Год Мужчины. Эффект женщины - Александр Гордиенко

Офис телекомпании. Кабинет Железнова

Через месяц и 10 дней после точки отсчета. Вторник. 09.25

– Ну что, с чего начнем? – Андрюха устроился за длинным столом Железнова, слева от него, и открыл свою видавшую виды тетрадочку для конспектирования мыслей Железнова с целью дальнейшего воплощения их в виде компьютерных программ.

Железнов немного повернул свой монитор, так чтобы Борисову было удобнее наблюдать на нем графики движения валютных пар на Forex в реальном режиме времени.

– Знакомая картинка? Настроился?

– Да. И дома, и на работе. Честно говоря, вчера полвечера сидел дома за монитором, наблюдал за торговлей: туда-сюда, туда-сюда… В общем, пока непонятно, как обуздать эту козу.

– Обуздаем. Куда она денется из батискафа? – в голосе Железнова не было ни тени сомнения.

Борисов рассмеялся.

– Умеешь ты найти сравнение. Ее туда еще загнать надо.

– Да ладно, Андрюха, я точно знаю, что не бывает нерешаемых проблем. Нужно только очень захотеть. А я, – Железнов выдержал паузу, – очень (!) захотел.

– Не боишься разочароваться в себе, если не получится?

– Волков бояться, ягненком станешь. Для того, чтобы разочароваться, нужно быть очарованным. В данном случае – собой. А за мной такого не водится, – я, – Железнов иронично улыбнулся, – не в восхищении от себя.

И через паузу: – Да и еще есть люди, которые придерживаются идентичной точки зрения.

Борисов отвел взгляд, опустил голову:

– А вот я боюсь разочароваться в тебе. Ты для меня – ролевая модель поведения. Железнов рассмеялся: – Недостижимая, но теоретически радующая глаз. Ты – победитель…

– Андрюха! – Железнов перебил Борисова. – Прекращай! Ты меня просто мало знаешь! Нет ни одного (!) человека на Земле, который бы периодически не терпел неудачи или поражения! Весь вопрос в том, как себя человек ведет в этих ситуациях. Сдался или уперся? Объективно оценил свои ошибки, перегруппировал силы и вперед. Или сник и принял неудачу, как должное. В общем, ладно, будем считать, что стратегию поведения мы выработали: перед нами своеобразный Эверест, и мы с тобой – в связке у его подножья. Дойдем – не дойдем до вершины, зависит только от наших с тобой усилий, упорства и способности на каждой высоте выбрать самый оптимальный путь.

– Я понял тебя. И иду с тобой. Со своей стороны гарантирую упорство, с твоей – жду принятия решений по прокладке пути. Так с чего начнем восхождение?

– Со снаряжения, естественно. Андрюха, посмотри язык программирования, как быстро ты сможешь с ним совладать. Так как торговля идет круглосуточно, нам нужно будет создать программу, которая сама бы торговала по разработанному нами алгоритму, то есть «солдат спит, а враг – в прицеле».

– Понял тебя. Посмотрю.

– Второе. С научных времен точно знаю, что теоретическое изучения языка программирования – дело скучное и малоэффективное.

– Верно излагаешь.

– Поэтому предлагаю тебе в процессе изучения написать программку, которую мы условно назовем «тренд-коррекция» и которая нам для начала просто считала бы средние значения тренда и коррекции пары евро/доллар за минуту, за пять минут, десять минут, полчаса, час, сутки.

– Ну ты даешь, с места в карьер. А что такое тренд и коррекция?

– Правильный вопрос. Смотри, – Железнов ткнул пальцем в монитор, – практически на любом наблюдаемом отрезке времени в движении валютной пары можно выделить основное движение: либо вверх, что означает, что в паре евро/доллар евро растет относительно доллара, либо вниз, что означает, что доллар растет относительно евро. Это и называется тренд, основное движение. То есть, например, мы видим, что в течение последнего месяца евро растет относительно доллара. Но. Он растет не линейно. Вот вчера с утра он вырос на 450 пунктов, потом упал на 170. Потом опять вырос на 320 и опять упал на 210. То есть растет, но эдакой пилой, направленной вверх. Каждый участок роста в данном случае в направлении основного движения называется трендом, а в противоположном направлении – коррекцией. Вот я и хочу посчитать средний процент коррекции данной валютной пары относительно тренда. Задача ясна?

– Да-а, – протянул Борисов. – Чувствуется, что танец будет сложным.

– Так партнерша вдохновляет. Своенравная, неуступчивая и непрогнозируемая.

– Согласен.

Железнов отметил для себя, что из глаз Борисова исчезла неуверенность, которая трансформировалась в заинтересованность. Андрей еще раз взглянул на монитор:

– Саня, а как ты думаешь… да нет, снимаю вопрос.

– Нет уж, давай, задавай свой вопрос.

– Рано еще и глупо, наверное, его задавать.

Лицо Железнова приняло очень серьезное выражение:

– Андрюха, поделюсь с тобой еще одним наблюдением из своего научного прошлого: не бывает глупых вопросов. Абсолютно уверен в том, что совершенно не стыдно задавать вопросы, если ты чего-то не знаешь. А вот что стыдно и глупо, и с этим мы достаточно часто сталкиваемся в повседневной жизни, так это делать вид, что ты все знаешь и все понимаешь по обсуждаемой теме, в то время как ты ничего не знаешь и не понимаешь. Как правило, это рано или поздно вылезает наружу и выглядит очень неприглядно. Поэтому я прошу тебя: задавай любые вопросы в любое время. Я в этом очень заинтересован, потому как, во-первых, это наиболее быстрый способ заполнения недостающей информации, во-вторых, позволяет понять, насколько мы близки или далеки в понимании одной и той же проблемы, и, в-третьих, инициирует поиск решений при наличии несколько иного взгляда на проблему.

– Ну, наговорил, – Борисов улыбнулся. – После такой речи мой вопрос выглядит дурацким…

– Извини, я не сказал тебе также, что и дурацких вопросов не существует. По тем же самым причинам.

– Хорошо, – Андрюха вздохнул. – Скажи, вот мы решили сделать программу, которая бы всегда выигрывала на валютных торгах. А стратегически ты как себе это представляешь? Какая-то конечная цель у тебя есть? То есть что мы хотим – каждый день выигрывать тысячу рублей или тысячу долларов или еще что-то?

– Я понял тебя. Однозначного ответа у меня сейчас нет. Но цель есть. Как ты знаешь, сейчас в мире бизнес считается успешным, если он приносит 10 % годовых.