Возвращение в Мальпасо - Виктор Семёнов

– Юра, послушай, это Кира, – она кивнула на сопровождавшего ее парня, которого я видел у нее в офисе. – От него фиг отделаешься, как начал с утра гундеть: я с тобой, я с тобой… Дешевле взять. Все равно сейчас надерется и убежит куда-нибудь.

– Да ладно тебе, – улыбнулся я. – Я не против, ты же знаешь – чем больше публики, тем мне лучше. Меньше внимания…

– Сейчас еще Павлова подгребет с подружкой, – Наташа уселась на диванчик рядом со мной, – юристки…

Кира сел напротив нас.

– Отлично, – ответил я. – Люблю юристок. У меня, кстати, завтра с утра тоже юрист приедет. Центр начал беспокоится. Отправляют подмогу.

– Да ладно! – Наташа одновременно листала меню и поглядывала по сторонам. – Мне кажется, все нормально пока идет. Стройка по-питерски…

И заказала пива. Кира же попросил виски.

– Так я разве ж говорю чего, – улыбнулся я. – Нормально, конечно. Тут таких сюжетов нахватался – специально не выдумаешь…

– Да, ты же у нас писака, – съехидничала Наташа. – И Павлова вон тоже… Творческая интеллигенция, ядрена вошь. Да, Кир? Не то что мы с тобой – пролетарии.

– Какой я тебе пролетарий! – Кира поперхнулся попавшим не в то горло глотком «Джеймсона». – Я рисую. И шью. Я дизайнер…

– Какой ты дизайнер, Кирилл Мефодич? – закричала она. – Ты геодезист…

– Кирилл Евгеньевич, – улыбнулся тот.

В паб зашли две девушки и, оглядевшись по сторонам, направились к нам.

– Аня, – представилась одна из них, красивая, с затянутыми в хвост волосами.

– Юрий Юрьич, – ответил я. – Кирилл Мефодич. Ну а Остахову вы, наверное, знаете.

– Отлично! – засмеялась Аня. – Вечерок обещает быть веселым!

– Просто Кира, – улыбнулся геодезист.

– Оля, – представилась вторая девушка, высокая блондинка в темно-синем костюме.

– Суды были? – спросил я, кивнув на ее одеяние.

– Весь день!

– Успешно?

– Более чем. Без задержек оба. Это – успех!

– Согласен, – ответил я, хотя был не совсем в теме. – Что пьете?

– Я – пиво. – Оля взглянула на кружку Остаховой, по стенке которой красиво скатывалась темная капля «Гиннесса».

– А я – коньяк, – заявила Аня.

Остахова фыркнула:

– Коньяк? В пабе?

– А что? Я же тебе не курица – клевать пшено, пусть даже и в жидком состоянии. Виноград еще куда ни шло.

Теперь фыркнул я:

– Ячмень же вроде? В «Гиннессе», по крайней мере…

– Так ведь тоже злак. Какая разница?

– Лиса и виноград? – сдался я

– Типа того. Давай «Мартель», а, будь другом…

Я сделал заказ.

Так, в веселье, пустой болтовне и словесном пинг-понге, вечерок подкатил к экватору. Мы с Ольгой обсуждали земельное законодательство Питера, с которым я чуть-чуть познакомился в последнее время, а Аня что-то рассказывала Кире. И тут я обнаружил правую руку Натальи на своем бедре и примолк, потеряв нить диалога. Она же как ни в чем не бывало продолжала смеяться над шуткой Ани. Мой взгляд плавно переместился с ее смеющегося красивого лица вниз, на ноги, и, едва задев плавную линию бедер, остановился на скорпиончике, едва видимом из-за деревянных хитросплетений ножек стола. Все заботы отошли на второй план, скрывшись в тумане моего влечения к ней. Рука моя плавно заскользила вниз и через секунду встретилась с ее ладонью. Пальцы наши начали переплетаться в клубок, но тут громко брякнул СМС-сообщением мой смартфон.

«Фартовый мальчик, фартовый мальчик, фартовый мальчик», – забасил у меня в голове батя, а я, разомкнув это кольцо Нибелунгов, взялся за телефон. Вторая рука была занята кружкой «Гиннесса», и этот союз я никак не мог разорвать.

Писала Маринка: «Юра, я на завтра взяла билет. Крыска Олеговна отпустила на неделю. Прибываю в 8.40. В воскресенье. Встреть, а?»

Туман рассеялся. Я ответил: «Конечно, дорогая». И чуть отодвинулся от Остаховой. Та продолжала смотреть прямо, слушая ребят, словно не замечая происходящее.

Звякнула еще одна СМС: «Я вопрос задавала, помнишь? Есть ответ? Или желание?»

«В работе, милая, – ответил я, – не самый простой вопрос…»

Остахова, похоже, поставив на мне крест, начала приставать к Анне, прося ее прочесть что-нибудь, а Оля, возвращаясь из туалета, зацепилась за какую-то компанию напротив нас и осела там, смеясь над чем-то с высоким темноволосым парнем.

Павлова, строго оглядев нас, заявила, глотнув «Мартеля»:

– Одно.

– Конечно, – поддакнула ей Остахова.

– От лица моего коллеги и, похоже, музы Миши Вайсмана.