Разоблачение Тисл Тейт - Кейтлин Детвейлер

Я бросаю мяч для пинг-понга, и это действие кажется таким нормальным, таким привычным, что я поверить не могу, что прошло уже девять месяцев. Через минуту я бросаю еще один мяч. Окно открывается, и Лиам высовывает голову, сощурившись в сумеречном свете.

– Я услышал первый удар, но решил, что мне показалось.

– Не-а.

Я подбрасываю мяч в воздух, пытаясь как-то круто поймать его, как будто я совершенно спокойна в такой момент. Но мяч пролетает мимо рук и отскакивает от земли.

– Так мне спуститься, да? – спрашивает он медленно и неуверенно.

– Я завтра уеду. – На расстояние всего в несколько миль, но все же. – Хотела попрощаться.

Он кивает и исчезает, а уже через минуту перелезает через кирпичную стену, и на какое-то мгновение мне приходится сдержать желание побежать и обнять его, отбросив прошедшие девять месяцев и вернувшись в те времена, когда у нас все было хорошо.

– Привет, – говорит он, стоя всего в нескольких сантиметрах от меня. На нем снова эта идиотская футболка с символикой программы «Читающая радуга», которая, черт возьми, вызывает во мне еще большее желание обнять его. Я любила его поч ти всю свою жизнь, а теперь его нет. Как будто он тоже умер и оставил меня одну.

– Я поступила в Темпл, – говорю я, сразу переходя к новостям.

Его глаза расширяются.

– Но ты ведь так хотела уехать из Филадельфии.

– Да, хотела. Но когда большинство универов моей менты отказали мне, потому что… – Не обязательно произносить это вслух. – Мне пришлось пересмотреть свои приоритеты. Забавно: несмотря на то, что я провела в Филадельфии всю свою жизнь, я совсем не уверена, что когда-то чувствовала, будто живу здесь.

Лиам кивает с очень серьезным выражением лица. Кажется, он обдумывает мои слова.

– Понимаю. Я поеду в Сиракузы. Наверное, на инженерный факультет. Не очень далеко, но…

– Потрясающе! Поздравляю.

– Да, я тебя тоже.

Мы стоим и смотрим друг на друга, потом на звезды, луну, траву под нашими босыми ногами. Может быть, мы будем случайно встречаться во время каникул. Может, нет. И тогда получается, что все? Это конец?

Нет уж. Я должна ему кое-что сказать. Даже не просто должна, а действительно хочу это сделать.

– Лиам, я ведь понимаю, почему ты поступил так, как поступил. Это был паршивый поступок, совершенно неправильный, не пойми меня превратно. Но я поцеловала другого парня, и тебе захотелось сделать мне больно, еще я понимаю и то, что ты хотел мне помочь. Ты прав, слишком уж много лжи на тот момент было в моей жизни. я лгала читателям, тебе, Оливеру, Эмме, себе. Но исправлять мою жизнь было тебе не под силу, и это не было твоей задачей. Мне хотелось бы принять это решение самой и действовать так, как я сочла бы нужным сама, но я рада, что правда всплыла наружу. Я к тому моменту уже так устала от лжи. И от волнений, и от бесконечных размышлений о том, что случится, если нас с папой поймают с поличным. Но я закончила книгу. Сама. Скоро она появится на прилавках. На следующей неделе.

– Я знаю. Конечно, знаю. Я все еще слежу за всеми твоими новостями в соцсетях и очень тобой горжусь.

– Спасибо. – Я делаю небольшой шажок назад, в сторону дома. – Кажется, мне пора…

– Подожди, – говорит Лиам и протягивает ко мне руку. Его теплые пальцы легко берут меня за запястье и держат всего секунду, потом я отдергиваю руку. – Ты когда-нибудь думаешь о нас? Я да. Я был ослом, и мне очень стыдно за то, что я натворил. Если бы я только мог все повернуть вспять… Я бы это сделал. Я все сделал бы иначе.

– Этого, возможно, все равно не было бы достаточно.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он, и его голос срывается.

– Мы были лучшими друзьями, Ли, и мы любили друг друга. У нас с тобой такая богатая история. Но, возможно, нам следовало на этом и остановиться. Если бы не история с папой и Мэриголд, в конечном счете возникло бы еще какое-нибудь препятствие. Рано или поздно.

– Ты не можешь этого знать.

– Ты прав. Не могу. Но думать об этом как о чем-то заранее предопределенном как-то проще. Потому что теперь пути назад у нас точно нет.

Лиам отводит взгляд.

– Я всегда буду по тебе скучать, – наконец произносит он. – И, возможно, всегда буду любить тебя.

Воздух застревает в легких, меня накрывает быстрая жаркая волна, но я продолжаю дышать. Я в порядке. Даже более того.

– Я буду скучать по тому, что между нами было.

Это правда. Но не вся. Остальное я выпаливаю сразу раньше, чем успеваю проанализировать:

– Может быть, когда-нибудь мы снова сможем стать друзьями. Кто знает? У нас впереди целая жизнь.

– Мне этого очень хотелось бы.

Я делаю шаг вперед и обнимаю его, потому что, мне кажется, наступил подходящий момент, а потом я поворачиваюсь к нему спиной и иду к своему крыльцу.

Иду, не оборачиваясь назад.

* * *

На следующее утро Оливер приезжает на полчаса раньше договоренного времени, чтобы помочь нам перенести остатки вещей из комнаты в фургон. Еще в его руках поднос с кофе и пончиками из супермаркета «Вава», как будто он хочет расположить к себе отца. Вообще-то все должно быть ровно наоборот, но Оливер, очевидно, не держит зла на моего папу. И слава богу, потому что вынести все это еще раз я просто не могу.

– Давайте завязывать со всеми этими сюсюканиями и сразу переходить к реально важным вопросам: ты заберешь плакаты «Гарри Поттера» с автографами с собой или мне можно их стибрить?

Из-за спины Оливера, улыбаясь, выпрыгивает Эмма. Оливер не обращает внимания на ее грязные словечки. Бесполезно.

Сегодня она выглядит замечательно, у нее прямо глаза горят. Вот она уже скачет мимо меня в мою комнату. Летнее платье в клетку свободно сидит, и пластиковый мешок не заметен, если не знать, какую операцию она перенесла.

– Ну, я собиралась взять их с собой, но потом заволновалась, вдруг соседка по комнате их украдет, пока я буду на занятиях, а потом захочет продать их онлайн за миллионы долларов. Так что да. Пожалуй, безопаснее будет передержать их у вас дома. Временно.

Оливер наклоняется и целует меня в щеку.

– Ух. Ты слишком хорошая для моей сестры. Правда. Из нее получится такая избалованная девица. Достаточно заболеть чем-то серьезным и перенести непростую операцию, и вот тебе уже никто не может отказать. Омерзительно.

– А ну-ка заткнись! – орет Эмма через плечо, уже встав на мою кровать, чтобы снять трофеи со стены. – Ничего я не избалованная.

– Ты уверен, что у тебя есть время мне помогать? – спрашиваю я, вешая сумку с ноутбуком через плечо. Самый важный груз я оставила напоследок. – Тебе же и самому еще нужно перебраться в общежитие.