Лимб - Юлия Лим

Теперь холодные серые коридоры с бесконечными белыми дверьми казались ему умиротворяющими. Лукавый встал, вышел из палаты. Ева ждала в коридоре.

– Как ты? – спросила она шепотом.

– Не знаю. Я ничего не чувствую, – признался он. – Что случилось?

– Тебя сильно избили. Ранили ножом. Вы с Костей в реанимации.

– Как он?

– Борется, как и ты. Вы оба – герои. – Ева обняла его, легонько погладила по спине. Здесь ее прикосновения казались живыми, теплыми. Настоящими.

– Ты видела, кто на нас напал?

– Да.

– Кто?

– Это тот парень, которому ты дал денег. Забыла его имя…

– Вадим? Вот же сучий потрох…

«Прости, мне заплатили», – вспомнил Лукавый его слова. Пазл понемногу складывался.

– Кто-то заплатил ему за нападение. Значит, это кто-то из тех, кто связан с аварией. – Он отстранился от Евы и начал ходить вокруг нее. – Кто-то следит за мной? Кого они покрывают? Почему?

– Видимо, не хотят, чтобы ты копался в их грязном белье. – Ева поджала губы. Она следила за его кружением, а потом поймала за руку: – Лукас, одумайся.

– Нет уж. Ладно я, но Костя… Они напали на моего друга! А вдруг он умрет? А если я умру и не смогу отомстить за него?

– Месть – не то, что тебе нужно.

– Откуда ты знаешь? Погибли родные моих друзей, мой брат умер! Я хочу, чтобы виновного судили как убийцу, как следует, по закону! – Лукавый взял Еву за руки. – Это не месть, это восстановление справедливости.

– А если ты, вернув справедливость, утратишь смысл жизни? Что, если все, к чему ты привык, разрушится?

– Все разрушилось, когда умер Дэн, а я впал в кому. Не отговаривай меня.

Ева отвела взгляд. Лукасу показалось, что она что-то скрывает.

– Ты… – Лукавого отдернуло.

Он попытался ухватить Еву за руку, но не успел: его мощной воронкой затянуло в палату.

* * *

Он очнулся с жадным вдохом. Нос болел, голова кружилась, желудок сводило. Схватившись за капельницу, Лукавый попытался встать с постели, но у него не хватило сил.

– Где он? – бормотал Лукавый, с трудом открывая рот, выдыхая со свистом. – Где Костя?

– Пациент, вам нельзя вставать! – рядом засуетились врач и медсестры.

– Сынок… – Мама бережно отвела его руку от капельницы.

– Костя… где он… Костя… – Лукавый поймал мать за рукав, пока ему вкалывали успокоительное. – Что с ним?

– С ним все хорошо, – сказала она, улыбнувшись.

Погружаясь в беспокойный сон, он заметил, как мать отвела взгляд.

* * *

В коридорах у окна кто-то стоял. Лукавый обошел его сбоку, а потом схватил рукой за шею и потрепал по светлой голове.

– Придурок! Кто тебя просил меня защищать? – крикнул он.

– Пусти, я задыхаюсь. – Костя закашлялся. – Где это я? Какое странное место.

– Коридор ожидания для тех, кто еще не умер, но близок к этому? – пошутил Лукавый.

– Я не могу умереть. Меня ждет Алена, – серьезно возразил Костя. – Она так и не поела блинчиков с шоколадом.

– Как ты можешь сейчас думать о других, когда сам на волоске от смерти болтаешься? – поразился Лукавый.

– Я люблю ее больше, чем себя.

Лукас покачал головой и похлопал Левицкого по плечу.

– Хоть твой героизм и граничит с идиотизмом… спасибо, что спас мне жизнь. Но больше так не делай!

– Если бы я этого не сделал, то жалел бы всю оставшуюся жизнь. К тому же, – Костя грустно улыбнулся, – в тот момент у меня промелькнула мысль…

– Какая?

– Будет ли кто-то жалеть о моей смерти? Скучать по мне?

Лукавый пихнул друга в затылок. Костя поморщился.

– Что ты несешь? Конечно, будут! Сам же сказал, что тебя ждет Алена, и ты не можешь ее бросить. А я? А как же Ярослава? Ты ведь с ней целовался.

Костя нахмурился.

– Она сказала, чтобы я забыл об этом. Что наш поцелуй был ошибкой.

– Ну и дура, – хмыкнул Лукавый. – Найдешь себе заботливую, любящую девушку.

– Поздно. Она уже в моем сердце.

– От вас, ребята, депрессией веет за километр! – прервала их Ева. Они повернулись.

– Ты видишь ее? – спросил Костя.

– А ты?

Тот кивнул.

– Ну, тогда знакомься. Это Ева, моя подруга. И мы хотим разобраться, куда она пропала и из-за чего случилась авария. А еще мы знаем, кто на нас с тобой напал.

– Кто? – Костя вскинул брови.

– Вадим. Прикинь? Эта крыса… Я ему еще денег дал, пожалел его. Напишем на него заявление, сдадим в полицию.

– А вдруг он придет к нашим семьям? Я… я не хочу лезть в криминал.

– Если боишься, ничего страшного. Тебе есть что терять, а вот мне – уже нечего. Я сам все сделаю. – Лукавый поправил челку, гордо вскинул голову.

– У вас должен быть хороший план, братишка. – От голоса Дэна он вздрогнул и повернулся.

Брат улыбался и выглядел как живой.