Осень в Пекине - Борис Виан

Атанагор шел посередине. Руку он держал на плече Анжеля, который шагал слева; справа археолога под руку взял аббат. Они направлялись в археологический лагерь, чтобы забрать с собой Бронзу и навестить Клода Леона.

Сначала никто не разговаривал, но аббат Грыжан не умел долго молчать.

— Не понимаю, почему профессор Жуйживьом отказался от места отшельника, — сказал он.

— Я думаю, он больше не мог терпеть, — ответил Атанагор. — Всю жизнь лечить людей — и так закончить...

— Но ведь со всеми врачами случается... — сказал аббат.

— Только арестовывают не всех, — заметил Атанагор. — Как правило, они скрывают результаты. А профессор Жуйживьом не хотел юлить и прятаться.

— Но как им удается скрывать результаты? — спросил аббат.

— В тот момент, когда больной должен умереть, они передают его другому врачу, более молодому, — сказал Атанагор. — И так все время.

— Что-то в этой цепи от меня ускользает. Ведь если больной умирает, то кто-нибудь из врачей должен за это ответить.

— В такой ситуации больной нередко выздоравливает.

— В какой ситуации? — снова спросил аббат. — Простите, но я не очень вас понимаю.

— В ситуации, когда старый врач передает своего пациента молодому, — сказал Атанагор.

— Но доктор Жуйживьом не был старым врачом... — заметил Анжель.

— Лет сорока, сорока пяти... — прикинул аббат.

— Да, где-то так, — согласился Атанагор. — Просто ему не повезло.

— Но ведь во всем мире каждый день люди убивают людей, — сказал аббат. — Я не понимаю, почему он отказался от места отшельника. Религия для того и придумана, чтобы покрывать преступления. В чем же дело?

— Вы правильно сделали, что предложили ему, — сказал археолог. — Но он слишком честен, чтобы согласиться.

— Экая дубовая голова! Ну кто заставляет его быть честным! — подивился аббат. — Что с ним теперь будет, а?

— Вот уж чего не знаю... — пробормотал Атанагор.

— Он уедет отсюда, — сказал Анжель. — Он же не хочет, чтобы его схватили. Заберется в какую-нибудь затхлую дыру.

— Давайте поговорим о другом, — предложил Атанагор.

— Великолепная идея, — обрадовался Грыжан. Анжель не ответил, и все трое продолжали путь молча.

Порой они наступали на улиток, и тогда из-под ног брызгал желтый песок. Тени их скользили за ними — крошечные, вертикальные. Эти тени можно было заметить, только расставив ноги. По загадочной случайности тень аббата поменялась местами с тенью археолога.