Веревочка. Лагерные хроники - Яков Капустин

Всё складывалось удачно, и даже армия не омрачила их счастья.

Через пару лет после армии до Ивана окольными путями стали доходить слухи, что его любимая женщина и верный друг Валька погуливает на стороне.

Их отношения были настолько близкими и доверительными, что Иван не мог поверить в такую чушь. И только, когда от слухов некуда было деваться, усадил жену напротив и задал ей прямой вопрос.

Она расплакалась и заявила, что ей одного мужа мало, и что она без других мужиков жить не может. А, если Иван её бросит, то она покончит с собой, потому что любит его больше жизни.

Выслушав этот бред, Иван избил жену и сказал, что если она не одумается, то он её убьёт.

Месяца два он ничего не видел, а потом стал замечать появившееся у жены изменение настроения.

Выражалось это в блеске глаз, походке и лёгкости движений. А главное, она всё время напевала «Хабанеру» Кармен.

«У любви, как у пташки крылья…» пела она беспрерывно.

Он стал следить за ней и поймал с мужиком, которого избил до полусмерти. Заодно досталось и жене.

Но прошло 2–3 месяца и всё повторилось до мелочей, включая знаменитую арию Жоржа Бизе.

За те несколько лет, что Иван боролся с женой, он и выгонял её и уходил сам, пил и бил, разговаривал и уговаривал, но ничего не помогало.

Валька клялась ему в вечной любви, была заботливой женой и пылкой любовницей. Она говорила, что без Ивана и дочери жизнь для неё не имеет смысла. Но снова и снова изменяла ему и ничего поделать с этим не могла.

Иван, почувствовав, что находится на грани, решил уйти окончательно, но Валька валялась у него в ногах и выла на всю улицу, умоляя не оставлять её.

В одну из следующих размолвок он ударил её ножом в сердце и убил.

Умирала она с улыбкой на лице.

Затем он распорол себе живот с угла на угол и свалился рядом.

Врачи спасли его, а суд, учитывая все обстоятельства дела, дал ему восемь лет строгого режима с лечением в психиатрической больнице, как человеку склонному к суициду.

Мысль о самоубийстве его с тех пор никогда не оставляла, а любимая жена всегда была перед глазами. Жить без неё он не мог и не хотел.

Но, если бы я был немного внимательней к этой его проблеме, может быть ничего бы и не случилось. Во всяком случае, так быстро.

Месяца через три, после нашей встречи, Иван спрыгнул с площадки башенного крана и разбился насмерть.

После освобождения, я заезжал к его матери. Помогал, чем мог.

Но смерть Ивана лежит на моём сердце тяжёлым грузом, и какие бы я ни находил себе оправдания, и какие бы объективные причины ни выискивал, ощущение тяжкой вины перед этим сильным, добрым и несчастным человеком меня не покидает.

Никогда!