Путь домой - Брюс Кэмерон

У Мужчины в шляпе сделался расстроенный вид.

Новый мужчина повернулся к доктору Ганну.

– Простите за недоразумение. Мы сейчас уедем.

– Милости просим к нам в любое время, шериф. Позвоните мне, и я покажу вам нашу новую клинику, – ответил доктор Ганн.

– Я с удовольствием на нее посмотрю. – Новый мужчина повернулся к полицейским, которые теперь, похоже, расслабились. – Ну все, разъезжайтесь по домам.

– Ладно, но я вам вот что скажу, – глумливо усмехнулся Мужчина в шляпе, тыча пальцем в Мамулю. – Я буду следить за этой собакой. И если увижу, что вы увозите ее отсюда на машине, я вызову полицейскую подмогу, и вас остановят, а ее я задержу.

– Ничего подобного ты не сделаешь, – ответил Новый мужчина и плюнул на землю.

– Но шериф…

– Черт возьми, Чак, ты и так уже зря потратил уйму нашего времени на одну-единственную собаку. На тебя ко мне поступает больше жалоб, чем на всех остальных инспекторов отдела по контролю за животными, вместе взятых. Я отстраняю тебя от службы и отправляю на переподготовку. Начиная с завтрашнего утра. Так что давай убирайся с глаз прямо сейчас. И чтобы никто у меня не смел останавливать какой-либо автомобиль из-за собаки, – с нажимом сказал он, пристально глядя на полицейских. – Никто. Вы меня поняли?

Некоторые из полицейских переглянулись, широко улыбаясь.

– Да, сэр, – ответили несколько из них.

– Вы… вы… – заикаясь, выдавил из себя Мужчина в шляпе.

– Верни служебный автомобиль и сдай дела, Чак, – устало сказал Новый мужчина. – А вы все разъезжайтесь.

Приятные полицейские вернулись к своим машинам. Тай и Мамуля погладили меня, и я завиляла хвостом. Они были счастливы.

– Итак… вам же известно, что правила Администрации по делам ветеранов запрещают присутствие на территории госпиталей животных, даже если они оказывают эмоциональную поддержку, – сказал доктор Ганн.

– Ага, насчет этого. – Тай пожал плечами. – С недавних пор многие ветераны приводят с собой в госпиталь своих терапевтических собак. Просто Белла была самой первой.

Доктор Ганн кивнул.

– У меня есть куча намного, намного более полезных дел, чем пытаться обеспечивать выполнение всего, что напридумывало начальство. Особенно раз уж, как вы говорите, столько пациентов начали игнорировать именно этот запрет. – Тай улыбнулся ему, и доктор улыбнулся в ответ. – Только не давайте ей никого кусать.

– О, да она никогда в жизни не сделает ничего подобного, – ответила Мамуля.

– Белла!

Я резко вскинула голову. На парковке остановилась еще одна машина, и я знала человека, который из нее выходил.

Это был Лукас.

* * *

В это мгновение мне показалось, что все остальные люди, стоящие вокруг меня, вдруг исчезли. Я увидела своего единственного человека, он стоял, раскрыв объятия и широко улыбаясь. Мы бросились друг к другу. Я скулила, виляла хвостом и лизала его лицо. Мы оба упали на землю, и я взобралась на него, жаждая его прикосновений и поцелуев.

– Белла, Белла, где же ты была столько времени? Как ты отыскала дорогу домой?

Я ничего не могла с собой поделать – я лаяла, не выполняя «Не Лай», и носилась кругами. Я наконец-то сделала «Иди Домой», я снова была с моим человеком, с моим Лукасом. Мамуля подошла к нам и опустилась на колени рядом с ним.

– Сегодня вечером она просто взяла и явилась сюда.

– Это поразительно. Я не верю своим глазам. Белла, я так по тебе тосковал! Лукас обхватил мою морду обеими руками. – Только посмотри, какая она худая. Белла, ты так отощала!

Мне ужасно нравилось слышать, как Лукас произносит мое имя. Он опрокинулся на спину, и я прыгнула на него, стала лизать его лицо, а он все смеялся и смеялся.

– Ну все. Хватит! – Он снова сел.

– Вы думаете, это возможно? Она действительно добралась сюда через горы? Сколько же миль ей пришлось пройти? – спросила Мамуля.

Лукас покачал головой.

– Если ехать на машине, то это почти четыреста миль, но я понятия не имею, сколько это будет, если идти по горам пешком. Ты, Белла, наверняка шла не по прямой.

Я лежала на боку, давая ему чесать мой животик. Мне всегда хотелось только этого – чтобы мой человек любил меня.

Мамуля погладила мой бок.

– Сюда приезжал этот тип из отдела по контролю за животными. Но шериф велел ему оставить Беллу в покое. – Мамуля больше не боялась и не была напряжена, она улыбалась.

– Да ну? Как здорово!

– Но я теперь никогда не буду спускать ее с поводка.

– И правильно сделаешь.

– Привет. – Это была Оливия. Я завиляла хвостом, и спустя мгновение меня уже гладила и она. Я никогда еще не чувствовала, что меня так сильно любят.

Мамуля встала с колен.

– Мне надо возвращаться на собрание моей группы. – Она погладила меня еще раз и вошла обратно в здание вслед за всеми остальными моими друзьями.

– Ты можешь в это поверить? – спросила Оливия.

– Честно говоря, до сих пор не могу. – Лукас поцеловал меня в нос. – Боже, я чувствовал себя таким виноватым и был совершенно уверен, что она умерла, так и не поняв, почему я за ней не пришел.

– Теперь это уже не имеет значения. Видишь, как она прощает тебя? В этом плане собаки просто удивительные существа.

– Да, кстати. Насчет прощения. – Лукас встал на ноги.

– Мне нечего прощать тебе, Лукас.

– Нет, я хочу сказать, что я прощаю тебя.

– Ах, вот оно что. – Оливия засмеялась. – Ну конечно, ты не можешь иначе.

– Сегодня утром я немного вышел за рамки.

– Я все понимаю. Ведь на медицинском факультете учиться нелегко.

– Нет, я не сдержался не из-за своей учебы, а из-за твоего омлета.

Они поцеловались, выражая свою любовь друг к другу. Я подпрыгнула и уперлась лапами в спину Лукаса, чтобы присоединиться к ним. Они оба рассмеялись, и я опять завиляла хвостом.

– Тебе, наверное, надо возвращаться в университет, – сказала Оливия.

– Нет, знаешь что? Давай просто поедем домой. Чтобы побыть с Беллой.

– Погоди, незнакомец, что ты сделал с настоящим Лукасом? С Лукасом, который никогда в жизни не совершал никаких безответственных поступков?

– Белла вернулась домой. Если мы сейчас не отпразднуем это событие, то у меня будет такое чувство, будто нам уже никогда не доведется праздновать что-либо еще. Это же чудо! Только посмотри на нее, она на седьмом небе от счастья. Я не могу сейчас вести себя серьезно. Мне хочется улечься на кровать рядом с моей собакой и дать ей крохотный кусочек сыра.