенький свидетель, честно говоря.