Алфи и Джордж - Рейчел Уэллс

— Смотри, — сказала Клэр. Она вынула из-за тостера конверт и протянула Таше.

— Что там? — Таша вынула письмо и стала читать. — Клэр, это же замечательно!

Она вскочила и обняла Клэр.

— Да, нам дали разрешение на усыновление, и соцработница сказала, что, если выбрать ребенка постарше, дело пойдет быстрее. Вот только я еще не говорила Джонатану.

— А когда пришло письмо? — спросила Таша.

— На прошлой неделе. Глупо с моей стороны, но я так загорелась этой идеей и не представляю, что будет, если он откажется.

— А тебя саму возраст ребенка не смущает? — у Таши, кажется, были те же сомнения, что у меня.

— Нет, Таша. Цели у меня правильные, и я тщательно все обдумала. Я хочу брата или сестру для Саммер, хочу, чтобы у нас была большая семья. Младенца нам не дождаться. Мы уже не очень молоды, а очередь такой длины, что Саммер к тому времени, глядишь, в университет пойдет.

Вид у Клэр был серьезный. Я подумал, что Саммер в университете — это смелое допущение. Хорошо бы ее сначала не выгнали из школы за буйный нрав.

— Дом у нас прекрасный, мы добрые люди, ребенку с нами будет хорошо. Мне больно от мысли, что где-то есть дети без семьи; думаю, что мы просто необходимы друг другу.

— Клэр, это же замечательно.

— Беда в том, что Джон боится, а я не могу до него докричаться и не знаю, что делать.

Я вскочил на кухонный стол. Мне хотелось сказать Клэр, что Джонатан передумает, если она отнесется к его чувствам с пониманием, но объяснит, что считает его и себя лучшими родителями для любого ребенка. Но как мне было донести эту мысль? Клэр и Джонатан сейчас словно шли каждый своим путем, да еще в разные стороны.

Я подтолкнул Ташу носом.

— Клэр, скажи ему, что ты его понимаешь. — Она словно прочитала мои мысли. — Только нежно.

— Я всеми пытаюсь руководить, да? — спросила Клэр.

— Поставив себе цель, ты движешься к ней напролом. Мы все очень любим эту твою черту, но, может, ты попробуешь действовать мягче?

— Постараюсь, но ничего не обещаю. Я уже представляю, как обставлю для мальчика свободную комнату.

— Для мальчика?

— Да, у меня предчувствие, что обязательно будет мальчик, — Клэр засмеялась, — вот видишь, ты права.

Я постарался не падать духом. Клэр знала, что делать, но, в своей обычной манере, боялась не справиться. Мне хотелось, чтобы в доме появился еще один ребенок. Я чувствовал, что мы все от этого выиграем. Судя по тому, как я привязался к Джорджу, усыновление — замечательная штука. Но Клэр должна переубедить Джонатана, а не переспорить. Если они не смогут договориться про ребенка, что ждет их дальше?

Таша повела Элайджу домой спать, Клэр пошла наверх укладывать Саммер, а мы с Джорджем отправились на улицу. Кошек видно не было, поэтому мы поиграли с листьями, погонялись за мухой, а потом решили проведать Мэтта. В такие дни мне не хватало Полли, мы с ней много времени проводили вместе, пока она не вышла на работу. Но Мэтта я тоже любил — просто с ним было не так весело.

Мы с Джорджем прошли через кошачью дверцу в дом к Полли и Мэтту. Каково же было мое удивление, когда в гостиной мы обнаружили Томаша. Он сидел в кресле, а Мэтт на диване. Я не видел Томаша ужасно давно — с тех пор, как остальная его семья уехала отдыхать, — поэтому запрыгнул к нему на колени и улегся. Джордж сел у ног Мэтта.

— Наши верные друзья котики, — сказал Томаш, гладя меня; я был очень рад его видеть и блаженно мурлыкал. — Да, Алфи, я тоже по тебе соскучился. А еще, конечно, по жене и детям.

— Знаешь, Томаш, они уехали недавно, а такое впечатление, что сто лет прошло, — сказал Мэтт, и я был с ним согласен. — Когда они возвращаются?

— Через две недели, к концу каникул. Я просил Франческу вернуться пораньше, но она говорит, что им там хорошо, а я все равно буду по уши в работе.

— Знаешь, Том, мне тут пришлось сидеть дома, чего я, между прочим, не хотел, и я заметил одну вещь. Я стал больше времени проводить с детьми, и оказывается, они каждый день делают что-нибудь новое, чего раньше не умели. Это так здорово. Я долго переживал, что потерял работу и какой из меня теперь глава семьи, а на самом деле, если вдуматься, мне понравилось сидеть с Генри и Мартой. Я пообещал себе, что если — или когда — найду новую работу, обязательно буду выделять для них время.

Джордж вскочил Мэтту на колени и лизнул его в подбородок. Умничка, я бы сам так поступил, но не мог отвлечься: меня гладил Томаш.

— Ты прав, но ведь на мне еще и бизнес. У нас теперь два ресторана. Я, между прочим, для семьи стараюсь.

— И не зря стараешься, вон как твои дела хорошо идут. Но у тебя что, управляющих в штате нет? Пусть поработают, не делай все сам. Твоей жене и детям мало радости, если они тебя не видят.

Лучше и не скажешь. Мэтт стал гораздо мудрее по сравнению с тем днем, когда учился ставить посуду в посудомойку.

— Все правильно. И я по ним чудовищно скучаю. Вот пускай приедут, я им так и скажу.

У меня шерсть встала дыбом: нет, Томаш ошибается! Ему надо не ждать домашних, а самому поехать в Польшу и привезти их назад. Но как это ему объяснить? Я посмотрел на Мэтта, стараясь внушить ему ту же мысль.

— Кстати, я пойду на собеседование. Не вдаваясь в подробности, у одного из сотрудников Джона брат держит студию дизайна. У него есть работа, не постоянная, а на контрактной основе, но фирма хорошая, и если я им подойду, то график будет гибкий. Полли сможет работать дальше, если захочет, а у меня все равно будет больше времени на детей.

— Ты уже обсуждал это с Полли?

Мэтт покачал головой:

— Мы сейчас тоже не очень ладим.

— И когда только наша жизнь стала такой сложной? — спросил Томаш.

Я не знал, что ответить. Все запуталось, и мне было досадно, что ни Томаш, ни Мэтт не в силах поправить положение.