Возвращение в Мальпасо - Виктор Семёнов

А в девять утра в квартиру кто-то начал звонить. Проснулся я не сразу, и звонки в дверь сменились телефонными звонками. Трезвонил Коля Савченко. Я и забыл о том, что он приезжает утром. Встал с кровати и поплелся к двери. Чувствовал я себя не очень: болела голова и подташнивало. Быстро открыл дверь и побежал обратно в кровать, зацепив на ходу с кухни бутылку с минералкой.

Коля был моим старым приятелем, мы учились на одном потоке, я на менеджменте, а он на юридическом. Мне импонировало его чувство юмора, но сейчас мне было не до шуток. Я залез обратно в постель и, накрывшись одеялом, сделал вид, что сплю. Коля, оставив чемодан в прихожей, прошел в комнату и, глядя на эту веселую картину, заметил:

– Тебе пива принести или активированного угля?

– То и другое, – пробормотал я из-под одеяла. – Ты чего явился? Иди в хостел…

– Так служебная же квартира. А я на службе. Буду здесь жить…

– Ни фига она не служебная. Моя. Иди… – я вытащил руку из-под одеяла и показал, что он должен сделать, пальцами имитируя шаги.

– Не пойду, – ответил Савченко, – у меня направление от Юрия Валентиновича – именно сюда, с почты распечатал, сейчас покажу…

Он полез в портфель с документами.

– Я сейчас полицию вызову, – рассмеялся я и умолк: в висках застучало. – И службу охраны. И приставов. Есть теперь контакт…

И как раз в этот момент мне позвонил Саша. И я зачем-то взял трубку.

– Ты же на Литейном, да, где-то живешь? – спросил он. С места в карьер. Ни здрасьте вам, ни доброе утро.

– А ничего, что суббота, девять утра?

– Ничего. Борода только по субботам и может встречаться. Выйди через полчасика в «Кофе Хауз» на углу с Пестеля. Переговорим.

И повесил трубку.

Я вернулся под одеяло. А Коля снова начал вытаскивать меня из-под него расспросами. Присел рядом на кушетку:

– Кто это был?

Я высунул голову, вкратце и внятно, насколько возможно, рассказал ему историю о приставах. Коля выслушал, улыбаясь. Потом сказал:

– Пойдем, послушаем, что они скажут… Давай я тебе чаю заварю…

Я согласился. Крепкий черный чай на время нормализовал мое состояние, и этого состояния хватило, чтобы одеться, спуститься вниз, и даже пройти метров сто по Литейному. А потом у меня опять прихватило желудок. Но место встречи было уже близко, и я решил не сдаваться.

Кофейня оказалась полупустой. Наши друзья сидели рядком за длинным столиком у окошка. Кроме него, был занят еще один стол: молодая девушка пила американо, разглядывая что-то в ноутбуке.

Мы устроились напротив мужчин. Саша улыбнулся нам. Миша, естественно, разговаривал с кем-то по телефону. Между ними расположился хмурый бородатый незнакомец. Я представил Колю и вежливо поинтересовался, что нужно благородным донам от наших скромных персон в столь ранний час выходного для всей страны дня.

– Это для страны он, может быть, выходной, – ответил Саша, улыбаясь еще шире, – а для нас – самый что ни на есть рабочий…

Михаил наконец отвлекся от своего гаджета. Говорил он достаточно долго и витиевато. Основная суть претензий ко мне заключалась в том, что они решили задачу, а финансирование почему-то прошло мимо, не задев их даже краешком, не дав полюбоваться видами Хабаровска… Затем, впервые за утро, встрепенулся бородач, начал поддакивать Михаилу. Умолкнув, снова вернулся к разглядыванию кофейной гущи в стакане, видимо, гадая на что-то. А я открыл было рот для пояснений, но тут случилось страшное. Все выпитое вчера наконец дало о себе знать, а принятый двадцать минут назад чай выступил катализатором этого вулканического процесса. Меня тошнило. Я вскочил со стула и попытался быстро протиснуться мимо рассевшегося Савченко. Быстро не получилось. Первый залп орудий пришелся на трехголового великана. Я зажимал рот рукой, поэтому ущерб не оказался критическим, но бородача и Мишу все же задело, хоть и по касательной.