Лик смерти - Коди Макфейден

И она начала раскачиваться взад-вперед, взад-вперед. Вдруг открылась дверь. Вошла Элайна.

— Я все слышала, Смоуки.

Элайна приблизилась к Саре, которая буквально отпрянула от нее. Элайна схватила Сару в охапку и крепко обняла. Сара сопротивлялась.

— Послушай меня, — с чувством сказала Элайна. — Никакая ты не скверная и не дурная. И что бы ни случилось, что бы ни случилось, у тебя есть я. Понимаешь? У тебя есть я.

Элайна не говорила «Все будет хорошо», как обычно говорят в таких случаях, — Элайна просто дала Саре понять, что она не одна.

Сара не обняла Элайну в ответ, но перестала вырываться. Она так и сидела, уткнувшись в колени лбом, и дрожала, пока Элайна гладила ее по волосам.

Мы с Кирби и Келли сидели за старомодным кухонным столом. Я по громкой связи разговаривала с Аланом и Джонсом. Я слово в слово передала им услышанное от Сары.

— Нам есть над чем подумать, сэр, — сказала я. — Даже если мы придумаем, как взять Кабреру живым, у нас все равно ни единой улики против Незнакомца. Мы не знаем, кто он. Он никогда не показывал Саре лицо. И я почти не сомневаюсь: отпечатки ног в доме Кингсли принадлежат Кабрере, а не Незнакомцу.

— Кабрера наверняка знает, кто такой Незнакомец, — заметил Алан.

— Верно, — ответила я. — В противном случае у нас могут быть большие неприятности.

— Займись тем, что есть, — откликнулся Джонс.

— Да, сэр.

— Так… что? Кабрера окажется козлом отпущения?

— И не просто козлом, а мертвым козлом. Я совершенно уверена: он подставится под пулю. Возможно, у себя в доме. Я не сомневаюсь — убив Кабреру, мы найдем у него дома массу свидетельств того, что он и есть Незнакомец.

— И наш одержимый опять ускользнет, — высказалась Кирби.

Джонс надолго замолчал — погрузился в размышления.

— Ну, так каков план?

И я выложила план. Джонс засыпал меня вопросами, все обдумал и еще кое о чем спросил.

— Согласен, — наконец сказал он. — Только будь осторожна. И еще, Смоуки. Он убил трех агентов. Жизнь моих агентов превыше всего, а о нем думайте в последнюю очередь. Ты понимаешь, о чем я?

— Да, сэр.

Конечно, я поняла. Он просил меня убить Кабреру, если это поможет сохранить жизнь его людям.

— Я соберу спецназ. А вы двигайте сюда, и начнем операцию.

— Так вам понравилось, что мы придумали с Кирби, сэр?

— Не уверен, что «понравилось» — подходящее слово. Впрочем, я согласен с вашим планом.

У Кирби хватило ума держать язык за зубами, но она широко улыбнулась и подняла большой палец. Она была счастлива, как ребенок, получивший долгожданный подарок на день рождения.

— До встречи, — сказала я и повесила трубку.

— С тех пор как я осталась тут в качестве личной охраны, — сухо сказала Келли, — меня мучит один вопрос.

— Что такое, Кэл?

— Где у них кофейник?

Кирби пожала плечами.

— Плохо дело, Кэл. Здесь нет кофе. И вообще, тебе кофе вреден. Там сплошная химия. Тьфу, гадость!

Келли недоверчиво взглянула на Кирби:

— Как смеешь ты критиковать мои религиозные убеждения?

Келли шутила, как всегда, но ее голос показался мне напряженным.

Я увидела, как Келли побледнела. Первый раз мне пришло в голову, что Келли постоянно приходится преодолевать боль. Боль не уходит; Келли борется с ней, но силы ее постепенно оставляют. Боль в конце концов возьмет верх.

Каждый из недавних ужасов стимулировал мою мозговую и двигательную активность, и только мысль о том, что Келли когда-нибудь не выдержит, вызывала полный ступор.

Я вошла в спальню. Сара перестала дрожать, но выглядела ужасно. Все усилия, благодаря которым она держала себя в руках столько лет, оказались тщетны. Девочка была на грани. Элайна гладила ее по волосам, а Бонни держала за руку.

Я рассказала им о том, что нам предстоит сделать. Глаза Сары оживились. И даже больше.

— А сработает? — спросила она.

— Думаю, да.

Сара посмотрела мне прямо в лицо.

— Смоуки… — она запнулась, — что бы ни случилось, не позволяйте ему ранить себя или ваших друзей. Даже если, — голос ее дрогнул, — даже если все сложится не так, как я хочу. Я больше не могу отвечать за это. Больше не могу. Не могу…

— Тебе не надо ни за что отвечать, Сара. Забудь. Теперь мы на сцену выходим.

Сара потупилась. Сказать ей больше было нечего.

Бонни поймала мой взгляд.

«Будь осторожна», — говорили ее глаза.

Я улыбнулась:

— Обязательно!

Элайна, удивительная Элайна, кивнула мне и вновь повернулась к Саре, окутав ее взглядом своих прекрасных добрых глаз. Если кто и сможет воскресить душу этой девочки, то только Элайна.

В дверях появилась Кирби.

— Ну что, готовы? Катим? — как всегда жизнерадостно спросила она.

«Не совсем, — подумала я. — Но надо идти».