Сестры по благоразумию - Гейл Форман

– Ну, это просто запредельная наглость! – возмутилась Кейси. – Это они ее довели! Это неправильно.

Это было больше чем неправильно. Это было подло. Я представляла себе бедную Марту и то, как ей постепенно становилось все хуже и хуже. Я представляла себе, как никто не хотел ее слушать и верить. А почему никто не желал ее слушать? Потому что раньше она была худой, а потом неожиданно решила стать толстой. Да что там говорить про каждую из нас? Кейси слишком нравились девочки. Биби слишком нравились мальчики. Ви слишком часто думала о смерти. А я? За что меня сюда засунули? За то, что я слишком сильно похожа на собственную мать и это пугает моего собственного отца?

Произошедшее с Мартой, стало для меня последней каплей. Давайте ответим на вопрос – у кого на самом деле проблемы: у Марты или у ее родителей, которые хотят, чтобы их дочь была худой? У Кейси или у ее родителей-гомофобов? У Ви или у ее родителей, у которых нет времени или желания заниматься дочерью? У меня или у моего отца, у которого черт-те что творится в голове? Я возненавидела Ред-Рок с первой секунды, но не знала, как бороться и как противостоять взрослым. Я полагалась на помощь Ви в том, чтобы обманывать администрацию, Биби – в том, чтобы обхитрить Клейтон, а Джеда – в том, чтобы найти хоть что-то приятное. Но внутри меня, словно лава в вулкане, зрел протест. Это была не злость, а твердая решимость. Мне надоело, что мной управляют совершенно бессердечные взрослые, которые не заботятся о моем благе. Эти люди прятались в коконе выдумок и ложных представлений. Это у них были проблемы, а не у меня. Они были против нас, они о нас не заботились. Мы должны были сами заниматься своими делами и сделать так, чтобы нам стало хорошо.

Чтобы взять ответственность за свою собственную жизнь и поступки, я должна была измениться. Несмотря на то что я носила панковскую прическу, татуировки и любила играть на гитаре, я была самой обычной девочкой. Я не была плохой. Я слушалась родителей, когда их было двое, и продолжала слушаться отца после того, как исчезла мать. Я хорошо относилась к Билли. Я не принимала наркотики, не пила, не воровала и не делала никому ничего плохого. Я была честной, могла любить окружающих и хотела, чтобы меня любили. Я не была бунтарем, хотя администрация Ред-Рока считает совсем иначе. И я поняла, что, если хочу жить нормальной жизнью, то должна стать самой собой.

– Все это так ужасно и так невыносимо… – сказала Биби.

– Ненавижу их, – согласилась Ви. – Что же это происходит? Они должны нам помогать, но не делают этого. Они только вредят нам и называют это «терапией».

– Все это понятно, – согласилась Кейси, – и нет смысла все это в очередной раз констатировать. Вопрос в том, что мы можем сделать? Организовать побег?

– Достаточно, – произнесла я.

– Послушайте, – извиняющимся тоном заметила Кейси, – я просто участвую в мозговом штурме, мыслю вслух и предлагаю разные идеи.

– Я не о тебе. Достаточно. Хватит этой «терапии», от которой один вред и никакой пользы. Хватит ждать, что Шериф и Клейтон нас «излечат». Хватит рассчитывать на помощь родителей, которые не хотят видеть очевидное и игнорируют нас, у которых достаточно своих собственных проблем. Давайте изменим правила игры. Теперь мы решаем, что делать и как. Их игра закончилась, начинается наша партия.

– Ооо, мне нравится то, что ты говоришь! – воскликнула Биби и посмотрела на меня с одобрением. – Расскажи, какой у тебя план.

– Действительно какой, что именно ты предлагаешь делать? – спросила Ви.

– План у меня очень простой – закрыть это место раз и навсегда. Поэтому мы должны сделать все необходимое для того, чтобы это осуществить. И официально провернуть.