Наследие Уилта - Том Шарп

В полицейском участке инспектор Флинт томился бездельем. Уставившись в окно, он размышлял о неразрешимой загадке под названием «мистер Генри Уилт». Когда прошлым летом Уилта отделали, инспектор почувствовал громадное облегчение, придя к выводу, что этот малый — прирожденная жертва, одаренная гениальной способностью загонять себя в кошмарную ситуацию, а затем из нее выбираться, изворачиваясь, точно уж на сковородке. С другой стороны, он наделен поистине божественной, а подчас дьявольской способностью на допросе увиливать от прямого ответа, подменяя его столь ошеломительной несуразицей, что следователю впору свихнуться самому. Посмотрев в библиотечном словаре точное значение слов «увиливать» и «несуразица», Флинт понял, что они идеально характеризуют Генри Уилта, даже восхищавшего своей бесовской несносностью.

А вот суперинтендант Ходж вызывал совсем иные чувства. В нем восхищаться было абсолютно нечем. Флинт его ненавидел и в глаза назвал бы «безмозглым дураком», если б тот не снискал расположение полицейских иерархов.

Пока же он делился своим мнением лишь в частных беседах с сержантом Йейтсом, который демонстративно разделял его взгляд, награждая суперинтенданта титулом «тупой козлина». На улице пригревало солнышко. «Интересно, чем сейчас занят Уилт?» — подумал инспектор, праздно разглядывая парковые деревья в рамке окна.

* * *

Предстоящая инспекционная встреча с леди Клариссой Уилта ничуть не вдохновляла.

— Надо показать себя с лучшей стороны, — талдычила Ева. — И не забудь: в Кембридже ты закончил колледж Портерхаус.

— То есть я должен бесстыдно солгать? Говорю же, меня там и близко не было.

— Это не годится. Нужно слегка приврать, чтобы произвести впечатление.

— Ну да, а она позвонит в колледж и будет чертовски рада узнать, что меня там в глаза не видели. А потом ее муженек спросит, не сидел ли я в первой лодке и что я думаю о новом ректоре, который вдруг окажется женщиной.

Ева озадачилась:

— Не понимаю, при чем тут лодки? Мы все в свое время катались на лодках. И я тоже… на Норфолкских озерах… чудное было время…

— Лодки при том, что Портерхаус славится греблей, его команды, составленные из мудов, не раз становились чемпионами. Кстати, ты знаешь разницу между мудами и удами?

— Нет, не знаю. Если это касается гомиков, то и знать не желаю.

— И в мыслях не было, — усмехнулся Уилт. — Вот что я хочу тебе втемяшить: у нас в Фицгерберте старшекурсников… ну, хороших спортсменов… называли «муды». А слабаков в спорте звали «уды». Выше «уда» я так и не поднялся. Ясно?

— Вполне. Чего от тебя ждать-то?

— Ну да, конечно. Только имей в виду, что благодаря тебе я стал однокашником этого Гэдсли, который наверняка занимался греблей или регби и, разумеется, заговорит о спорте… в том случае, если заметит меня вообще. Я постараюсь держаться от него подальше.

— Правильно. Мол, весь в уроках, даже некогда повидаться с хозяином, у которого полно своих хлопот — гольф, охота, рыбалка, стрельбище… чем там еще заняты помещики…

— Ага, только я не собираюсь дни напролет возиться с учеником.

— Конечно, нет. У нас будет чудесный спокойный отпуск. — Довольная тем, что муж проникся важностью предстоящей встречи, Ева пошла собирать чемоданы.

— Спокойный? Черта с два… — пробормотал Уилт, подумав о четверне, всегда и везде сотворявшей хаос, и вновь открыл книгу о Первой мировой войне, поскольку программа вступительных экзаменов базировалась на событиях современной европейской истории.

* * *

Директриса школы Святого Варнавы, графство Сассекс, пригласила наставниц мисс Сангер и мисс Янг поговорить о поведении четверни.

— Сил моих больше нет, — сказала мисс Янг. — Каждый божий день они устраивают светопреставление. Скажем, вчера в два часа ночи завыла пожарная сирена, пришлось эвакуировать воспитанниц. Как вы думаете, чьих рук дело? Разумеется, кого-то из этих кошмарных сестер Уилт.

— Вы уверены? — спросила директриса.

— Доказать не могу, но абсолютно уверена. Во-первых, пожара не было, во-вторых, Сандра Клолли сказала, что незадолго до тревоги одна из сестер — кажется, Эммелина — вышла из спальни, якобы в туалет. За время ее отлучки и было разбито стекло тревожной кнопки.

— Может быть, еще раньше его разбил кто-то другой?

— Я бы с вами согласилась, но, по словам Сандры, Эммелина вышла в кожаных перчатках.

— Что говорит сама Эммелина?

— Нагло врет в глаза — знать, дескать, не знает о перчатках и тревожной кнопке. Хотя… Возможно, все затеяла другая Уилт… Я их не различаю. Во всяком случае, Эммелина утверждает, что из зависти Сандра Клолли лжет, чтобы ей и сестрам устроить неприятности.

— Может, так оно и есть? — задумалась мисс Сангер. — Ведь Сандра сочиняла небылицы о других девочках. По-моему, ей никак нельзя верить. Анну Мэйл едва не исключили, потому что Сандра обвинила ее в краже всех своих панталон — якобы та стянула их из прачечной, пока она с воспалением гланд лежала в изоляторе. Оказалось — сплошное вранье. Панталоны нашли за стиральной машиной.