Алфи и Джордж - Рейчел Уэллс

— Договорились. Джордж, слушайся Тигрицу и до скорого, — я подтолкнул его носом на прощание и пошел домой, чтобы насладиться заслуженным отдыхом.

Увы, спал я вполглаза, так как не мог по-настоящему расслабиться, когда Джорджа не было дома. Я понимал, что с Тигрицей он в безопасности, но все равно… Он ведь первый раз остался на улице без меня.

Услышав стук в кошачью дверцу, я кинулся к задней двери, выглянул и увидел, что на крыльце сидит Джордж, а с ним Тигрица. Джордж так очаровательно выглядел, что я заулыбался. Они хорошо смотрелись вместе: моя лучшая подруга и мой котенок.

— Привет, Алфи, — сказала Тигрица.

— Он вел себя прилично? — спросил я.

— Как шелковый. Мы чудесно поиграли, — ответила Тигрица.

— Папа, в парке так хорошо! Мы лазали на дерево и дразнили толстую собаку. Было очень весело!

Джордж ликовал, а я радовался, что с ним все в порядке и он счастлив.

— Ну, иди в дом, скоро ужинать. Тигрица, огромное тебе спасибо.

— А мама Тигрица к нам не зайдет? — спросил Джордж.

Я растаял, посмотрел на Тигрицу и понял, что она тоже умилилась.

— К сожалению, нет, ей нужно домой, но вы скоро опять увидитесь. Еще раз спасибо, Тигрица.

— Всегда пожалуйста. Если тебе понадобится от него отдохнуть, зови меня, — ответила Тигрица и попрощалась с нами, а я отступил в сторону и пропустил Джорджа в кошачью дверцу.

— Я соскучился, — совершенно искренне сказал я.

Странное дело: мне хотелось иногда отдохнуть от него, но я сразу начинал по нему скучать. Неужели это и есть отцовство? Я решил, что да — мои люди определенно говорили что-то в этом духе.

— И я, пап. А что на ужин?

Позже вечером я устроился в кресле, Джордж свернулся рядом. Снаружи было темно. Джонатан смотрел новости по телевизору, и Клэр тоже пришла посмотреть. Мне стало тревожно; при Саммер они общались очень вежливо, но сейчас она спала, и я не знал, как повернется разговор.

— Ну что, — сказал Джонатан, — все нормально?

— Да, я поговорила с Ташей. — Клэр села. — Кажется, ее дела устраиваются. Дейв немного одумался, извинился и сказал, что хочет заботиться об Элайдже. Она не знает, серьезно ли он настроен, но на выходных они решили собраться втроем с его матерью, и Таша надеется на лучшее.

— Он же не собирается возвращаться? — тревожно спросил Джонатан. Я тоже надеялся, что нет.

— Нет, я думаю, что она ему больше не верит: он ее обманывал, ушел из дома, врал и безобразно себя вел. Но Таша хорошая мать и не хочет оставлять ребенка без отца, а другого папы пока нет.

— Согласен. Уж на что я не люблю Дейва, но за Элайджу я горой. — Джонатан положил руку на локоть Клэр.

— Джонатан, у нас с тобой тоже не все гладко, нам надо разобраться. На выходные я хочу поехать с Саммер к родителям. Поезжай с нами.

— Ладно. А почему вдруг?

— Я скажу честно. Повидаться с ними мне тоже хочется, но это не все. Ты знаешь, что мой отец соцработник. Он нам поможет с усыновлением — объяснит процедуру и что надо делать, если мы решим продолжать. Я подумала, что, может быть, тебе есть смысл с ним больше пообщаться.

— То есть он станет меня уговаривать? — рассердился Джонатан.

— Нет, я пожаловалась, что мне сложно, и рассказала про твои чувства, а он предложил объяснить нам процедуру и разные варианты. Сказал, что, может, тогда мы перестанем спорить и остановимся на чем-нибудь, что устроит нас обоих, — Клэр говорила так разумно, что я ощутил гордость за нее.

— Ну-ну, — Джонатан все еще сомневался.

— Понимаешь, я за собой знаю, что я человек увлекающийся. Мы с тобой поженились, потому что я захотела, родили Саммер, потому что я настояла. Отец тоже меня прекрасно знает, и я подозреваю, что он будет на твоей стороне, а не на моей.

— Речь не о том, кто на чьей стороне. Я просто не уверен в своих силах, — голос Джонатана был скорее грустным, чем сердитым. — Хотел бы я быть таким же оптимистом, как ты.

— Вот за этим мы и поедем. Посоветуемся, сменим обстановку, а потом, может быть, вместе что-нибудь решим. К тому же мои родители ужасно соскучились по Саммер.

— Ну и ну, я даже не припомню тебя такой разумной, — сказал Джонатан.

— Все потому, что отец мне сделал небольшое внушение. Ну что, поедем?

— А куда денем Алфи и Джорджа?

— Фрэнки сказала, что мы можем оставить обоих с ними. Завезем по дороге, а потом либо заберем на обратном пути, либо Томаш их привезет сюда. Мальчики будут рады пообщаться с Алфи и, естественно, с Джорджем, пока не уехали на каникулы.

Значит, мне предстоят выходные у поляков, а у Джорджа будет первая ночевка в гостях. Замечательно! Вдобавок мы увидимся с Бачком. Я заранее обрадовался.

— Как у тебя все схвачено, — Джонатан поднял брови.

— Извини, что я опять решаю за всех. Но ты знал, на ком женился.

— Это точно. Послушай, Клэр, насчет приемного ребенка…

— Ты боишься, что неродного ребенка не сумеешь полюбить.

— Вот именно.

— А я так не считаю.

У меня словно искры пробежали по шерсти. Я посмотрел на Джорджа, который свернулся рядом со мной: я люблю его так, что крепче некуда, а ведь он мне не родной. Я перевел взгляд на Джонатана и Клэр; оба казались погруженными в раздумья. Разве я не усыновил Джорджа? Да, я стал ему отцом не по доброй воле, но сейчас… Сейчас я уже не представлял жизни без него. Надо объяснить Джонатану. Пусть поймет, что если я полюбил Джорджа, то и он полюбит чужого ребенка. Вопрос был лишь в том, как до него это донести.