Перепутаны наши следы (сборник) - Наталья Симонова

– Что, совсем тебя переклинило? На молоденьких потянуло? – зло откликнулась Ира. – Ладно… Навру что-нибудь. Но ты чтоб при маме ни-ни! А то я просто убью тебя, гада, если ты ей такой стресс устроишь!

«Ну вот и хорошо, – подумал Паша удовлетворенно. – Действительно, пускай поерзает. А то я ей, понимаешь, клоун!.. А там посмотрим, может, и наладится у нас. Ревность стимулирует…»

* * *

Сердце матери заныло еще на вокзале, где ее встречали дочь с зятем. «Что-то у них тут не так, – томилась Людмила. – Что-то не то между ними, это точно». Глядя, как напряженно держится зять, как искусственно возбуждена ее дочка, она уже не сомневалась в своих подозрениях. «Загулял Пашка! – догадалась женщина, с неприязнью поглядывая на дочерина мужа. – Эх… Ведь хороший же мужик, что ж это он, а!» Но такое озарение было, пожалуй, пустяком по сравнению с тем, что ожидало бедную женщину дома. На пороге ее встретила улыбающаяся Лена.

– Здрасте, – вымолвила теща в полном потрясении – и опять взглянула на зятя, слегка покачав головой, как бы не доверяя собственным глазам. – А это что же тут у вас?.. – промямлила наконец, сама чувствуя явную невнятность вопроса.

– А это у нас Леночка, – поспешила встрять дочь. – Аспирантка Павла. – Она заочница, живет в другом городе… В гостиницах мест не найдешь – вот и приходится… – Дочка развела руками и засуетилась, распихивая по прихожей материн багаж.

– Это что же, общежития ей не предоставили? – тревожно зашептала мать, отводя Иру в сторонку. – Дочь, да как-то это странно – молодая девушка живет у научного руководителя, прямо у него дома, а тут его жена…

– Мам, ну там в общежитии потоп, они очников-то распихивают сейчас кого куда, а здесь заочница приехала. Ну нет для нее места. Да она уедет скоро.

– Ой, смотри, Иришка! Как-то не хорошо это.

– Да знаю я, мам, – огорченно махнула рукой дочь. И бедная мама почувствовала новый пронзительный укол в сердце. Она закусила губу, поцеловала свою девочку и сказала:

– Ну ладно, доча, ладно, все образуется.

В тот же вечер, улучив момент, встревоженная мать звонила своему мужу.

– Юра, – шептала в телефонную трубку, чуть не плача, – не ладно тут у детей-то. Вот говорила я Ирке: ну что ты тянешь с ребенком! Ну она же не слушает никого… Ты представляешь, Пашка-то всякий стыд потерял и любовницу завел прямо под боком жены – вот прямо в их квартире, ну ты представляешь? А Ирка страдает!

– Да ты что, Люда?! – не верил муж.

– Юра! Я тебе говорю!.. Ну я тоже не ожидала от него, но она же у них живет, Ирка мне врет, что она Пашина аспирантка, а сама такая вся напряженная, расстроенная… Говорю тебе: он ей изменяет – ну это же сразу видно, понимаешь? И Пашка тоже такой сам не свой ходит.

– Слушай, Люд, а может, еще все не так как-нибудь, а? Ну Иришка же тебе сказала, что аспирантка – ну мало ли?

– Да чего мало ли, Юра! Тут все ясно. Загулял Пашка, да еще самым бессовестным образом девицу эту к себе в дом поселил. Представляешь, каково нашей Ирке? Да, правда, и сам он какой-то пришибленный, видно все же совесть-то его мучает. Ну все-таки, знаешь, тут тебе жена – потерпит, а тут тебе теща приехала! Вот и стыдно ему, что он такое вытворяет. Ну, я уж, чтобы Ирочке не навредить, конечно, сдерживаюсь, не подаю вида. А на душе-то, Юра, прямо кошки скребут. Юра, я тебя умоляю: приезжай!

Бедная женщина, как ни крепилась, залилась слезами.

– Юрочка, как можно скорее бери билет и приезжай к нам. Ну я не знаю, чем мне Ирке помочь. А ты все-таки отец, уж как-нибудь приструнишь его. Ну, поговоришь с ним по-мужски.

– Да что ж я ему скажу-то, Люд?

– Да ты приезжай, Юра. Тут уж сам все увидишь – найдешь, что сказать. Ты бы видел нашу Иру, – она опять всхлипнула. – Девочке так тяжело. Она же с мужа пылинки сдувает, а он вот как с ней.

– Вот подонок! Вот как он может так с Иркой поступать!

– Ну так, Юрочка, а я ж тебе о чем! Ты выезжай немедленно.

– Люд, а куда ж я Волана-то дену?

Воланом звали собаку, беспородного большого кобеля, любимца семьи.

– Юр, да что уж тут делать-то? Вези Волана сюда. Ну договорись там с проводником – справки некогда собирать – и вези, куда ж его? Главное, сам поскорее приезжай к нам. Мы тут без тебя с этим со всем никак не справимся.

Правдами-неправдами, побросав все дела, оскорбленный отец добыл билеты на поезд, умаслил проводницу насчет собаки, не имеющей свежих справок от ветеринара, и вместе со своим лохматым Воланом отправился к жене и дочери. Два дня спустя он был на месте – к изумлению дочери и зятя. В прихожей гостя с собакой встречали Ира с мужем, Ирина мама и «аспирантка» Лена. Пес залился лаем. Отец был молчалив и смущен, на зятя смотрел волком, на дочку поглядывал с сомнением.

– Пап, ты чего вдруг сорвался? – удивленно поинтересовалась Ира. – Да еще с Воланом?

– Да подумал… Что ж мы с матерью-то… А куда я его…

– Ну что ты папу с дороги вопросами дергаешь? – вступилась Людмила. – Давай накормим сначала. Что ж ему, к дочери приехать нельзя?

– Мам, ну просто удивительно как-то: сначала ты, потом он – почему не вместе-то? И ты мне даже не сказала ничего.

– Да я сам решил, что зря с мамой не приехал, вот и… – хмурясь, пояснил отец. – А Волана – ну куда ж его!

– Да проходите уже, раздевайтесь, – поучаствовал Паша. – Волан, успокойся ты, всех перекричал.

– Уж разденемся, уж успокоимся, – ворчал тесть, искоса посматривая на зятя. – Здравствуйте, – кивнул Лене.

– Это, папа, Пашина аспирантка Леночка. Временно у нас, пока общежитие ремонтируют, – приветливо пояснила Ира.

– Ага, – согласился отец. – Я так и подумал.

* * *

Прошел день. И еще один. И еще. Все три комнаты большой благоустроенной Пашиной квартиры были теперь заняты. Причем сам он проживал в спальне с «бывшей» женой, родители Иры вместе с собакой занимали гостиную, а в третьей комнате обитала «аспирантка». Паше ужасно непривычно было все время натыкаться в собственном доме на большое лохматое животное. Время от времени жизнерадостный Волан носился по коридору, грыз тапочки и приставал к домочадцам. На все громкие звуки, как общительный пес, он отзывался веселым заливистым лаем. На звонки и открывания дверей реагировал лаем строгим и предупреждающим. К Паше пес относился неплохо, и это было не очень хорошо. Потому что, если его держали в комнате – он скулил и рвался на волю. А выпущенный в прихожую все время крутился под ногами.

О душевных посиделках вдвоем с Леной пришлось забыть. Но и отношения с Ирой не развивались. Все-таки Паша был зол на нее и, хотя вроде бы надеялся на восстановление семьи, сам на сближение не шел. Да и она не настаивала. Ночевали на одной широкой кровати, но друг к другу и голов не поворачивали. Считая собаку, шесть обитателей теперь постоянно сталкивались в прихожей и на кухне, и пять из них претендовали на частое использование ванной комнаты и туалета. Ирина мать готовила на всех и зорко наблюдала за происходящим в квартире. По ее мнению, все говорило о том, что зять, потеряв всякую совесть, живет сразу с двумя женщинами, а дочь страдает, но молчит. Паша удивленно ловил на себе косоватые взгляды тещи, сопровождавшиеся осуждающими вздохами. Недоумевал, но особо не задумывался. Только надеялся, что родственники скоро наконец съедут и вопрос о непонятных претензиях отпадет сам собой.