Безумно богатые азиаты - Кевин Кван

Кассиан продолжал извиваться в руках Ника и вопил:

– Я хочу торт!

– Думаю, на самом деле он хочет СПАТЬ! – пробормотала Астрид.

Она забрала сына у Ника, но Кассиан начал хныкать.

– Ох, чувствую, сейчас закатит рев. Давай-ка отнесем его в детскую, – предложил Ник. – Рейчел, почему бы тебе не приступить к ужину? Мы вернемся через минуту.

Рейчел восхитилась предложенным меню. Один стол заставили тайскими деликатесами, другой – блюдами малайзийской кухни, а третий – классическими китайскими кушаньями. Как обычно, она немного растерялась, столкнувшись с огромным выбором, но решила попробовать все по очереди, начиная с китайского стола, и положила себе небольшую порцию кантонской яичной лапши и обжаренных морских гребешков в имбирном соусе, а затем наткнулась на поднос с золотистыми вафельками, свернутыми в маленькие цилиндры, которые выглядели весьма экзотично.

– Господи, что это?! – удивилась она вслух.

– Куэ пай ти. Перанаканское блюдо. Тарталетки с хикамой^[96], морковью и креветками. Попробуйте, – раздался голос у нее за спиной. Рейчел обернулась и увидела того щеголеватого мужчину в белом льняном костюме, который сидел рядом с бабушкой Ника. Он вежливо поклонился. – Нас не представили друг другу. Я Оливер Цянь, брат Ника.

Еще один китайский родственник с британским акцентом. Пожалуй, голос Оливера звучал даже более аристократично, чем у остальных.

– Приятно познакомиться. Я Рейчел…

– Да, я уже в курсе. Рейчел Чу, Купертино, Пало-Альто, Чикаго и Манхэттен. Видите ли, ваша слава шагает впереди вас.

– Правда? – спросила Рейчел, постаравшись не выдать удивления.

– Определенно. Я должен признаться, вы гораздо более привлекательны, чем мне рассказывали.

– Кто рассказывал?

– Ну вы же понимаете, слухами земля полнится. Неужели не знаете, сколько языков перемывают вам кости с тех пор, как вы приехали? – ехидно поинтересовался он.

– Я понятия не имела, – ответила Рейчел немного встревоженно.

Она вышла на террасу с тарелкой, ища взглядом Ника или Астрид, но их нигде не было. Зато Рейчел заметила, что одна из теток Ника – та дама в костюме от Шанель – выжидающе смотрит на нее.

– О, вон Дики и Нэнси, – сказал Оливер. – Не оглядывайтесь. Мне кажется, они вам машут. Боже упаси! Давайте займем собственный столик?

Рейчел не успела ответить, как Оливер выхватил тарелку у нее из рук и зашагал к столику в дальнем конце террасы.

– Вы их избегаете? – спросила Рейчел.

– Вовсе нет. Я помогаю вам избежать общения с ними. Поблагодарите позже.

– Почему? – не унималась Рейчел.

– Ну, во-первых, они невыносимы в том плане, что постоянно намекают на свои связи в высшем свете, сыплют и сыплют именами всяких высокопоставленных персон, без конца рассказывают о круизе на яхте Руперта и Венди^[97] или ланче с какой-то свергнутой европейской королевской особой, а во-вторых, они не совсем в вашей команде.

– Какой еще команде? Вот уж не знала, что у меня есть команда.

– Ну, нравится это вам или нет, а она у вас есть, и Ники с Нэнси здесь сегодня исключительно для того, чтобы шпионить для оппозиции.

– Шпионить?

– Да. Они хотят разделать вас, как гниющую тушу, и подать в качестве закуски на один зубок в следующий раз, когда их пригласят поужинать в одном из шести графств вокруг Лондона.

Рейчел понятия не имела, как воспринимать подобное диковинное заявление. Этот Оливер вообще казался персонажем из пьесы Оскара Уайльда.

– Боюсь, я не совсем улавливаю вашу мысль, – наконец произнесла она.

– Не волнуйтесь, вы все уловите, просто поживите тут еще с недельку. Не сомневаюсь, вы из тех, кто все схватывает на лету.

Рейчел рассматривала Оливера с минуту. Ему было около тридцати. Короткие, тщательно причесанные волосы. Круглые очки в черепаховой оправе, которые лишь подчеркивали, что у Оливера узкое лицо.

– Кем вы приходитесь Нику? – спросила Рейчел. – Ваша семья такая большая.

– На самом деле все предельно просто. Есть три ветви – Цянь, Янг и Шан. Дедушка Ника Джеймс Янг и моя бабушка Розмари Цянь – родные брат и сестра. Вы с ней уже сегодня встречались, если помните. Приняли ее по ошибке за бабушку Ника.

– Да, конечно. Это значит, что вы с Ником троюродные братья?

– Да, но в Сингапуре, поскольку огромные семьи частое явление, мы зовем друг друга просто братьями, в крайнем случае кузенами. Никакой чуши типа «четвероюродный брат» и прочей седьмой воды на киселе.

– То есть Дики и Нэнси – ваши дядя и тетя.

– Верно. Дики – старший брат отца. Но вы же знаете, что любого человека старше вас на одно поколение в Сингапуре принято называть «дядя» или «тетя», даже если вы вообще не связаны с ними родственными узами. Это считается признаком вежливости.

– Так разве вы не должны обращаться к ним «дядя Дики» и «тетя Нэнси»?

– Ну, чисто технически должен, но мне кажется, такое обращение еще нужно заслужить. Дики и Нэнси всегда на меня чихать хотели с высокой колокольни, так с чего я буду церемониться?

Рейчел подняла брови:

– Спасибо за экспресс-курс по Цяням. А что насчет третьей ветки?

– Ах да, Шаны.

– Мне кажется, я еще ни с кем из них не встречалась.

– Ну, сейчас никого из них здесь нет. Мы не должны вообще упоминать о них, однако я скажу вам, что царственные Шаны сбегают в свои великолепные поместья в Англии каждый апрель и остаются до сентября, чтобы не торчать тут в самые жаркие месяцы. Но не волнуйтесь, я думаю, что моя двоюродная сестра Кассандра Шан вернется на следующей неделе, когда будет свадьба, так что у вас появится шанс погреться в лучах ее обжигающей лампы накаливания.

Рейчел улыбнулась, услышав столь яркую характеристику. Этот Оливер – просто улет!

– А в каком они родстве с другими?

– Ой, тут все очень интересно. Внимание! Итак, старшую дочь моей бабушки, тетю Мэйбл Цянь, выдали замуж за младшего брата бабушки Ника, Альфреда Шана.

– Выдали замуж? То есть это был брак по сговору?

– Еще бы. Замысел принадлежал моему дедушке Цянь Цайтаю и прадедушке Ника Шан Лунма. Хорошо хоть молодые понравились друг другу. Но это был мастерский ход, поскольку брак стратегически связал семьи Цянь, Шан и Янг.