Мы к вам приедем… - Дмитрий Лекух

– Годится, – соглашаюсь.

– Ну тогда все. Не теряйся. Мы тебя ждем…

…А я что?

Я – ничего.

Ждут, значит, – должен приехать.

Я и приехал, они как раз вещи в «Крузер» упаковывали. Удочки там всякие в тубусах, сумки, еще какую-то хрень, я в рыбалке совсем не рублю, если честно. Даже в детстве с пацанами бычков на прудах не ловил.

Но количеством необходимого для этого дела шмотья – откровенно восхитился.

Хорошо еще, что у «Крузера» багажник здоровенный, а то пришлось бы мне мою сумку всю дорогу на коленях держать.

Нет, ничего, влезла.

Ну и слава Богу…

Жора, Глебов водитель, перекрестился на закрепленную на торпеде «Крузера» маленькую иконку Божьей Матери, что-то пошептал, пожевал губами, еще раз перекрестился, и мы поехали.

– Самое главное, – говорит, повернувшись с первого сидения, Али, – МКАД сейчас по-быстренькому проскочить, до поворота на Каширку. Дальше проще будет.

Мы с Гарри только плечами пожали.

Ни фига себе, думаем, проще.

Несколько десятков километров здесь и больше тысячи там.

Однако Жора, водитель, – неожиданно с ним соглашается.

– Как, – морщится, – начнешь, так и закончишь, согласен, шеф. Помнишь, когда прошлой осенью на рыбалку мотались? Когда сначала два с половиной часа на МКАДе стояли, а потом еще всю ночь по туману еле ползли?

Али кивает.

– Так и я о том же. Сейчас тоже туманы по ночняку, вплоть до Тамбова – железно, дальше – как повезет. Сегодня вроде как ветерок по прогнозу, так что за Тамбовом чисто должно быть. Весна, земля днем прогревается, ночью – пари́т. Вот я и хочу как можно дальше засветло успеть уехать…

А, вон оно в чем дело, думаю. И в который уже раз мысленно себе по башке – правый боковой. Бум!

Когда ж ты, блин, Данька, наконец, научишься сначала думать, а потом уже выводы какие-либо делать?

Как-нибудь налетишь с этой своей торопливостью так, что потом всю жизнь не отмоешься, идиотина…

…И я начал с некоторой обеспокоенностью поглядывать по сторонам, типа, – как там, на МКАДе, в пробку какую не налетим, сдуру-то?

Проскочили…

Залили полный бак на заправке сразу в начале федеральной трассы «Дон», закупили там же в магазинчике несколько бутылок минералки для всех и пару банок энергетика для водилы, и – поехали…

Али вздохнул и свернул крышку у бутылки, Гарри разломил на несколько кусков плитку шоколада.

По салону машины поплыл, щекоча ноздри, запах коньяка.

– Традиция, – поясняют. – Мы всегда, когда с МКАД съезжаем, по глоточку делаем.

Ну, раз традиция, думаю, то – не надо нарушать.

К тому же – не имею я ничего против таких хороших традиций.

Выпили, закурили.

– И часто, – спрашиваю, – ездите?

– Да приходится, – жмет плечами Али. – Пять-шесть раз в сезон на рыбалку выбираюсь плюс – ближние выезды, куда на машине удобнее. Тот же Ярославль, к примеру. Что там ехать-то? Двести километров? Сел да домчал. Раньше и в Питер старался на тачке гонять, сейчас понял – надоело. Поезд или самолет, если времени мало, на машине слишком устаешь, острота ощущений притупляется…..

– Зато сваливать, если что, на тачке удобнее, – не соглашается Гарри. – Помнишь, как нас с тобой тогда менты пропалили, после беспорядков? Словесные портреты, уверен, у каждого мусора на вокзале были. И в аэропорту. А мы – прыг в твою «бэху» с затемненными стеклами и – ищи-свищи. Кто будет «фашиствующих ублюдков» в таких дорогих машинах высматривать? Менты, они ж как дети: им сказали, что все фанаты это грязные ПТУ-шники, вот они и рады стараться, дебилоиды…

– Так ты, – смеется Али, – после того случая, что ли, себе тоже БМВ решил купить?

– Ага, – ржет Гарри. – Уж больно сильно понравилось, как ты с ментами тогда, нас на выезде из Питера остановившими, разговаривал. «А что это, отцы, вас так много? Фанаты? Беспорядки? Ужас какой, нах!» Гы. Если б они только вчухали, что с ними как раз основной траблмейкер и трындит, весь на сложных щщах и на костюмчике от Hugo Boss с галстучком соответствующей расцветки, их бы, думаю, влегкую инфаркт хватил. Та-а-акой глум галимый…

– Да уж, – довольно щерится Глеб, – поглумились тогда знатно, ничего не скажешь…

– Вот и я о том же, – соглашается Гарри. – Ну что, еще по глоточку?

– А отчего бы, – кивает Али, – и не глотнуть коньячку благородным донам?

Глотнули, закусили шоколадкой.

Гарри чуть-чуть приопустил боковое стекло и снова закурил.

– Погода, – говорит, – в столице мразотная, конечно. Тоже мне, апрель месяц. Слышь, Али, это я старею или действительно в детстве и зимы были белее, и весны радостнее?

– И то и другое, – жмет плечами Али, – думаю. Мы вот тут, помнишь, прикалывались, что в молодости девки были сисястее? Так вот, я недавно где-то в инете на исследование любопытное наткнулся. Оказывается, у жительниц городов от поколения к поколению действительно размер бюста уменьшается! Прикольно, да?

– Не знаю, – мотает головой Гарри, – фигли тут прикольного. Лично мне, к примеру, девки с большими сиськами – очень даже нравятся. Возьмешь в руки – «маешь вешчь». А наши городские худосочные стервы – это уже к тебе, Глебушка.

– А я и не отрицаю, – смеется Али. – Меня и вымя здоровое пугает, и не со стервами – неинтересно. А потрахаться с неинтересной бабой, так это, доложу тебе, брат мой Гарри, все равно что подрочить. И, соответственно, ну их всех куда подальше. Мне уже не пятнадцать лет, понимаешь. И хрен я свой не на помойке нашел…

– Ну ты, бля, эстет, – хохочет в ответ Гарри. – Небось, еще предпочитаешь, чтоб и без целлюлита…

Ржут, причем оба.

Потом Гарри делает большой глоток коньяка, передает бутылку Али и неожиданно поворачивается в мою сторону.

– А ты, – говорит, – студент, что молчишь? Тебе какие сиськи больше нравятся?

– Мне… эт-та… ну… – теряюсь, – разные, наверное…

И прям физически чувствую, как мне щеки краска заливает.

Блин, стыдоба-то какая…

Причем не то стыдно, что растерялся.

А вот то, что покраснел…

Прям как девочка.

А эти – ржут себе да коньяком по очереди давятся…

Суки…

…Подмосковье пролетели неожиданно быстро.

Сначала закончили работать FM-ные радиостанции, потом мелькнул в окне указатель на Каширу, потом захватило дух от вида на Оку с высоты нового федерального моста и вот уже он – поворот на астраханскую двухполосную М-6.

Где-то километров через пятьдесят после поворота мы допили коньяк, и Гарри попросил сделать, как он сказал, «санитарную остановку».