Принцесса папарацци - Анастасия Масягина

– Ну, на карте ты Терновку уж точно не найдёшь.

– Да почему?! Просто, видимо, мне карта попалась плохая.

– Ага, бракованная, – снова заржал Сергей.

– Немедленно объясни, в чём дело! Между прочим, ты обязан мне помогать! По контракту.

– Ну, раз по контракту. Слушай тогда исторический экскурс. Жил был во Владивостоке, на берегу Японского моря, криминальный авторитет Тернов. Много он дел натворил и в нашем крае, и в Москве, и даже, не поверишь, в Америке на гастролях побывал. Гостил как-то в родном городе, да и влюбился в актрису местного драмтеатра.

– Просто история графа Шереметева, – не поверила я.

– Так и было. Построил себе дом на берегу моря, женился на той актрисе, завёл детишек и стал жить-поживать в любви и авторитете. Меценатом заделался. А чтоб жилось спокойно и комфортно, кругом домов понастроил для соратников своих. Ну, сейчас-то они, конечно, уже никакие не гангстеры. А вполне легальные бизнесмены и политики. Что было, то было. Если покопаться в мировой истории, выяснится, что практически каждый крупный капитал нажит с нарушением закона. По крайней мере, вначале…

– Это, конечно, безумно интересно, но давай вернемся к Терновке, – по-хамски перебила я оператора.

– Ну так вот. Построил тот бизнесмен дом на берегу. А рядом поселились… соратники. Вот и зовётся посёлок Терновкой, в честь господина Тернова. И нет этого посёлка ни на одной карте. Это, собственно, все. Теперь понятно?

– Понятно, – вздохнула я. – Объясни, как туда доехать.

Лифт медленно опустил меня на первый этаж. Глубоко вздохнув, я вошла в зал ресторана. Если бы Хенри мог испепелять взглядом, мое бренное тело не продержалось бы и пяти секунд. Горстка пепла – вот что осталось бы от Аси Земляникиной.

– Гутен морген, – с достоинством поздоровалась я по-немецки. Как будто здороваться со съемочной группой по-немецки было у меня в порядке вещей.

– Гутен морген, – тем же ледяным тонной отозвался Хенри. И, видимо, трезво оценив мои познания в немецком, зашипел уже по-английски: – Тебе сладко спалось?

– Прошу прощения за опоздание, должно быть, сказалось вчерашнее отравление, – как ни в чем не бывало ответила я.

– Мы тут говорили, что, пока мы во Владивостоке, неплохо было бы поснимать белок, – поспешила замять тему Наташа.

– А во Владивостоке живут белки? Прямо в городе?

Честное слово, я уже ничему не удивлюсь. Если у них тут целые поселки на карте не отмечены…

– Не прямо в городе, а на территории военного санатория. Только нам там снимать не разрешают, потому что санаторий военный, а съемочная группа – немецкая. Ты можешь помочь?

Похоже, мне дают очередной «уникальный» шанс проявить себя при помощи папиных связей. Просьба, конечно, безобидная, но…

Я не успела расстроиться, потому что вдруг поняла, что надо делать.

– Нет проблем! Только начальник санатория, к которому мне придется обратиться, давний друг моего отца. И если я буду просить его об одолжении, неплохо было бы нанести визит вежливости. Съездить к нему в гости, передать его жене подарки от мамы, – сочиняла я на ходу.

– Хорошо, вечером можешь поехать, – опередила Наташа готового съязвить Хенри. Формально я была ее подчиненной. – Тебе с ночевкой надо ехать?

Я заколебалась.

– Как получится. Может, неудобно будет отказаться. Я тебе позвоню, хорошо?

– Хорошо! Сколько тебе понадобится времени, чтобы договориться?

Через сорок минут мы уже выслеживали белок в парке.

А вечером я наконец получила долгожданную свободу и могла вплотную заняться своим расследованием.

Если честно, в первую минуту, когда я вышла из гостиницы, мой пыл немного поугас. Вокруг – непроглядная темень, снег, холодный ветер, тайга, в конце концов. А я собралась загород, к морю, в поселок, где живут одни бандиты. Но в следующую секунду у меня перед глазами всплыло изможденное лицо несчастной бабушки Лены Копейкиной.

В конце концов, если я постоянно влипаю в истории по работе… Нет, не так. Если влипать в истории – и есть моя работа, то почему бы не сделать это еще раз, но не ради карьеры, а чтобы помочь хорошему человеку.

И я поймала такси.

В самопровозглашенном поселке Терновка было довольно темно. Лишь кое-где в окнах особняков горел свет. Я подумала, что, должно быть, не все хозяева живут тут постоянно. Для большинства, похоже, домик на берегу – просто дача.

Такси я отпустила. Ну вот, и что дальше? Звонить в каждый дом и спрашивать Егора?

И тут я решила послушать свою интуицию. А она неудержимо влекла меня на берег, к морю. Впрочем, к морю меня тянет всегда. И это неудивительно – ведь я выросла рядом с ним. И знаете, оно мне помогает.

Я шла вдоль берега и радовалась, что сегодня полнолуние. Роскошные дома нависали прямо над водой, выставив вперед причудливые башни и чугунные решетки балконов. Я никогда раньше не видела, чтобы дома стояли так близко к морю. Интересно, что же тут творится в шторм?

На горизонте замаячила фигура в пуховике. В следующее мгновение я поняла, что это женщина, ведущая на поводке огромного алабая. Это такая разновидность среднеазиатской овчарки. Огромные свирепые псы – прекрасные охранники. Только если в прежние времена у себя на родине собаки охраняли отары овец от волков, за что их прозвали волкодавами, то теперь они стерегут коттеджи.

Ну да, холод холодом, а собачке перед сном надо погулять.

Что ж, другого шанса мне сегодня, скорее всего, не представится. Руки в варежках уже закоченели.

– Извините, – обратилась я к женщине, когда мы поравнялись. Ей было лет сорок пять на вид. Простое, приятное лицо. Быть может, домработница. – Я была тут на вечеринке и вышла немного проветриться. А теперь не могу найти дом. Когда мы приехали, при свете дня, все выглядело совсем другим. Друзья уже, наверное, меня обыскались.

– А у кого вы были в гостях? – добродушно поинтересовалась женщина. Похоже, я не вызвала у нее подозрений.

– У Егора, – и тут я вытащила телефон Лены Копейкиной и продемонстрировала фото парня, которого ни разу вживую не видела.

– Он живет наискосок от нас, – кивнула женщина, – пойдемте, я вас выведу. Не бойтесь Рэя. У него только вид злобный.

Я последовала за ней.

– Ох уж этот Егор! Все время у него какие-то вечеринки.

– И девушек, наверное, много? – закинула удочку я.

– Между нами говоря, не без этого. Парень он конечно, хороший, но в мужья не годится. Только, чур, я тебе ничего не говорила.

– Конечно-конечно.

– Вон, смотри, его калитка! Там кто-то выезжает! Не на твои ли поиски?

– Спасибо вам огромное, дальше я сама! – я поспешила избавиться от провожатых, пока мы не столкнулись с Егором нос к носу.