Плащ душегуба - Крис Эллиотт

– Как скажешь, начальник. Значит, мы отправляемся на Кони-Айленд? Несмотря на то, что сказал Босс Твид?

– Совершенно верно. И давайте побыстрее.

– Да-да, только штаны подтяну. – Тедди потащился прочь, бубня под нос, что он-де в прислуги к Спенсеру не нанимался.

Когда он отошел за пределы слышимости, Лиза сказала:

– Так ты полагаешь, что Тедди тоже замешан?

– С ним творится что-то странное. Он слишком приветлив с Твидом.

– Зато со мной он обращался на удивление грубо. И то, что он говорил… Прошлой ночью, пока ты был в отключке, он предложил «отполировать мне бампер» – уж не знаю, что это означало.

– Твид явно не желает, чтобы мы разрабатывали версию с Ряжеными. Это хорошо, поскольку означает, что мы на верном пути. Он из кожи лез, чтобы отговорить нас ехать на Кони-Айленд.

– Но ведь поехать туда предложил сам Тедди.

– Верно.

Лиза вздохнула:

– Как ни крути, нам все равно надо ехать туда, разве не так?

– Если только не отыщется веская причина этого не делать. – Калеб достал свой шестизарядный револьвер калибра 32 («точка-тридцать-два») и проверил, полон ли барабан.

– А если эти двое в сговоре, разве они не постараются сбить нас с толку? Направить нас по ложному следу?

– Именно так они и пытаются поступить. Сомневаюсь, что смерть Фосфорного Фила могла быть случайным совпадением.

– И что нам теперь делать с Тедди?

– Хотелось бы верить ему, но уж больно странно он себя ведет. И все-таки мне не хочется оставлять его без присмотра.

– Вот и я так думаю. Если они чем-то его зацепили, лучше за ним приглядывать. Может, мы сумеем ему помочь.

– По крайней мере, он будет у нас на глазах. Но, чур, больше его ни во что не посвящать!

– Тогда прежде чем он вернется, тебе стоит прочитать вот это.

Лиза вытащила из сумочки конверт и протянула Калебу.

– Стало быть, это от Крушителя. Почему ты не отдала мне его раньше?

– А сам ты как думаешь?

– Не знаю, Лиза. Все так запуталось. Я никогда не подумал бы, что Тедди может работать против нас, но теперь… Уж и не знаю, кому я могу доверять.

– Извини, я получила его только сегодня утром. Неужели ты бы хотел, чтобы я отдала его в присутствии нашего мэра, который столь необычно себя ведет?

Калеб оглядел ее с головы до ног.

– Ты можешь мне верить, Калеб, и ты знаешь это, разве не так?

– Извини, я не поэтому. Я просто сражен твоей красотой.

– О, прошу тебя, – Лиза притворилась смущенной. – Я бы тебя поцеловала, начальник, но боюсь, ты снова лишишься чувств.

* * *

Возможно, следственная бригада и отчаялась найти некий стиль в действиях злодея, но из того факта, что теперь Крушитель избрал две жертвы, мне было совершенно ясно, что он придает какое-то значение этому числу. Казалось, наших сыщиков такая возможность интересует меньше, чем надуманная связь с Ряжеными, которую я лично уже начал считать пустой тратой времени, особенно если такой выдающийся гражданин, как Босс Твид, готов был поручиться за эту организацию. Нет, на мой взгляд, ключ был в цифре «два». Два трупа… Второе убийство… Два и два… Дважды два… Четыре… Че-ты-ре…

Пока я ходил взад-вперед по своим апартаментам, вновь и вновь прокручивая в голове создавшееся положение, меня словно кирпичом ударило: «Иди!», «ЧЕ-тыре»… «ЧЕ-рез…»! Убийца, как я и подозревал, хитроумно зашифровал свое послание: «Иди через…»! Я так возгордился своим открытием, что наградил себя чувственным поцелуем в предплечье, как делал всегда, когда считал, что заслуживаю этого.

И все же мое озарение было омрачено физиономией с поблекшего дагерротипа, подписанного «Главный подозреваемый», который выпал из дневника Спенсера. Что бы это могло значить? Подробности расследования наверняка поразят чье угодно воображение, а то и вообще перетряхнут глубинные представления человечества о мире. Я несколько раз набрал номер сотового телефона Венделла.

– Венделл? Венделл? Ты меня слышишь?

Связь была неважной.

– У тебя голос, словно ты в сортире.

– Так и есть. Меня вот-вот разорвет.

– О, извини, я не вовремя?

– У тебя 30 секунд.

– Как публика?

– Полупусто. Такое время года. Знаешь, дети пошли в школу…

– Ну да, конечно. Ладно, не стану тебя задерживать. Я нашел кое-что действительно стоящее. В дневнике Калеба – снимок главного подозреваемого. Того парня, которого они считали Крушителем. Теперь я знаю, почему это дело так и не было раскрыто. Сможешь заскочить ко мне утром?

– Может быть. Если сделаешь мне оладьи.

– Не буду я тебе делать никакие оладьи. Позавтракай заранее. Я тебе не кухарка.

– Если уж я должен тебе помогать, ты мог бы по меньшей мере покормить меня завтраком.

– Эй, я не нуждаюсь в твоей помощи! Я просто хотел показать тебе снимок. У меня от него просто мурашки бегут. Невероятно, но я знаю, кто этот парень!..

Неожиданно на том конце провода послышался громкий треск, затем все смолкло.

– Венделл? Венделл? А, ладно, – сказал я. – Утром расскажу. Отдыхай!

Я повесил трубку и снова рухнул в свое уютное кресло. В течение последующих шести часов я играл в гляделки со знакомцем на дагерротипе. (Нет нужды говорить, что он выиграл.)

* * *

В тот момент, когда Рузвельт, Смит и Спенсер садились на Геральд-сквер в надземку, чтобы добраться до Кони-Айленда, маленькая Резвушка из банды Замарашек шустро ползла через бульвар; на ней был чистый подгузник, а в зубах она держала ручку небольшого ведерка.

Возле свалки на улице Ривингтон Замарашки собрались вокруг лежавшего в забытьи мужчины. Они уже обтерли грязь с его лица, но никому из них он не был знаком.

– Покушать, видать, он любит, это уж точно, – сказал Цыпочка.

– Мы рискуем, если оставим его здесь, – сказала Молли Фря, все еще держа в руках палицу. – Предоставьте его мне. Мы можем натолкать в карманы камней и утопить его.

– Камни денег стоят, – возразил Цыпочка. – А за эти карманы можно выручить целое состояние.

– Но он подвергает опасности все племя, – настаивала Молли Фря.

– Говорю же, поджарим его и съедим, – сказал Бамбино. Предложение встретило радостный отклик. – Этого толстопуза нам надолго хватит.

– Я сказал, у меня другие планы.

– Но почему, босс? – загомонили остальные.

В этот момент появилась Резвушка.

– Давай сюда несяк, – велел Цыпочка.