Фирменные люди - Юлия Любимова

Он расстроился. Пообещал перезвонить позже.

Мы встретились с Андреем у выхода из метро. Он ждал меня, держа в руке трогательную веточку с пушистыми желтыми цветочками. Мимоза! Я поднесла ее к лицу и улыбнулась Андрею. Он улыбнулся мне в ответ.

Отстояв не очень большую очередь в кассу, мы побродили по залам Третьяковки, радуясь встрече с любимыми художниками и словно приглядываясь друг к другу. Потом через «Лужков мостик» вышли к памятнику Репину, посидели на скамеечке в скверике, прошлись по мокрой шумной Москве, оказались у Московской консерватории. Двери здания были распахнуты, на улице толпились курильщики. Раздался звонок, толпа, побросав окурки кто куда, суетливо двинулась в темные недра. Улица опустела.

Неожиданно из дверей выглянул человек и, заметив нас, замахал нам рукой:

– Быстрее, быстрее заходите. Сегодня замечательный концерт: Моцарт и Шнитке.

Как будто ждал нас. Нельзя было потерять такой шанс – мы ринулись в гардероб.

После концерта, переполненные восхитительной музыкой, мы зашли в кафе и долго сидели за маленьким уютным столиком, на котором горела свеча в стеклянном подсвечнике, похожем на рюмку, пили красное вино и болтали, болтали...

Андрей проводил меня до подъезда, поблагодарил за чудесно проведенное время и галопом помчался к метро, чтобы успеть к часу ночи на пересадку.

Через день мои поклонники позвонили одновременно. Это было забавно и невероятно, но я слышала в трубке два разных голоса. В первый момент я опешила, но быстро сообразила, что это проделки телефонной станции.

– Алло-у, Юля? – знакомо спросил Андрей.

– Алё, Юль! – отозвался Ринат.

– Андрей? – спросила я.

В трубке послышалось шуршание, а потом короткие гудки, оба куда-то пропали. Я улыбнулась. Звонок показался мне очень забавным. Телефон затрезвонил снова. Я схватила трубку.

– Да! Слушаю!

– Алё! – послышался неуверенный голос Рината.

– Привет, Ринатик!

– Я звонил только что, – сухо сказал он. – Почему ты назвала меня Андреем? Ты что, еще с кем-то встречаешься?

– Потому что звонил Андрей.

– Так, значит, у тебя есть еще и Андрей?!

– А что тут странного? Да, у меня есть знакомый по имени Андрей. Тебя удивляет это обстоятельство? Я же не в лесу живу, Ринат. Как у каждого нормального человека, у меня полно знакомых. С Андреем мы были вчера в Третьяковке, – честно призналась я без злого умысла.

Мне почему-то не хотелось говорить Ринату, что обычно я торчу дома, а с Андреем встречалась в первый и, может быть, в последний раз.

Да как бы оно ни было, это ведь не его дело!

– Я не думал, – в ужасе завопил он после секундной паузы, – что ты так развратна! Как ты можешь?! Одновременно! С двумя мужчинами!..

– Что, – спросила я, – что с двумя?

– Я никогда и ни при каких обстоятельствах не пошел бы с другой женщиной в кино, театр или на выставку, если уже собрался жениться.

Так вот в чем дело, осенило меня. Ринат собрался взять меня в жены! А я сижу и ничего не знаю... А на мне жениться хотят! Как же я не поняла этого сразу? Удивительно только, что очень быстро он принял судьбоносное решение, я и Евангелие-то как следует не прочитала...

– Да, ты нравишься мне, не скрою. Но сейчас я должен пересмотреть свое решение. Я не желаю иметь дело с распутницей. – Ринат накалялся все больше и больше. – Ты слепа, как котенок! Тебе неизвестна страшная тайна. Ты никогда не сможешь понять, что твои поступки безнравственны, оскорбительны.

«Он что, бредит или свихнулся?» – думала я, слушая несущиеся из трубки вопли.

– Тайна заключена всего в двух словах, – не унимался Ринат. – Их нелегко найти в Библии, эти слова, они скрыты между строк. Слова эти – «страх Божий»!

В таком духе он продолжал еще долго. Сначала я молча слушала, раздумывая, обидеться мне или нет. В первую минуту мне стало даже интересно, сколько он еще будет молоть подобную чепуху, а потом я просто соскучилась и сказала:

– Пока, Ринатик, – и положила трубку на рычаг.

Достал... Просто городской сумасшедший...

По словам Рината выходило, что «страх Божий» – это то, на чем держатся отношения между мужчиной и женщиной, бизнес, искусство. Ведь порядок невозможен там, где не трепещут перед начальством, не приходят на службу за полчаса до начала рабочего дня и не засиживаются до глубокой ночи, не стучат на сослуживцев и не восхищаются руководством.

Трудно представить, что бы было, если бы начальники стали чуть человечнее и хоть ненадолго вошли в контакт с подчиненными, озаботившись их производственными проблемами. Все развалилось бы на фиг к чертям в один миг! Анархия. Деградация. Разруха.

А уж какой в его представлении должна быть идеальная женщина, мать и жена... Нет, лучше не надо об этом... Надеюсь, он теперь позабудет номер моего телефона. Я, во всяком случае, просто жажду этого. Второго такого разговора я просто не вынесу. До свидания, Ринат!