Четвертое сословие - Джеффри Арчер

— Что ты хочешь этим сказать? — крикнул Дик, надвигаясь на нее.

— Ничего особенного. Просто однажды ночью ты придешь домой и обнаружишь, что у тебя больше нет ни жены, ни ребенка.

Дик шагнул к ней и замахнулся, но она не сдвинулась с места. Он остановился и уставился ей в глаза.

— Ты и со мной будешь вести себя так же, как со всеми, кто ниже звания капитана, да?

— Не знаю, что это я так разволновался, — сквозь зубы процедил Дик, опуская кулак. — От тебя не дождешься никакой поддержки, когда она мне нужна больше всего, а если я стараюсь что-то сделать для тебя, ты все время только ноешь. — Шарлотта побледнела. — Езжай к своей семье, если хочешь, глупая сука, только не думай, что я за тобой побегу.

Он выскочил из спальни, схватил в коридоре фуражку и трость, скатился по лестнице и выбежал на улицу. Бенсон сидел в джипе с заведенным мотором и ждал, чтобы отвезти его на работу.

— Ты хоть понимаешь, твою мать, что с тобой будет, если ты меня бросишь? — прошипел Армстронг, усевшись на переднее сиденье.

— Простите, сэр? — недоуменно спросил Бенсон.

Армстронг повернулся к своему водителю.

— Ты женат, Рег?

— Нет, сэр. Гитлер вовремя меня спас.

— Гитлер?

— Да, сэр. Меня призвали за три дня до свадьбы.

— Она тебя ждет?

— Нет, сэр. Она вышла замуж за моего лучшего друга.

— Ты скучаешь по ней?

— Нет, но я скучаю по нему.

Армстронг рассмеялся, и через минуту Бенсон подъехал к конторе.

Войдя в здание, он столкнулся с Сэлли.

— Ты получил мое сообщение? — спросила она.

Армстронг резко остановился.

— Какое сообщение?

— Вчера я звонила тебе домой и просила Шарлотту передать, что майор Форсдайк ждет тебя сегодня в девять утра в своем кабинете.

— Черт бы ее побрал, — разозлился Армстронг и повернул назад. — Что еще у меня на сегодня? — крикнул он на ходу.

— Почти ничего, — ответила она, едва поспевая за ним, — только прием вечером в честь фельдмаршала Очинлека. Шарлотта тоже приглашена. Вам нужно быть в офицерской столовой с семи до половины восьмого. Придут все большие шишки.

Выходя за дверь, Армстронг бросил через плечо:

— Вернусь не раньше обеда.

Бенсон торопливо загасил сигарету, которую только что прикурил, и спросил, когда Армстронг запрыгнул на соседнее сиденье:

— Куда теперь, сэр?

— К майору Форсдайку. Мне нужно быть у него в девять часов.

— Но, сэр… — начал было Бенсон, нажимая на стартер, но решил не говорить капитану, что даже Нуволари^[15] было бы нелегко добраться на другой конец сектора за семнадцать минут.

За минуту до назначенного времени Армстронг стоял перед кабинетом Форсдайка. Бенсон же радовался, что их не остановила военная полиция.

— Доброе утро, Армстронг, — поздоровался майор, когда Дик вошел в кабинет. Он ждал, что тот отдаст честь, но напрасно. — Возникло срочное дело. Нам нужно, чтобы вы доставили пакет своему другу майору Тюльпанову.

— Он мне не друг, — резко ответил Армстронг.

— Не будьте таким чувствительным, старина, — сказал Форсдайк. — Пора бы уже знать, что из этого ничего не выйдет, если вы работаете на меня.

— Я не работаю на вас, — разозлился Армстронг.

Форсдайк поднял взгляд на человека, стоявшего по другую сторону стола. Его глаза сузились, губы сжались в одну прямую линию.

— Мне известно, каким влиянием вы пользуетесь в британском секторе, капитан Армстронг, но хочу вам напомнить, что, каким бы могущественным вы себя ни вообразили, я пока еще старше вас по званию. А главное, я ничуть не стремлюсь попасть на первую полосу вашей газетенки. Так что хватит психовать из-за своего раздутого эго и давайте работать.

Наступило долгое молчание.

— Вы хотели, чтобы я доставил пакет, — наконец выдавил Армстронг.

— Да, — ответил майор. Он выдвинул ящик стола, достал пакет, размером с обувную коробку, и протянул Армстронгу. — Постарайтесь, пожалуйста, чтобы майор Тюльпанов получил это как можно скорее.

Армстронг взял пакет, сунул под мышку, отдал честь, нарочито щелкнув каблуками, и строевым шагом вышел из кабинета.

— В русский сектор, — рявкнул он, садясь в джип.

— Есть, сэр, — сказал Бенсон, радуясь, что на этот раз успел сделать хоть пару затяжек. Через несколько минут они въехали на территорию русского сектора. Армстронг приказал остановиться на обочине.

— Жди здесь и не двигайся с места до моего возвращения, — он вышел из машины и зашагал в сторону Ленинплац.

— Подождите, сэр, — крикнул Бенсон и, выпрыгнув из джипа, побежал за ним.

Армстронг резко повернулся и свирепо уставился на шофера.

— Какого черта ты себе позволяешь?

— Вы забыли это, сэр, — Бенсон протянул ему обернутый коричневой бумагой пакет.

Армстронг схватил коробку и пошел прочь, не сказав больше ни слова. У Бенсона возникла мысль, что босс, наверное, приехал к любовнице, хотя часы на соборе показывали всего десять.

Армстронг ничуть не остыл, когда через несколько минут добрался до Ленинплац. Он ворвался в здание, взлетел вверх по лестнице, миновал комнату секретарши и направился к кабинету Тюльпанова.

— Одну минутку, сэр, — секретарша вскочила. Но было поздно. Армстронг распахнул дверь и решительно шагнул в кабинет.

Он застыл на месте, увидев, с кем разговаривает Тюльпанов.

— Простите, сэр, — промямлил он и быстро развернулся к двери, едва не сбив с ног подоспевшую секретаршу.

— Нет, Любжи, останься, пожалуйста, — остановил его Тюльпанов.

Армстронг снова повернулся, вытянулся по стойке «смирно» и коротко отдал честь.

— Маршал, — сказал кагэбэшник, — вы, вероятно, не знакомы с капитаном Армстронгом. Он отвечает за связи с общественностью в британском секторе.

Армстронг пожал руку главнокомандующему Группой советских войск в Германии и снова извинился за вторжение, только на этот раз по-русски.

— Рад знакомству, — ответил маршал Жуков на родном языке. — Если не ошибаюсь, мы увидимся сегодня за ужином.

— Не думаю, сэр, — удивился Армстронг.

— Да-да, — сказал Жуков. — Я только сегодня утром просматривал список гостей. Я имею удовольствие сидеть рядом с вашей женой.

Наступило неловкое молчание, и Армстронг решил больше не влезать со своим мнением.