Перепутаны наши следы (сборник) - Наталья Симонова

– Еще чего! – возмутился Паша. – Да после таких выходок, – кивнул на потемневшую припухлость на Лениной скуле, – он еще и условия будет ставить?

– Не то что условия, думаю, он начнет уговаривать. Я когда уходила, он меня пытался удержать, говорил, случайность, мол, не хотел, и все такое. Но я его слушать не стала, побросала самое необходимое в сумку и на выход. Честно говоря, он достал уже меня.

– Понятно… А моя ни с того ни с сего ушла. Жизнь, говорит, с тобой стала скучной. Праздников ей не хватает.

– Вы переживаете?

Паша отвернулся к окну.

– Может, она еще вернется, – предположила Лена. – А что? Очень даже бывает! Вот у моей подруги…

– А здесь что – проходной двор?! – взъярился Паша. – Ушла, пришла!

– Так вы разве не пустите ее, если вернется?

– Откуда я знаю… Ладно. Давай на работу собираться, а то заболтаемся.

* * *

Оба привыкли к этим завтракам вдвоем. Если даже Лене не нужно было выходить в первую смену и вроде бы незачем вставать рано, она все равно поднималась вместе с Павлом. А в выходные их посиделки переносились на более позднее утро и затягивались за разговорами на час-полтора. В такие дни Лена старалась приготовить что-то повкуснее.

Однажды, в одну из суббот они сидели перед горой блинчиков, чему-то смеялись, когда услышали, что в замке входной двери уверенно поворачивается ключ. Лена застыла с чашкой кофе в руке, Паша повернул голову в сторону прихожей.

– Ира? – с изумлением произнес он.

В дверях кухни появилась стройная женщина в кожаной куртке и джинсах, с длинными волосами и ухоженным лицом. Лена бросила взгляд на обескураженного Пашу, поставила чашку на стол и преувеличенно свободно откинулась на стуле.

– Вот те на! – произнесла Пашина жена, картинно опираясь на косяк двери. – Это что же здесь в моем доме происходит?!

– Ты этот дом покинула, если мне не изменяет память, – заметил Паша, сдерживаясь. – С какой же стати он твой?

– А с той стати, что я пока еще твоя жена, дорогой.

– Неужели? Так я же клоун! Знаешь, если бы у меня была жена, она жила бы здесь, со мной. Но я живу один!

– Один! Ха-ха! – саркастически пророкотала Ира. – Вот это ты называешь – один?! – Она указала на Лену пальцем.

И тут Елена встала. Изогнувшись и поводя бедрами, она подплыла к Паше, обняла за шею, чуть прищурившись, посмотрела на Иру бесцеремонным, оценивающим взглядом.

– И что? – спросила намеренно нахально. – Ну не один. Так и вы вроде не в монастырь ушли, или я что-то путаю? – Лена нежно взглянула сверху вниз. – Правда, зай? – выдохнула, не сводя с Паши томного взгляда, и погладила его, совершенно оторопевшего, по щеке. Тот сглотнул и перевел ошеломленный взор на Иру.

– Быстро же ты… – Ира развела руками. Было видно, что она в шоке. – И блинами, смотрю, тебя кормят, неплохо устроился, молодец…

Паша молчал, глядя на жену.

А Лена продолжала свой спектакль. Развязно опустившись на стул прямо против Иры и картинно закинув ногу на ногу, она посмотрела на Пашину жену затуманенным взором и почти прошептала издевательски нежно:

– Вы что-то забыли у нас, Ирочка?

– Да ты… Ты… Это я? У вас? Забыла? Да я в своем доме! Это ты что тут забыла, хамка беспардонная!

Несмотря на эту речь, казалось бы, проясняющую расстановку сил, Ира, явно растерянная, выбежала из квартиры, хлопнув дверью, на ходу кидая ключи в сумку и, видимо, забыв, зачем приходила.

Она шла к машине и не могла понять – как? Ну как у ее зануды мужа могла так быстро появиться молодая красивая любовница?! И ведь он определенно у той под каблуком. Сидит молчит, пока эта нахалка над ней издевается, – над ней, законной женой! – и хоть бы слово сказал… Ира представила стерву, только что прижимавшуюся бедром к ее мужу и непристойно его обнимавшую… «Гадина, – подумала с ревнивой обидой. – Вот гадина!»

В это время Паша пытался выяснить мотивы неожиданного Лениного выступления.

– И что же это было, май литл френд? – спросил он, опускаясь на стул.

– Это – справедливое возмездие! – отчетливо проговорила Лена. – Или тебя устраивает, что ты в дерьме, а она в шоколаде? – уточнила, впервые переходя на «ты».

– Но ты же ввела ее в заблуждение, Лен! Ну а дальше-то что?

– Ну дальше – потом будет видно. А пусть ей сейчас жизнь медом не кажется, раз она так с тобой поступила. И главное – пусть не думает, что ты себя на помойке нашел и никому не нужен! Пусть знает, кого, дура, бросила…

– Значит, ты ее намеренно злила? – улыбнулся польщенный Павел.

– Естественно, не случайно. Ты хороший человек, умница, настоящий мужчина, между прочим, – а она с тобой так обошлась. Не могу этого терпеть. Я очень рада, что уела ее.

– Ну уж и уела, – усомнился Паша.

– А то! – довольно подтвердила Лена. – Она аж позеленела от досады! Так ей и надо. Пусть не думает, что ты какое-то барахло, которое можно просто выбросить и никто не подберет.

– Слушай, ну ты и артистка. Я прямо глазам своим не поверил: всегда такая мягкая, интеллигентная, такая деликатная, вежливая… И вдруг стерва стервой. Может, это и есть твое настоящее лицо?

– Это со стервами я стерва. А с хорошими людьми мягкая и деликатная. Вот так. И где мое настоящее лицо? Я-то думаю, что оба настоящие. Просто все мы меняемся в зависимости от обстоятельств. На войне как на войне. Вот так вот. И пусть теперь побудет в твоей шкуре, это по справедливости.

– Ну ладно, ладно. Развоевалась… – Паша дружески приобнял Лену. – Спасибо, что заступилась, – улыбнулся. – А то и правда себя барахлом чувствовал.

В понедельник жена явилась к Паше в офис под конец рабочего дня.

– Паш, – начала смущенно, – нужно поговорить. Ты меня вчера так… – Ира подбирала слово, – удивил… Честно говоря, не ожидала от тебя подобной прыти. Я, собственно, и забыла, зачем приходила, а у меня ведь дело к тебе. – Ира помялась. – Понимаешь, мама приезжает в выходные. Хочет нас навестить, уже и билет, говорит, взяла. А ты же знаешь, как она тебя любит. Ну не хочу я ее сейчас огорчать, понимаешь? Как-то не готова еще ей объяснять всю эту нашу с тобой ситуацию… Ну, в общем, не мог бы ты подыграть мне пару дней, поизображать для нее, что у нас все по-прежнему. Она погостит и уедет с легким сердцем, а?

– Ну, Ир, ты даешь! И дальше что? Покривляемся сейчас – а потом?

– Потом потом и будет! – раздраженно возразила жена. – Ты сейчас скажи – можешь помочь?

– Хорошо. Но у меня условие.

– Ну?

– Лена останется у нас! Не выгонять же мне ее из-за твоей прихоти. Скажем, что она моя аспирантка из другого города, заочница. Ну, в общем, твои проблемы, как это все твоей маме объяснять. Скажешь, что ей жить негде. Ну, общежитие там затопило или еще что.