Искупление - Дэвид Бальдаччи

– Она флорист со стажем, – пояснил Декер. – Знает в садоводстве толк. Управляет цветочным магазином, который сама недавно продала новым владельцам.

– Ты действительно думаешь, что убийство Хокинса – ее рук дело?

– Исключать нельзя ничего. Но она или нет, я не знаю. Мы это и должны выяснить.

Они вышли, но к входной двери Декер не пошел. Вместо этого он направился к дому напротив.

– Проверка алиби? – спросила Джеймисон, когда нагнала своего спутника. Тот кивнул и постучал в дверь бунгало – почти точную копию дома Ричардс, только с застекленной верандой.

Дверь открыла мелкая бабулька с такими жидкими сединами, что сквозь них просвечивал красноватый череп.

– Слушаю вас? – по-хозяйски сказала она, глядя из-за толстых стекол очков.

Джеймисон протянула ей свое удостоверение ФБР, которое женщина внимательно, с прищуром, изучила.

– ФБР? – подивилась она. – Я сделала что-то не то?

– Вовсе нет, – поспешила успокоить Джеймисон. – Мы хотели навести кое-какие справки о вашей соседке, миссис… извините?

– Агата Бэйтс. – Бабулька снизу вверх поглядела на Декера, застящего собой солнце, словно утес. – Вы тоже из ФБР? Что-то вы мне значок не показали. – Она взыскательно пробежала по нему взглядом. – Для ФБР уж больно крупный. Я телевизор исправно смотрю. Такого громоздкого фэбээровца, как вы, там нет.

– Он у нас консультантом, – поспешила объяснить Джеймисон.

Бэйтс степенно перевела взгляд с Декера на нее.

– Так про какую соседку вы спрашивали?

– Про Сьюзан Ричардс.

– А, Сью. Приличная женщина. Живет здесь уже какое-то время. Конечно, не столько, сколько я. Я-то здесь уже пятьдесят семь лет. – Она покосилась на Декера: – Я не могла вас где-то видеть?

– Я здесь в полиции лет уже двадцать.

– Вот как? Нет, с полицией я дел предпочитаю не иметь. Налоги плачу исправно, ни разу никого не ограбила.

– Не сомневаюсь, – согласилась Джеймисон. – Было бы интересно узнать, когда вы видели мисс Ричардс последний раз.

– Когда? Сегодня, еще затемно, когда за ней приехала полиция. Полиция обычно у нас здесь не ездит.

– Это было довольно рано, – отметила Джеймисон.

– Так я и встаю ни свет ни заря. Сплю часа по четыре, не больше. Со старостью сон нейдет. Ну да ничего, уж скоро забудусь вечным сном.

– Прошу прощения? – не поняла Джеймисон.

– Когда умру, милочка. Мне девяносто три годка, и как долго, по-вашему, я еще здесь протяну? – Она помолчала, поправляя очки. – Так зачем она вообще понадобилась полиции?

– Чтобы ответить на кое-какие вопросы. А, скажем, вчера вечером вы ее не видели?

– Видела, как она приехала домой. В четверть девятого или около того.

– Откуда у вас такая уверенность? – задал вопрос Декер. – И общались ли вы с ней этим утром?

– Общаться не общалась. Если она сейчас дома, то наружу не выходила; по крайней мере, я не видела. Обычно по утрам она прогуливается. А я пью кофе на веранде. Я ей машу рукой, она мне в ответ. Думаю, что этот приезд полиции изрядно все подпортил.

– Значит, вы не видели, как она сегодня утром возвращалась из полицейского участка? – спросил Декер.

– Нет. Наверное, я готовила на кухне завтрак или возилась на заднем дворе. Мне нравится упражняться с клюшечкой. Старики моего возраста бьют клюшкой медленно, осторожно. Перелом шейки бедра нам не нужен.

– Значит, вчера вечером? – вернула ее к теме Джеймисон.

– В четверть девятого, – повторила бабуля, недоверчиво глядя на Декера. – Она волонтер в приюте для бездомных. И всегда приезжает примерно в это время. Почему я так говорю? Да потому, что уже пятнадцать минут как закончилась телевикторина. Я досмотрела до самого финала. Последний ответ был «Гарри Трумэн». Трумэна я помню. Черт возьми, я же голосовала за него! А все три конкурсанта ошиблись. Молодежь! Всем не больше тридцати. Что они могут знать о Гарри Трумэне? Мне б того выигрыша хватило на поездку куда-нибудь.

– Значит, вы видели, как она возвращалась вечером домой? А снова она не отлучалась? Вы бы увидели, если б она это сделала?

– Если и уезжала, то не на своей машине, – прикинула Агата Бэйтс. – Когда она ее заводит, это как взрыв бомбы. У нее старая «Хонда». Глушитель, зараза, тарахтит как пулемет. Я уж говорила ей, чтоб она его починила. Каждый раз, как начинает грохотать, я чуть струйку не пускаю. Слух у меня до сих пор отменный. Слышу почти все, и уж особенно ту адскую машину.

– Но она могла исчезнуть и по-другому. Что, если пешком или на такси?

– Так я ж сижу на веранде, за кроссвордом или книжкой, примерно до половины одиннадцатого. Если б она уходила, я бы заметила. А после этого я пошла в дом. К одиннадцати я обычно уже укладываюсь.

– Ну хорошо. Для ясности: по крайней мере до половины одиннадцатого дом она не покидала, – подытожил Декер. – И вы не слышали, чтобы она заводила машину, по крайней мере до тех пор, пока не легли спать, – то есть в пределах одиннадцати?

– Кажется, я так и сказала. Не слишком ли вы туго соображаете?

– Хорошо, хорошо, – поторопилась сказать Джеймисон. – Миссис Бэйтс, разговор с вами был очень полезен.

– Что ж, рада быть полезной для общества. – Бабулька уставила в Декера палец и вполголоса ей сказала: – Мне кажется, ФБР надо быть тщательней в выборе консультантов. А вы, милочка, молодец. Приятно видеть девчушку в форме.

– Спасибо, – деликатно кивнула Джеймисон, пряча улыбку.

От дома Бэйтс они вернулись на улицу.

– Если бы Ричардс пошла пешком, то до «Резиденс Инн» она бы по времени подошла как раз к тому моменту, как было совершено убийство. А уж если б на такси, так еще и с запасом.

– Если на такси, мы можем найти об этом запись. У них, интересно, здесь «Убер» есть?

– Вряд ли.

Они позвонили еще в два дома, но там никто не ответил.

– Вся наша логика строится на том, что Сьюзан Ричардс мы по-прежнему считаем подозреваемой, – заметил Декер.

– А сам ты действительно считаешь, что она могла это сделать?

– Мотив у нее самый прямой, хотя на этом пути множество препятствий. Начать с того, откуда ей было знать, что он снова в городе.

– У тебя нет мысли, что Хокинс сам пошел бы к ней?

– Откуда он мог хотя бы знать, где она живет? Ланкастер ему ничего не сказала, это я знаю точно. А если в тех убийствах он невиновен, то незачем было и ходить извиняться.

– Вообще нагуглить чей-то адрес можно без проблем, – рассудила Джеймисон. – Хотя он только что вышел из тюрьмы и был смертельно болен. Честно сказать, не могу представить его в обнимку с компом и интернетом. А уж тем более чтобы активно ими пользовался.