Место встреч и расставаний - Сара Маккой

Я улыбаюсь:

– Но вы за него не выйдете.

– Я за него не выйду, – с ухмылкой повторяет она. – Но мы чудно проведем вместе время.

Пятый день. Мои ноги одеревенели от сидения, и я горю желанием поскорее снова оказаться на твердой почве. Вокзал уже близко; я чувствую вокруг себя сырой воздух Сиэтла. Вечнозеленые деревья тянутся вдоль путей, и когда их сменяет знакомое очертание Сиэтла, мое сердце начинает учащенно биться.

Льюис скоро появится здесь. Много месяцев назад в письме он планировал этот день, наше воссоединение. В моей голове и моем сердце – сплошная эмоциональная неразбериха. Что я скажу? Что я сделаю, когда увижу его?

Я поворачиваюсь к Грейс с нервной улыбкой. Она сжимает мою руку.

– Ты уже приняла решение, – говорит она. – Доверься ему.

– Приняла?

– Да. Ты можешь, конечно, терзаться сомнениями, но для тебя все будет предельно ясно.

– Надеюсь, вы правы, – говорю я.

Я открываю свою пудреницу и припудриваю нос, затем подвожу губы красной помадой.

Грейс невозмутимо улыбается. Так, словно читает мои мысли.

– Когда ты его увидишь, ты будешь знать, что сказать.

– А вы? – спрашиваю я. – Когда вы отсюда уезжаете?

– Ну, – отвечает она. – Я увижусь со своей сестрой, а что дальше – пока не знаю. Я всегда хотела поехать в Канаду. Может, так и сделаю.

– Обязательно. Вы будете мне писать?

– Да, – говорит она, извлекает из своей сумочки клочок бумаги и пишет на ней свой адрес. – Пришли мне письмо, когда осядешь – где бы это ни произошло, – и я буду тебе туда писать.

Я киваю и убираю лист в свою сумочку.

– Следующая станция Сиэтл, Вашингтон, – сообщает из передней части вагона проводник.

Путешествие было долгим. В каком-то смысле, оно длилось целую жизнь. Я уже не та женщина, какой была на Центральном вокзале. У меня два кольца от разных мужчин, но я могу отдать лишь одно сердце. Впереди вокзал «Кинг Стрит». Я выйду на платформу, и там меня будет ждать Льюис. Я улыбаюсь, вспоминая вечер нашей встречи, вспоминая, как он всматривался в мое лицо. Как он встал на одно колено и задал мне вопрос, который должен был навсегда изменить мою жизнь. Как я сказала «да», не представляя, куда это меня приведет. Я больше не сомневаюсь. Льюису было суждено стать частью моей жизни; теперь я это знаю.

Поезд ползет все медленнее и наконец останавливается.

– Ну вот и все, – говорю я Грейс.

– Удачи, милочка, – отвечает она, обнимая меня. – И не забывай: что бы ни произошло, ты – хозяйка своей судьбы. Ты, и никто другой.

Хотела бы я ей поверить. Хотела бы. Но мне кажется, что моя жизнь выходит из-под контроля, как потерявший управление поезд. Я не знаю, куда я направляюсь, откуда пришла, какие опасности ждут за углом.

– Поверь мне, – говорит Грейс. – Мы, женщины, сильные. Мы можем столкнуться с самым худшим и все же продолжить двигаться вперед. Когда ты поймешь, как использовать эту силу, ты поймешь, что ты можешь справиться с чем угодно, – она подмигивает мне, – и даже с тяжелым решением.

Я киваю, а она берет свой чемодан и выходит в коридор.

– Жду не дождусь твоего письма. Интересно будет почитать о следующем этапе твоего приключения.

Я улыбаюсь:

– До свидания, Грейс.

– До свидания, Роуз.

И она уходит. И я снова в одиночестве. Я выглядываю в окно на вокзал «Кинг Стрит». Мимо снуют приезжие. Я всматриваюсь в толпу, но Льюиса не вижу. Пока не вижу.

– Мэм, пора выходить, – говорит проводник.

– Ага, да, я уже выхожу, – произношу я. Но хочу сказать: «Я не готова выходить. Я хочу еще ненадолго остаться в поезде. Я хочу слышать только стук колес и мысли в своей голове. Я хочу остаться в этом поезде, пока не пойму, что мне делать».

Но я могу так никогда и не понять, что же мне делать. С этим неспокойным чувством я выхожу на платформу.

Как же приятно вновь оказаться на твердой земле. Мне нужно успокоиться. Я делаю несколько шагов, затем опускаю чемодан на землю. Смотрю вправо, влево. Льюис должен быть где-то здесь. Конечно, он может и опоздать. Нужно найти скамейку и немного подождать. Он придет, как и написал.

Я подхожу к скамейке возле билетной кассы и сажусь. Проходит минут, пять, десять. Я смотрю на старые часы на стене над головой. А затем слышу объявление по громкоговорителю и свое имя.

– Внимание, мисс Роуз Уэллингтон. Внимание, мисс Роуз Уэллингтон. Пожалуйста, подойдите к билетной кассе для получения сообщения.

Я вскакиваю. Сообщение? Для меня? Оно точно от Льюиса, где он объясняет, что опаздывает и скоро будет. Он застрял в пробке. Или, быть может, машина сломалась. Я помню, какой он красивый. Я помню эти глаза. Я могу представить себе жизнь с Льюисом. Хорошую жизнь. Мое сердце начинает биться быстрее. Я собираюсь с духом и иду к кассе.

– Я Роуз Уэллингтон, – говорю я мужчине за стеклом. – У вас для меня сообщение?

Мужчина смотрит на меня сквозь очки, а затем равнодушно передает мне конверт с моим именем, напечатанным на лицевой стороне.

– Мы получили телеграмму на ваше имя, – сообщает он.

Я киваю и беру конверт из его рук. От вида моего имени на конверте сердце начинает биться чаще. Только два человека знали, что я прибуду в Сиэтл на этом поезде. Сэм и Льюис. Я с трудом сглатываю, надрываю край конверта, и в этот момент слышу свое имя. Это его голос.

– Роуз?

Я оборачиваюсь и вижу Льюиса. Он еще красивее, чем раньше – а я считала, что такое невозможно. На его висках появились седые пряди (я помню, как он говорил мне, что мужчины в его семье седеют в двадцать с небольшим). Он приобрел более благородный и умудренный вид.

Я бегу к нему и обвиваю его шею руками. Он отстраняется и смотрит себе под ноги.

– Льюис? Что случилось? – Мое сердце бешено колотится. Он отводит глаза, а потом смотрит на меня. Его взгляд отстраненный и полный противоречия. И я понимаю, что для него любовь ушла. Колодец пересох. Я отступаю назад. – А, я поняла.

– Я хотел сказать тебе, – произносит он. – Я столько раз пытался написать тебе об этом в письме, но не мог набраться смелости. Я не хотел разбить твое сердце.

Я думаю о Сэме. Я думаю о том, как я флиртовала с ним, пока Льюис был на войне, пока он, судя по всему, был мне верен. Любил меня. Я не имею права злиться. Я не имею права чувствовать себя обиженной. Я сама все это спровоцировала. Возможно, он почувствовал это в письмах. Возможно, он знал, что я не полностью принадлежу ему. И все же сейчас, когда я стою и вижу его перед собой, я хочу отдать ему все, что имею, каждую частичку себя, каждую клеточку моего существа. Я хочу попробовать еще раз. Однако он уже не хочет этого принимать. Он уже не хочет меня.