Темная игра смерти. Том 1 - Дэн Симмонс

– А пошли вы знаете куда! – выругался Джентри.– Я уже все сказал. Объясните мне, что происходит, и я скажу, зачем я звонил Арону Эшколю.

– Мы можем поспособствовать тому, чтобы вы продолжили свое участие в этой беседе, другими средствами,– произнес Коуэн, и отсутствие угрозы в его голосе сработало лучше, чем любое запугивание.

– Сомневаюсь,– ответил Джентри.– Если только вы те, за кого себя выдаете. Как бы там ни было, я не скажу ничего, пока вы не сообщите мне что-нибудь действительно стоящее.

Коуэн бросил взгляд на мелькавшие за окном мраморные башни и снова посмотрел на шерифа.

– Арон Эшколь мертв,– проронил он.– Убит. Он, его жена и две четырехлетние дочери.

– Когда? – спросил Джентри.

– Два дня назад.

– В Рождество! – простонал Джентри.– Ну и праздничек выдался. Как его убили?

– Кто-то проткнул им головы проволокой,– безучастно произнес Коуэн. Можно было подумать, что он описывает новый способ укрепления автомобильного двигателя.

– О господи,– выдохнул Джентри.– Почему я ничего не читал об этом?

– Там произошел взрыв с последующим пожаром,– пояснил Коуэн.– Прокурор Вирджинии классифицировал это как смерть вследствие несчастного случая – утечка газа. Связь Арона с посольством не была установлена агентствами властей.

– А ваши врачи нашли истинную причину их гибели?

– Да,– печально подтвердил Коуэн.– Вчера.

– Но зачем было устраивать весь этот спектакль, когда я позвонил? – осведомился Джентри.– У Арона могло быть… нет, постойте. Я упомянул Сола Ласки.

Вы думаете, что смерть Арона и его семьи каким-то образом связана с его родственником?

– Да. Именно так,– ответил Коуэн.

– Так кто убил Арона Эшколя? Коуэн пристально взглянул на Джентри:

– Теперь ваша очередь, шериф. Джентри помолчал, собираясь с мыслями.

– Вы должны отдавать себе отчет,– продолжил Коуэн,– что если Израиль сейчас оскорбит американских налогоплательщиков в этот чрезвычайно важный период отношений между нашими странами, последствия могут оказаться для него губительными. Мы готовы поступиться собственными желаниями, но освободим вас только в том случае, если вы докажете свою непричастность к этому трагическому событию. Если же вам не удастся убедить нас, то для всех заинтересованных сторон будет гораздо проще, если вы исчезнете.

– Хватит! – оборвал его Джентри.– Я думаю.– Они в третий раз проехали мимо мемориала Джефферсона и свернули на мост. Впереди замаячил памятник Вашингтону.– Десять дней назад Сол Ласки приехал в Чарлстон, чтобы заняться расследованием убийств в отеле «Мансарда»… Вы, наверное, слышали о них?

– Да,– кивнул Коуэн.– Несколько стариков были убиты из-за денег, а заодно ликвидирована пара невинных свидетелей, так?

– Приблизительно так,– усмехнулся Джентри.– Только одним из стариков оказался бывший нацист, скрывающийся под именем Уильям Борден.

– Кинопродюсер,– пояснил высокий израильтянин, сидевший слева от шерифа.

Джентри подпрыгнул – он почти забыл, что телохранители владеют даром речи.

– Да. Так вот,– продолжил он.– Сол Ласки охотился конкретно за этим нацистом в течение сорока лет – со времен Челмно и Собибура.

– Это что? – осведомился молодой человек, сидевший справа от него.

Джентри удивленно повернулся к нему, но тут Коуэн что-то резко сказал на иврите, и молодой человек залился краской.

– Этот немец… Борден… он погиб, не так ли? – осведомился Коуэн.

– Во время авиакатастрофы… Якобы погиб… Но Сол придерживался другого мнения.

– Значит, доктор Ласки считал, что его старый мучитель все еще жив? – задумчиво произнес Коуэн.– Но какое отношение имеет Борден ко всем этим убийствам в Чарлстоне?

Джентри снял свою кепку и почесал затылок.

– Сводит старые счеты… Сол и сам не мог сказать наверняка. Он просто чувствовал, что оберст – так он называл Бордена, каким-то образом связан со всем этим.

– Зачем Ласки встречался с Ароном?

– Признаться, я и не знал, что они встречались.– Джентри покачал головой.– До вчерашнего дня я вообще не знал о существовании Арона Эшколя. Сол вылетел из Чарлстона в Вашингтон, где он должен был с кем-то встретиться двадцатого декабря, однако с кем именно – не сказал. Он обещал держать со мной связь, но с тех пор, как он покинул Чарлстон, от него нет никаких вестей. Вчера я был в квартире Сола в Нью-Йорке и разговаривал с его домохозяйкой…

– Тимой,– вставил высокий телохранитель и тут же умолк под свирепым взглядом Коуэна.

– Да,– подтвердил Джентри.– Она упомянула его племянника Арона, вот почему я приехал сюда…

– О чем же доктор Ласки хотел поговорить с Ароном? – спросил Коуэн.

Джентри положил кепку на колени и развел руками:

– Если б я знал. У меня сложилось впечатление, что он хотел получить какие-то сведения о жизни Бордена в Калифорнии. Арон мог ему в этом помочь?

Прежде чем ответить, Коуэн довольно долго молчал, закусив губу.

– Перед встречей с дядей Арон взял отпуск за свой счет на четыре дня,– наконец ответил он.– Большую часть этого времени он провел в Калифорнии.

– Ему удалось что-либо выяснить? – спросил Джентри.

– Этого мы не знаем,– вздохнул Коуэн.

– А откуда вам известно о его встрече с дядей? Сол приходил в ваше посольство?

Высокий произнес что-то предостерегающее на иврите, но Коуэн не обратил на него внимания.

– Нет,– ответил он.– Доктор Ласки встречался с Ароном неделю назад в Национальной галерее. Арон и Леви Коул, его коллега по внешним связям, сочли эту встречу чрезвычайно важной. Судя по словам их друзей и коллег по отделу, Арон и Леви в течение той недели хранили в шифровальном сейфе какие-то папки, которым придавали огромное значение.

– Что было в папках? – не слишком надеясь на ответ, спросил Джентри.

– Это нам неизвестно.– Коуэн пожал плечами.– Через несколько часов после того, как была убита семья Арона, Леви Коул ворвался в посольство и изъял все материалы. С тех пор его никто не видел.– Он устало потер переносицу.– И все это абсолютно необъяснимо. Леви – холостяк. У него нет семьи ни в Израиле, ни здесь, в Штатах. Он преданный сионист, бывший военный. Я не могу себе представить, чем его можно подкупить. С точки зрения логики, они должны были уничтожить именно его, а Арона Эшколя – шантажировать. Вопрос только в том, кто такие они?

Джентри нечего было ответить. Он лишь тяжело вздохнул.

– Ладно, шериф,– сказал Коуэн,– расскажите, пожалуйста, все, что могло бы нам помочь.

– Больше мне нечего добавить. Разве что могу пересказать вам историю Соломона Ласки.