Жена-22 - Мелани Гидеон

Он делает глубокий вдох.

– У Уильяма был очень тяжелый год. Уильям не пытается себя оправдать. Уильям должен был рассказать своей жене, какой у него плохой год.

– Почему ты говоришь о себе в третьем лице?

– Пытаюсь говорить с тобой на твоем языке. На языке Фейсбука. Лицом к лицу. Скажи что-нибудь.

– Дай мне твой телефон.

– Зачем?

– Тебе не интересно, как я обо всем узнала?

Уильям отдает мне мобильник.

– Каждый раз, когда ты фотографируешь, фиксируются точные широта и долгота. Последний снимок из твоего профиля – твоя рука – был сделан у нас дома. Ты оставил след, который привел прямо к тебе.

Я отключаю функцию геолокации на его телефоне.

– Вот. Теперь никто не может тебя выследить.

– А если я хочу, чтобы меня выследили?

– Тогда тебе нужна помощь специалиста.

– Когда ты узнала?

– Сегодня днем.

Уильям нервно проводит рукой по волосам.

– Господи, Элис. Почему ты ничего не сказала? А Банни знает?

Я киваю.

– И Недра?

– Да.

Он кривится.

– Не смущайся. Они от тебя в восторге. Они считают, что ничего более романтичного они в жизни не видели.

– Ты тоже так считаешь?

– Почему, Уильям? Почему ты это сделал?

Он вздыхает.

– Потому что я увидел, что ты искала в Гугле. В тот вечер, когда была презентация “ФиГ”, помнишь? Ты не удалила историю, и я все увидел. От “Элис Бакл” до “счастливый брак”. Ты была несчастна. Я сделал тебя несчастной. Я сделал это идиотское замечание насчет того, что у тебя маленькая жизнь. Я должен был что-то предпринять.

– А Незерфилдский центр? Ты его выдумал? Его связь с университетом?

– Я знал, что ты не согласишься участвовать в опросе, если только он не будет должным образом обставлен. Сделать сайт не проблема. Проблемы начались, когда он вдруг зажил собственной жизнью. Я собирался тебе во всем признаться. В тот вечер, когда мы должны были встретиться в “Чай и не только”. Но тут приехали Банни и Джек. Я не собирался водить тебя за нос. Я умолял тебя не ходить, помнишь? Я же не думал, что так все кончится.

– Но зачем тебе понадобилась вся эта конспирация? Ты мог просто задать мне те же самые вопросы лично. Ты даже не попытался.

– Что ты имеешь в виду? Я расставлял тебе ловушки, я заманивал тебя. Упрашивал. Открыл липовую страницу в Фейсбуке. Я подбрасывал тебе информацию, предупреждал тебя, уведомлял. Мне пришлось прочитать “Хроники Нарнии” и “Уловку-22”, будь они неладны.

– Меня слышно? Эта штука работает? – Мы слышим, как Недра проверяет микрофон. – Уильям? Ау, где ты? Это дурной тон – не закончить речь. Бросить речь. Во всяком случае, в Великобритании.

– О-о, Господи Иисусе, – стонет Уильям. Он растерян – это неожиданно и нехарактерно для него. – Спаси меня!

– Хорошо, – говорю я. – Скажу эту чертову речь.

Пробираясь между столами, я пытаюсь привести мысли в порядок. Очевидно, мне надо сказать что-то о любви. Что-то о браке. Что-то смешное. Что-то трогательное. Но я могу думать только об Уильяме. О том, какой путь он прошел, чтобы достучаться до меня.

Я подхожу к нашему столу и Зои вручает мне микрофон.

– Вперед, мама, – шепчет она.

Я медленно подношу микрофон к губам.

– Знаете, как бывает, когда вы сразу знаете? – бессвязно бормочу я.

Но это еще что! У меня дрожат колени. Я испуганно смотрю на гостей и нервно хватаюсь за горло.

– Выше голову, – не разжимая губ, подсказывает Банни.

– Что все так, как должно быть?

– В реальной жизни люди так не говорят, – шипит Банни.

– Ничто не может помешать двум любящим людям быть вместе.

– Говори сердцем, Элис. Сердцем, – умоляет Банни.

– Прошу прощения. Секунду. – Я ищу глазами Уильяма, но не могу найти. – Если позволите, я попробую начать сначала. Недра. Кейт. Мои дорогие, мои самые любимые друзья.

В ресторане становится тихо. Я смотрю на зал.

– Боже, вы только посмотрите на все эти телефоны. Вы заметили, что на всех столах лежат мобильники? Есть здесь кто-нибудь, у кого его нет? Поднимите руки. Кажется, никого. Вы знаете, это безумие. Просто безумие. Мы живем в век связи. Так легко привыкнуть, что можно за долю секунды получить доступ к кому угодно и чему угодно, но я не уверена, что это хорошо.

Я делаю паузу, отпиваю немного воды и замираю, надеясь, что вот-вот ко мне вернется ясность мысли. Куда, черт возьми, подевался Уильям?

– Один человек когда-то сказал мне, что ожидание – умирающее искусство. Его беспокоило, что ради скорости и постоянного доступа мы пожертвовали более глубокими удовольствиями, такими, как расставание и возвращение. Я не вполне согласилась с ним. Кто откажется от того, чего ему хочется, в тот момент, когда ему хочется? Таков мир, в котором мы живем. Делать вид, будто это не так, просто глупо. Но сейчас я начинаю думать, что он был прав. Недра и Кейт, вы – идеальный пример того, как важно уметь ждать. Ваш союз вселяет в меня надежду. Глядя на вас, я хочу стать лучше. У вас самые крепкие, верные, полные любви и нежности отношения, какие я только видела, и я горжусь тем, что завтра мне выпадет честь быть свидетелем на вашей свадьбе.

Я пытаюсь незаметно вытереть о юбку вспотевшие ладони.

– Предполагается, что теперь я должна дать вам какой-то совет. Совет умудренного опытом человека, который замужем уже больше двадцати лет. Я не уверена, что могу похвастать мудростью, но хочу сказать одно. В браке невозможен нейтралитет. Иногда нам хочется думать, что возможен, но, послушайте, это же не жизнь – сидеть в укрытии и ждать, пока закончится война.

Я обвожу взглядом море недоуменных лиц. Упс.

– Что я пытаюсь сказать? Пусть ваш брак не будет Швецией. Или Коста-Рикой. Это не значит, что я не люблю Швецию или Коста-Рику; это прекрасные страны для жизни и для туризма, и я высоко ценю их нейтралитет, во всяком случае, политический. Но мой совет: наберитесь мужества, и пусть ваш брак будет страной огненной революции, в которой каждый из вас говорит на своем диалекте и иногда вы почти не понимаете друг друга, но это не важно, потому что каждый из вас борется. Борется за другого.

Люди начинают перешептываться. Две женщины встают и идут к бару. Я теряю аудиторию. О чем я думала? Я последняя, у кого есть право давать советы о семейной жизни. Я – подделка, мне следует заткнуться и сидеть тихо. Я уже собираюсь позорно сбежать, когда мой телефон звенит. Я не обращаю внимания. Он звенит еще раз.

– Ради бога, извините. Вдруг что-то срочное. Мой отец – вы понимаете. Сейчас, я только взгляну.