Осень в Пекине - Борис Виан

Анжель ждал 975-го автобуса. Он сидел на земле, прислонясь к столбу с табличкой. Спиной к нему, в той же позе, сидел аббат Грыжан. Они беседовали, не глядя друг на друга. При себе Анжель имел чемодан и внушительных размеров пакет с письмами и отчетами, найденными на столе Дюдю.

— Жаль, что археолог не пришел меня проводить, — сказал Анжель.

— У него работы по горло. Вся техника загублена. Счастье еще, что ни он, ни его рабочие не пострадали.

— Да, я знаю. Приехал бы, что ли, автобус!..

— Последнее время его не видать, — сказал Грыжан.

— Рано или поздно приедет, — сказал Анжель. — У водителя, наверно, отпуск был.

— Да, сейчас время отпусков... — сказал аббат. Анжель покашлял, прочищая горло. Он был взволнован.

— Я вас больше не увижу, — сказал он. — Хотелось вас поблагодарить.

— Пустяки, — сказал аббат. — Вы еще вернетесь.

— Можно задать вам один вопрос?

— Задавайте... Я знаю, о чем вы спросите.

— Вам и положено знать. Скажите, почему вы носите сутану?

Аббат тихонько засмеялся.

— Я ждал этого вопроса... Ну что ж, скажу вам. Это такой современный метод.

— Метод чего?

— Метод внедрения и подрыва... — объяснил аббат.

— А, понятно... — сказал Анжель. Они услышали шум мотора.

— Едет, — сказал Грыжан и встал. Анжель тоже поднялся.

— До свидания... До скорого, — сказал аббат.

— До свидания, — сказал Анжель.

Аббат пожал ему руку и не оглядываясь двинулся прочь. Он высоко подпрыгивал при каждом шаге, чтобы придать подолу сутаны форму колокола. Фигура его казалась совсем черной на ярком песке.

Дрожащим пальцем Анжель потрогал ворот желтой рубашки и поднял руку. 975-й встал перед ним как вкопанный. Кондуктор крутил ручку механической балалайки, и она выводила красивую мелодию.

В автобусе сидел только один пассажир. Он держал в руках аккуратный портфельчик, помеченный инициалами А.П.: Антенна Перно. Одет он был как в присутствие. Легко и непринужденно он промчался по салону и спрыгнул на землю. Там он нос к носу столкнулся с водителем, который вылез из своей кабины и пришел посмотреть, что происходит. На глазу у него чернела повязка.

— Ни хрена себе! — сказал шофер. — Один слез, а другой уж садится! А шины? Не-е, я с перегрузкой не поеду! Не имею права.

Человек с портфелем посмотрел на него в замешательстве. Воспользовавшись тем, что водитель принялся вставлять себе глаз (что он проделывал с помощью ерша для трубки), пассажир бросился наутек.

Водитель постучал пальцем по лбу.

— Я начинаю привыкать. Это уж второй, — сказал он и вернулся в кабину.

Контролер помог Анжелю сесть в автобус.

— Давайте, давайте, — приговаривал он. — Не толкаться! Покупаем билетики!

Очутившись внутри, Анжель поставил чемодан на площадке.

— Весь багаж в салон, пожалуйста! — провозгласил кондуктор. — Не загораживайте проход!

Он несколько раз повис на ручке и закричал:

— Все места заняты!

Мотор хрюкнул. Автобус тронулся. Анжель затолкал чемодан под сиденье и вернулся на заднюю площадку.

Над песком и травами горело солнце. Кое-где из земли торчал scrub spinifex. На горизонте смутно и неподвижно чернела мертвая полоса.

Кондуктор подошел к нему.

— До конечной, — сказал Анжель.

— Вы попали пальцем в небо... — ответил кондуктор, поднимая указательный палец.