Менялы - Артур Хейли

Последнее время Хейворду не давал покоя один вопрос: не есть ли его прелюбодеяние с Эйврил то самое древо зла, чьих горчайших плодов ему придется вкусить? И не есть ли нависшие над ним тучи – неожиданное, чреватое опасностью ослабление «Супранэшнл», которое может помешать осуществлению его честолюбивых замыслов, – кара Господня?

А может, Всевышний простит его, порви он с Эйврил быстро и решительно и вычеркни её из своего сердца? Не восстановит ли тогда Господь могущество «Супранэшнл» и не вернет ли рабу своему, Роско, удачу?

Если б только знать наверняка!

К тому же скоропалительному разрыву с Эйврил мешало одно обстоятельство – во вторник, как они условились на прошлой неделе, она должна быть в городе.

Дилемма, и без того непростая, осложнялась ещё и тем, что Хейворд желал Эйврил.

Эйврил позвонила ему ближе к вечеру по прямому телефону.

– Привет, Росси! Я в отеле. Люкс номер 432. Шампанское охлаждается, а я сгораю от нетерпения.

Он бы предпочел люксу обычный номер – платить-то ведь ему. Да и шампанское – излишнее расточительство; он даже подумал было предложить ей отослать его обратно. Но решил, что с его стороны это будет невежливо.

– Скоро увидимся, дорогая, – сказал он.

Ему удалось немного сэкономить на такси – в отель «Колумбия-Хилтон» его отвез банковский шофер. Хейворд сразу его отпустил.

Уже в постели Эйврил восторженно нашептывала ему нежности.

Она не просто возбуждала его физически – с ней он впервые в жизни почувствовал себя мужчиной в полном смысле этого слова.

Страсть была утолена. Они лежали рядом, томные и обессиленные, в то время как за окном совсем стемнело и зажглись городские огни. Эйврил соскользнула с постели и прошла в гостиную, откуда вернулась с двумя бокалами шампанского; они принялись болтать, сидя в кровати.

– Росси, мне нужен твой совет, – вдруг сказала Эйврил.

– Относительно чего?

– Не стоит ли мне продать свои акции «Супранэшнл»?

– И много их у тебя? – изумленно спросил он.

– Пятьсот. Я понимаю – для тебя это пустяки. А для меня – почти треть всех моих сбережений.

Он быстро прикинул, что «сбережения» Эйврил почти в семь раз превышали его собственные.

– Тебе что-то стало известно о «СуНатКо»? Почему ты спрашиваешь?

– Ну во-первых, они стали гораздо скромнее развлекаться, во-вторых, мне сказали, что они не платят долги, поскольку у них нет денег. Некоторым девушкам порекомендовали продать акции, хотя я решила повременить – я заплатила за них гораздо больше, чем могу сейчас выручить.

– А ты не поинтересовалась у Куотермейна?

– Никто из нас в последнее время его не видит. Лунный Свет… Помнишь Лунный Свет?

– Да. – Хейворд вспомнил предложение Большого Джорджа прислать японочку к нему в номер. Интересно, как бы это было.

– Лунный Свет говорит, что Джорджи уехал в Коста-Рику и, возможно, там и останется. И ещё она говорит, что перед отъездом он продал большую часть своих акций «СуНатКо».

Ему следовало бы воспользоваться осведомленностью Эйврил давным-давно.

– На твоем месте, – сказал он, – я бы продал эти акции завтра же.

Несмотря на все потери. Она вздохнула:

– Зарабатывать трудно. А сохранить заработанное ещё труднее.

– Дорогая, ты только что сформулировала главную аксиому финансового бизнеса.

После некоторого молчания Эйврил сказала: