Люськин ломаный английский - Ди Би Си Пьер

— Тебе что, так надоело грабить нас у склада, что теперь ты пришла воровать у нас дома?

— Отправляйся к деду. Не заставляй моих мужчин тащить его силой.

— Ха! — засмеялся Макс. — Если только ссать перестанут!

— Хватит! — Ирина подошла вплотную к Любови. — Зачем тебе мой отец, что он такого сделал?

— Он подписал старый ваучер, и вы должны мне принести новый.

— Но ты же его обналичила, — сказала Ирина, скрещивая руки на груди.

— Потому что Бог проклял меня, наделив глупой доверчивостью.

— Это не доверчивость, это подписанный документ.

— Он старого образца! Я сказала ему об этом в прошлом месяце, но он, видимо, так ни хрена и не понял. А теперь давайте его сюда, прежде чем я заражусь от вас хер знает чем.

— В следующем месяце он подпишет два ваучера, — сказала Ольга.

— Нет, — сказала Любовь, делая шаг вперед. — Я сейчас пойду и найду его.

Ольга подняла руку.

— Нет, ты ответь, почему он не подписал его днем? Он старый, ему опасно видеть твою жирную мерзкую рожу у своей постели. Он может испугаться в темноте такого зрелища, и его удар хватит.

Любовь злобно выдохнула:

— Я тебе скажу, почему. Потому что сегодня инспектор района принес ваш мерзкий ваучер мне на склад и заставил меня открыть бухгалтерские книги со времен существования завода. Я знаю, что он до сих пор там сидит, размышляя над острыми вопросами касательно ваших счетов, пока мы тут стоим, как идиоты. — В голосе Любови прорезался скрытый страх, своего рода скрип.

— Ха! — проскрипела Ольга. — Даже Киска Иванова, которая спит, благослови Господь ее будущую нищету, умерла бы от смеха, скажи мы ей, что ты пришла хоть чем-то нам помочь. Что такого в твоих отчетах, что заставило тебя прискакать сюда за нашей помощью? Это ведь не череда преступлений тридцатилетней давности, обман и грубость по отношению к тем, чье наказание зависело от тебя?

— Придержи язык! Мои отчеты чисты, как тарелки, с которых вы жрете. Я просто не хочу, чтобы у меня была такая же рожа, как у тебя, к тому моменту, когда он просмотрит все и найдет ошибку только с этим вашим ваучером.

— Ха! — сказал Макс, делая шаг к женщине. — А разве это не твоя работа — смотреть, какие ваучеры принимаешь?

Мать бросила на него злобный взгляд.

«Не пыли, ради всех нас», — говорил он.

Макс ткнул в женщину пальцем:

— Ты предлагаешь разбудить старика, который весь день пахал так, как ты за год не работаешь, и все из-за того, что ты не можешь смотреть, правильные ли приняла ваучеры!

— Это неправда! — сказала Любовь.

— Врешь!

— Я пошла будить старика.

Киска появилась из спальни и с тихим нытьем подбежала спрятаться в юбки матери. Макс грозно встал на пути у Любови, над глазом у него висела прядь черных волос. Любовь повернулась к кухонному окну и сложила ладони рупором:

— Григорий! Карел! — позвала она.

В хибаре появились двое молодцев, лица которых были словно вырублены топором. Жуткие уроды. У одного из них было ружье. Любовь ткнула пальцем в сторону спальни:

— Притащите старика.

— Ты не имеешь права! — крикнула Ирина. — Я на тебя весь район напущу!

— Ха! Да я каждый день с этим районом дело имею. — Любовь нетерпеливо махнула парням рукой.

Макс, нахмурившись, встал у них на пути.

— Ни с места, пока я не разбил что-то, подозрительно похожее на…

Хрясть! Григорий ударил его прикладом ружья.