Плащ душегуба - Крис Эллиотт

Лиза сделала книксен, шлепнула Калеба по заднице, и они бросились прочь.

– Бежим к «Танцующим Штанам»! – крикнула она, и Калеб хвостиком утянулся за ней.

Но это было семь лет назад. Теперь же, в 1882-м, их отношения стали совершенно иными. (Здесь лирическое отступление кончается. Вам больше нет необходимости чрезмерно напрягать свои мозги.)

– Думаю, ты не станешь возражать против небольшого экскурса в старые времена, не так ли? – поддразнила Лиза, когда они поравнялись с амбаром.

– У нас нет времени.

– Насколько я помню, это много времени не отняло, – сказала Лиза.

Калеб только хмыкнул. Он был поглощен пересчитыванием монет, чтобы заплатить пятицентовый сбор за вход в Лилибург.

Если бы начальник полиции в этот момент оглянулся, он увидел бы, что к ним быстро приближаются уже не одна, а три фигуры в капюшонах.

Пригнувшись, Калеб и Лиза прошли через арку, что вела в мир маленьких людей. Монахи остановились неподалеку от входа. Необычно высокого роста, они двигались как-то скованно. Низкая арка, похоже, привела их в замешательство, словно они не могли как следует согнуться, чтобы пройти под ней. Фигуры в капюшонах повернули к расположенному через дорогу «Балагану Уродцев» Ф.Т. Барнума, где наслаждался перекуром уродливо-тучный альбинос по имени Роб Рой; в свое время он был очень знаменит, поскольку на его животе была вытатуирована целая карта с указанием морей и городов, где обитают демоны. Заметив, что монахи вошли в Балаган, он затоптал окурок и устремился за ними.

В Лилибурге Спенсера и Смит встретил приветливый коротышка ростом чуть более полуметра в гольфах и цилиндре; согласно историческим документам, его звали как-то вроде Джимми Кэгни.

– Эй, как поживаете, юные любовнички? Добро пожаловать в Лилибург!

– Боже мой, вы же Том Пальчик! Том Мальчик-С-Пальчик!

– Спокойно, Калеб, – сказала Лиза.

– Но, Лиза, это же Мальчик-С-Пальчик! Вы не представляете, мистер Пальчик, я ваш самый большой поклонник, – изливался Калеб, протягивая свой блокнот для получения автографа. – Вы не могли бы… э-э…

– Конечно, приятель, – сказал Мальчик-С-Пальчик. – Хотя я не понимаю, чего именно вы поклонник, поскольку вся моя заслуга состоит в том, что в пять лет я перестал расти, затем претерпел несколько десятилетий насмешек и жестокости, а потом напялил цилиндр и принялся веселить зевак. Что мне написать?

– На имя Калеба Р. Спенсера. Могли бы вы написать что-то вроде: «Самому лучшему дылде в мире»?

Лиза хмуро удивлялась поведению бывшего бойфренда. «Если ты думаешь, что хорошо знаешь человека, то это, по сути, еще ни о чем не говорит…» – подумала она.

– Вот, пожалуйста, дружище, – сказал Мальчик-С-Пальчик. – И что же привело знаменитого нью-йоркского сыщика в наш невзрачный городишко? Пришли посмотреть, как плетут корзинки в городском парке?

– На самом деле нам нужна кое-какая информация, – сказала Лиза.

– Ах, информация, – схватившись за живот, коротышка расхохотался. – Что может маломерок вроде меня знать о происходящем в великом и огромном городе? Ведь для меня Нью-Йорк – все равно что для вас Африка.

– Пожалуйста, господин Пальчик. Вы не могли бы сказать, не приходилось ли вам в последнее время наблюдать нечто необычное?

Все трое огляделись – вокруг открывался полный обзор лилипутской столицы. Крохотные пожарные тушили пламя, которое выбивалось из-под соломенной крыши маленького домика; колонна миниатюрных суфражисток шествовала по главной улице, в то время как банда миниатюрных воинственно настроенных хулиганов преследовала их, размахивая палочками и цепочками. Перед городской ратушей петух гонялся за мэром; на одной из лужаек в полном разгаре было поросячье родео; над площадью проплывала модель дирижабля, крошечный пилот швырял вниз петарды.

– Ничего необычного, – сказал ухмыляясь Мальчик-С-Пальчик.

– Нет, вы не поняли, – сказала Лиза. – Мы серьезно.

– Почему бы вам, милые, не прогуляться вокруг речушки Ссыкушки, поглазеть на наши попытки вести нормальную жизнь, заплатить денежки и убраться отсюда, а? Лилипуты больше не имеют никаких дел с Ряжеными, ясно? А теперь, если вы не против, я займусь своими делами.

– А ведь мы ничего не говорили о Ряженых, господин Пальчик.

Том Мальчик-С-Пальчик, который уже успел повернуться к ним спиной, в ярости сжал кулаки. Голос его упал на пару октав, и он заговорил с явным акцентом жителей Бронкса:

– О, черт. И вот вы приперлись, чтобы докопаться до этого, верно?

Он обернулся, его плакатная улыбка исчезла.

– Мое настоящее имя – Чарли. Чарли Страттон, – сказал он. – Вам лучше пойти со мной.

Дом Страттона был достаточно велик для Лилибурга, но Калебу и Лизе все равно пришлось опуститься на колени возле кухонного стола, поскольку табуретки были слишком маленькие, чтобы на них сесть, не сломав.

– Могу я предложить вам чаю? – спросил Том. – Хотя лично я предпочту бурбон.

Калеб и Лиза тоже предпочли напитки покрепче, их подала малюсенькая чернокожая служанка, которую Чарли называл Нянюшкой. Когда она забыла положить лед в стакан Калебу, Чарли прикрикнул на нее. Элизабет заметила, что в его обращении не было той сентиментальности, которую можно было бы ожидать от человека, всю жизнь прожившего лилипутом.

– Для начала бросьте эту фигню про Мальчика-С-Пальчик. Да, я карлик, лилипут, – если уж вам как-то нужно меня называть.

Он сделал добрый глоток бурбона.

– Нянюшка, зайди сюда, нужно освежить, ладно? Я тут просто подыхаю. Так вот теперь слушайте, вы оба. Мы не хотим влезать в дела больших людей. Они нас не любят. Честно говоря, мы их тоже. Были у нас некоторые с амбициями: воображали себе мир, которым управляют лилипуты и в котором большие люди призваны лишь развлекать нас, маленьких.

Он посмотрел на свой стакан.

– Воздушные замки, вот чем оказалось все это. Хотя одно время ОВЛ имела некоторое влияние на то, что творилось в мире.

– ОВЛ? – переспросил Калеб.

– Организация Воинствующих Лилипутов, – пояснила Лиза.

– Мы организовали мощный союз с Ряжеными и проникли в самые что ни на есть высшие эшелоны власти. Забирались друг другу на плечи в два-три яруса, надевали длинный просторный плащ и выставляли свои кандидатуры на государственные и муниципальные должности. А ночью мы прокрадывались к нашим врагам и одним ударом ставили их на колени. Эх, были времена… Поначалу это срабатывало превосходно. А потом нас предал новый лидер Ряженых, человек могущественный и безжалостный, самая крупная из всех шишек. Я не могу назвать его имя, но вы его знаете. Он занимает высокий пост в этом городе, и он жутко шепелявит.

– Думаю, нам вполне понятно, кого вы имеете в виду, – сказал Калеб, повернулся к Лизе и одними губами просигнализировал: – О ком, черт побери, он толкует?