Голубь с зеленым горошком - Юля Пилипенко

Украдена во время проведения ремонтных работ из галереи «Ricci-Oddi» в Пьяченце в феврале 1997 года.

Текущий статус: полиция возобновила дело в 2014 году. после анонимного звонка, когда неизвестный потребовал 150 тыс. евро за информацию о местонахождении картины.

Не знаю, как чувствуют себя на финише марафонцы, но оббежав в поисках подходящего платья все без исключения магазины Фуншала, я готова была упасть в ближайший фонтан. Сколько себя помню, шоппинг доставлял мне удовольствие только в том случае, когда он не был запланирован заранее и ограничивался посещением двух-трех интересных магазинов. Мадейрская столица не могла похвастаться шикарными брендами Парижа и Милана, но предлагала большое разнообразие недорогих марок от португальских дизайнеров. Все вещи, которые за день попались мне на глаза, можно было наградить самыми милыми эпитетами, но чем это, собственно, мне помогло? Витрины пестрели бесконечным количеством всевозможных нарядов, но они даже близко не имели ничего общего с тем, что носили барышни Бонда. Надев такое платье, можно было без зазрения совести появиться в лаунже отеля Криштиану Роналдо и за обе щеки уплетать сочный бургер, а вот взволновать важнейший орган агента 007 – вряд ли и с большой натяжкой. Вдоволь насмотревшись на примелькавшиеся шмотки, я уже собиралась сдаться, но коварный парень на небесах, видимо, проснулся в плохом настроении и решил, что в этот день на мою долю выпало недостаточно испытаний. В модерновом торговом центре с французским названием «La Vie», который шутки ради несколько лет назад принадлежал итальянской компании «La Vita», я лицом к лицу столкнулась с Филиппой. Конечно, я предполагала, что после сцены в «Cipriani» и веселого ужина в Ponta do Sol ее отношение ко мне с малой вероятностью покачнулось в лучшую сторону, но предугадать пределы страстной ненависти красотки с конским хвостом мне оказалось не под силу.

– Как обстоят дела с поисками платья? – Филиппа смаковала каждое произнесенное слово.

– Как видишь. – Я развела пустыми руками.

– Не хотелось бы мне оказаться на твоем месте. У меня вечерние платья из шкафа вываливаются, но даже я ломала голову, что надеть. А прилететь на остров, прихватив с собой шорты, сарафан и купальник – это совсем грустно.

– Благодарю за понимание. Может, подскажешь, где я могу купить что-нибудь подходящее?

– Я бы посоветовала тебе слетать в Лиссабон, но ты вряд ли успеешь. Либо же ты можешь просто не пойти. Правда, Жорж, наверное, расстроится – он всех предупреждает, что у него на празднике будет иностранная гостья, которой нужно уделять максимум внимания.

«Теперь точно пойду. Тебе назло», – подумала я и вежливо улыбнулась.

– Ну что же, Филиппа, благодарю за советы. Пожалуй, мне пора идти. Вдруг я все-таки решу слетать за платьем в Лиссабон…

– Да, мне тоже пора. Мы обедаем с Дженнаро в «Choupana Hills», – как бы невзначай бросила Филиппа.

Это был удар ниже пояса – запрещенный прием, к которому я не была подготовлена. В каждом посещаемом магазине я постоянно доставала из сумки айфон, чтобы убедиться в отсутствии пропущенных вызовов. Покупая в автомате сигареты, я специально разменяла у официанта купюру в пять евро на случай, если мы сегодня продолжим традицию со стамбульскими чаевыми. С меня был должок – две монетки за парижское свидание. Стараясь не показывать, насколько сильно испортилось мое и без того не очень хорошее настроение, я пожелала «подруге» приятного аппетита и направилась в сторону эскалатора. Порадовало меня только то, что практически на выходе из «La Vie» я обнаружила классный монобредовый магазин хорошо известной мне фирмы и купила Жоржу отличный шарф. А что? В январский период на Мадейре тоже бывает холодно и зимно – плюс семнадцать, например. Честно говоря, внутри меня бурлили настолько отвратительные эмоции, что в таком состоянии я могла купить в подарок шубу или роликовые коньки. Шарф определенно был лучшим выбором.

Оказавшись на улице, я бесцельно поплелась в сторону набережной, отказавшись от мысли о покупке сногсшибательного наряда. В крайнем случае, я всегда смогу взять напрокат лошадь, нацепить купальник от «Victoria Secret» и заявиться в таком виде в клубе над обрывом. Не такая уж и плохая идея… Не помню, в каком фильме Бонда совратила полуголая девица на коне, но такое было точно. Хотя, может быть, непобедимого героя заинтересовала лошадь. Какая разница? Под романтические размышления я выкурила несколько сигарет на берегу океана и, наглотавшись свежего воздуха, побрела в свой любимый ресторан «Beerhouse», где меня уже успели запомнить и полюбить. Кушать ризотто с лобстером, запивая прохладным белым вином и воруя глазами скользящее над остервеневшими волнами солнце – неплохой способ лечить печаль. Так я и просидела до тех пор, пока оранжевый круг окончательно не слился с океанической поверхностью и звонок телефона не вывел меня из состояния ступора. Надпись на дисплее била в голову сильнее, чем португальское белое, желание услышать любимое обращение было превыше всего, но я не шевелилась и продолжала смотреть на вибрирующий смартфон. Меня постоянно сбивало с толку то, как португальцы отвечают на телефонные звонки: они отчетливо приветствуют абонента русским словом «что». Так вот в свое «ЧТО» я вложила совершенно иной смысл, подкрепленный гневным вопросительным знаком.