Револьвер для сержанта Пеппера - Алексей Парло

— За работу, дорогие мои! Предлагаю начать с моей новой темы. Рабочее название «Auricle».

— Это что? — спросил Алик.

— Ушная раковина. — автоматически перевёл Шура.

— Именно! — жизнерадостно подтвердил Пол.

— Почему именно ушная раковина? — продолжал недоумевать Алик.

— Потому что он её так назвал! — Михе надоело слушать всё это, в нём снова проснулся Музыкант. — Давай уже начинать, руки чешутся!

И вновь началась музыка. Удивительно, но «Одинокие сердца» как будто стали единым организмом, они чувствовали друг друга, верно понимая каждый жест, каждый взгляд, поддерживая друг друга, не давая упасть, показывая путь и споря, доказывая каждый своё, но всё равно оставаясь вместе. Тамарка вышла из кухни и стала в дверях, прислонившись к косяку. В глазах у неё стояли слёзы (и мы её понимаем: это действительно было прекрасно…)

Волшебство продолжалось до тех пор, пока Миха не отвернулся от клавиш и не закричал на Пола:

— Слэпами играй, слэпами^[23]!

— Что, джаз покоя не даёт? — на этот раз Маккартни изменила его обычная выдержка. Слишком близко к сердцу принял он, видимо, свою новую мелодию. Или обычная творческая жадность обуяла. Я, мол, творец, а ты — не лезь!

— При чём здесь джаз? Оно же само сюда просится! Ты послушай только! — он рывком обернулся к фортепиано и быстро сыграл тему. — Вот! Здесь дальше… — ещё несколько резких басовых нот, — и дальше… — последовал красивый, цветистый аккорд.

— А зачем си-бемоль в конце, да ещё и с септимой? — придрался Пол. — Опять джаз?

— Да что ты заладил? Джаз, джаз! Ну не лезет сюда простое трезвучие! Ну, что это? — Миха сыграл простой строгий аккорд.

— А ты поучи меня, поучи! Дожил, блин! Играй, как я сказал!

— А вот не буду! Не стану лажать!

— Ты у себя в кабаках командуй! А здесь — не надо!

— А ты вообще у меня в доме! Отправляйся к себе в Пепперлэнд и там командуй!

— Пепперлэнд?! — Шура и Пол одновременно выплюнули это слово. Пол удивлённо обернулся к Шуре, но решил повременить. Миха сейчас был важнее.

— Ну да, в Пепперлэнд из мультика. Из Yellow Submarine. Мне недавно один чувак давал на видеокассете, — Миха не обратил внимания на смятение коллег.

— А давай, Миша, мы туда письмо отошлём, — Маккартни достал из бумажника почтовую марку, на которой была изображена какая-то детская дребедень. — На вот, лизни.

— А клеить куда? — спросил Миха.

— А клеить не надо, — Пол усмехнулся. — Оно и так улетит!

— Не понял…

— Да это кислота! LSD! — воскликнул Шура. — Нам на токсикологии про это рассказывали.

— И что, лизнул — и всё? — Миха не сводил глаз с марки.

— И всё, Миша! Лизнул — и всё знаешь, всё понимаешь, всё увидел, всё испытал!

— Не майтесь дурью! Ты на что его толкаешь? — Шура двинулся к Полу. — Алик, ты-то хоть вмешайся, снимись с тормоза!

— Мих, ты правда… — с готовностью запричитал Алик. — Ты не надо… это… Зачем?..

— Ребята, он уже взрослый! И я что-то не вижу среди вас его родителей! Пусть сам решит, нужно ему это или нет! — строго и напористо произнёс Пол.

— Ну да, конечно, а ломку потом ему кто снимать будет? — Шура был настроен весьма бескомпромиссно. — У нас здесь не Голландия, бесплатно не подают! А денег у него, как правило, нет. Вот и буду я потоковым методом аборты подружкам наркологов делать. Вот и звезда! Вот и аншлаги по всему миру, клипы, альбомы, фестивали, конкурсы, концерты!

— Да не волнуйся ты так! Во-первых, с одного раза ничего не будет, во-вторых, у меня запас хороший…

— Лихо ты придумал! К себе привязать хочешь, наверняка чтобы! Чтобы не сорвался! Чтобы всегда рядом был! Послушный такой и непритязательный! Ну и сволочь ты! Миха, Миха, ты что?..

Шура посмотрел на Миху как раз в тот момент, когда тот с вожделением лизнул марку. Глаза пианиста — надомника полыхнули голубым («Вот оно!» — подумалось Шуре), наполнились страхом, затем страх сменился восторгом.

— Auricula! — почему-то на латинском заорал он. — Video! Et accepit eam! Et accepit eam! Auricula vita est!^[24]

— Разве он тоже с вами учился? — спросила Тамарка у Алика.

— В том-то и дело, что нет! — грустно сказал Шура.

— А как же?.. Это, вроде, на латынь похоже. Мы на юридическом проходили. Только я ничего не помню. Или физиков тоже латыни обучают?

— А это не он. Это кислота…

Пол уютно сидел в кресле и сворачивал самокрутку.

— Ну, что, дорогие мои? Может, косячок забьём?

Теперь согласился Алик.

Шура схватил Тамарку за руку, и, не обращая внимания на её сопротивление, повлёк её в спальню.

— Что, Шурочка, детей захотел? — игриво спросила Тамарка, глядя на закрывающуюся дверь и томно расстегивая блузку.

— Нет. Процесса. — хрипло сказал Шура и грубо толкнул её на кровать.