Тремарнок - Эмма Бёрстолл

Что ж, Лиз не сомневалась – то, что Роберт решился прыгнуть с парашютом, свидетельствует и о его доброте, и о храбрости. И не только. «Сердце у него и впрямь золотое», – подумала она.

Силы медленно покидали Рози, и тревога Лиз росла с каждым днем. Она уже ни на шаг не отходила от дочери, сопровождая даже в туалет. Будто преданная собака, Лиз всегда была рядом, потому что Рози в любой момент могла упасть.

Девочка была такой слабой, что Лиз боялась, что однажды она не проснется, и вечером ложилась рядом с дочерью, гладила ее и напевала, пока та не засыпала. А убедившись, что Рози спит, на цыпочках выходила из комнаты и садилась за украшения. Когда же от усталости все валилось из рук, она возвращалась к Рози. Еще несколько часов Лиз без сна лежала рядом, вслушиваясь в дыхание дочери, пока наконец не проваливалась в темноту.

Ее состояние и близко нельзя было описать словом «беспокойство». Лиз словно стояла на самом краю пропасти и смотрела в бездну. Она часто думала: если с Рози случится непоправимое, то и она сама не сможет жить дальше. Ее сердце просто-напросто остановится, и это будет желанный исход. Но потом Лиз собиралась и напоминала себе, что Рози сражается, а значит, и она должна сражаться – пока есть силы.

Обследования показывали, что опухоль стабилизировалась, но давит на нервные окончания и находящиеся рядом ткани, что ведет к бесконечным осложнениям. Самочувствие Рози было настолько скверным, что в школу она больше не ходила. Врач предупредил Лиз, что если они как можно быстрее не возобновят лечение, то нарушения могут быть необратимыми.

– Дайте мне еще неделю, – попросила Лиз, – и тогда я уже точно решу, как поступим, обещаю.

Прогнозы звучали устрашающе, но последствия лучевой терапии пугали не меньше. Оказавшись между молотом и наковальней, Лиз надеялась лишь на протонную терапию.

Фонд в поддержку Рози составлял целых девяносто три тысячи – средства, полученные благодаря помощи соседей, деньги, заработанные «Поделками от Рози», пожертвования от благотворительных организаций и совершенно незнакомых людей, чек от отца на пять тысяч и тысяча фунтов от Грега. Лиз отвечала на все письма, приходившие вместе с пожертвованиями, – ответила она и пенсионерам, приславшим чеки на пять с половиной и десять фунтов, и восьмилетней девочке из Ньюки – та десять недель откладывала деньги на карманные расходы и пожертвовала все пятьдесят фунтов.

Сумма была внушительной, но ее по-прежнему не хватало. Конечно, благотворительный прыжок с парашютом тоже что-то принесет, но едва ли Роберту с его парнями удастся собрать больше нескольких сотен. Правда, Тони Катт принес хорошие новости: один из национальных журналов разместил ссылку на страничку сбора средств для Рози, и сумма на счету снова начала расти. У Лиз затеплилась надежда, что чудо все-таки возможно.

Наступило утро прыжка с парашютом. Лиз оставила Рози с Пэт и поспешила к ресторану, где встречались участники прыжка. Роберт вывесил в окне плакат, сообщавший, что в субботу ресторан закрыт, и объяснявший – почему. Под объявлением была фотография Рози и информация о том, как перевести средства – на тот случай, если кому-то из прохожих тоже захочется помочь.