Принцесса папарацци - Анастасия Масягина

На следующий день за завтраком Хенри неожиданно объявил, что я уже вполне сносно справляюсь с обязанностями линейного продюсера, и он может наконец отпустить Наташку в Москву, куда она давно просится по делам студии. А значит в следующий заповедник, Лазовский, мы поедем только втроем.

Нашему скорому отъезду в тайгу я была только счастлива. Страх, что Егор каким-то невероятным образом все же разыщет меня, не покидал ни на секунду. Кстати, подробно ознакомиться с содержимым планшета пока еще не удалось. Мы с Наташкой жили в одной комнате, и ведь компьютер – не телефон, так просто его с собой в туалет не протащишь. Если наши увидят, тут же начнутся расспросы. Всем станет очень любопытно, откуда у скромной питерской корреспондентки, снимающей сюжеты о сельском хозяйстве, такой шикарный компьютер. А там и «почему мы его раньше не видели?», и «дай посмотреть».

Ну нет уж. В Лазо Егор меня точно искать не станет, это глухой поселок, где, кстати, тоже не ловит мобильная связь, и расположен он очень далеко от города. По пути в Находку. Наташка улетит, жить буду одна. Вот тогда вдоволь покопаюсь в планшете.

Билет в бизнес класс нашелся без проблем. Благо, на рейс Владивосток-Москва билеты стоили целое состояние. С лихвой хватило бы на недельный отдых в Турции по системе «все включено».

Тем же вечером мы устроили прощальный ужин. Перед тем, как сесть в такси, Наташка крепко обняла меня и шепнула в самое ухо так, чтобы Хенри не слышал:

– Не обращай внимания на его сарказм. Ты справляешься просто здорово. Андрей Игоревич очень тобой доволен. Просто у Хенри подход такой – он строгий, но зато сделает из тебя суперпрофессионала.

Когда я махала рукой вслед отъезжающему такси, на глаза навернулись слезы. Вот я и осталась совсем одна в бескрайней тайге.

Рано утром мы выехали в Лазо. Утро было ясным и морозным. Настолько чудным, что, пока наслаждалась утренним кофе из термоса, в голову лезли стихи Пушкина.

Лазовский заповедник оказался несколько ближе к цивилизации, чем Прибрежный. Здесь был выстроен целый городок учёных. Красивое здание администрации, несколько кафе, музей, куда школьников иногда привозят на экскурсии.

Для меня нашлась шикарная комната с письменным столом и трюмо. Хенри с Норбертом сразу заявили, что на четыре дня уходят в горы.

– Может, я с вами?

– Исключено, – отрезал Хенри. – Отдыхай, киндер.

Конечно, я не умею карабкаться по скалам как он. Ну ладно, зато будет время договориться с директором о ценах на съёмки.

Я отправилась гулять по Лазо. Крошечный посёлок у подножия величественных сопок. Как я уже говорила, мобильные телефоны здесь не ловят.

Зато в центре Лазо стоит таксофон. Карточки к которому можно купить на местной почте.

На второй день я не удержалась и купила такую карточку.

Я позвонила маме – она пекла яблочный пирог и ждала в гости соседку. Я порадовалась что там, далеко, на другом конце страны, в Калининграде, у мамы всё хорошо.

Папа нашёлся в Сочи. И тоже, похоже, был вполне доволен новой холостой жизнью.

Как назло, деньги на карточке всё ещё не кончились. И я, повинуясь порыву, набрала домашний номер питерской квартиры. Маришка схватила трубку на втором гудке. И обрадовалась так, будто нашей ссоры никогда не было. Может, даже слишком обрадовалась. Это для того, чтобы я не чувствовала себя смущённой. Всё-таки никто меня так не знает, как она.