Последний бой майора Петтигрю - Хелен Саймонсон

— Может, победитель поговорит с моей женой? — ухмыльнулся Алек.

Майор аж вздрогнул. Он отложил записную книжечку и примерился к мячу. Удар был слишком быстрым и чересчур низким, но мяч задел распускающийся одуванчик и все же нырнул в лунку.

— Неплохо, — сказал Алек.

На шестнадцатой лунке, которая находилась на пустыре рядом с заполненным водой карьером, Алек спросил, как у него дела.

— Жизнь продолжается, — сообщил он спине Алека. Тот сосредоточенно примерялся к мячу. — Бывают хорошие дни, бывают похуже.

Алек сделал сильный удар, и мяч улетел вдаль — почти в нужную сторону.

— Ну, хорошо, что тебе лучше, — сказал Алек. — Похороны — жуткая штука.

— Спасибо, — ответил майор и принялся устанавливать свой мяч на подставке. — А ты как?

— Внучке, Анжелике, уже лучше. Ногу удалось спасти.

Последовала пауза, во время которой майор примерился и сделал удар. Мяч приземлился невдалеке, на границе основной зоны.

— Жуткая штука эти больницы, — сказал майор.

— Да уж, — сказал Алек.

Они взяли сумки и пошли к косогору.

Когда они прошли восемнадцатую лунку и добрались до здания клуба, большие часы над террасой показывали 11.45. Алек устроил целое представление, сверяя свои наручные часы с большими.

— Как раз пора выпить и подкрепиться, — сказал он, как говорил каждую неделю, вне зависимости от того, во сколько они заканчивали. Как-то раз они заявились в бар в одиннадцать утра. Майор не стремился повторить этот результат. Ланч подавали только с полудня, и в тот день они с Алеком успели выпить по несколько порций, что в сочетании с бокалом вина к куриным фрикаделькам в сливочном соусе привело к несварению.

Оставив тележки в пристройке, они направились в гриль-бар. Когда они проходили мимо веранды, где раньше располагался женский бар (до того как в гриль-бар стали пускать женщин), раздался стук и пронзительный женский голос крикнул:

— Эй, Алек, идите к нам!

Альма поднялась им навстречу из-за круглого стола и яростно помахала мужу. Дейзи Грин повелительно их поманила, а остальные женщины холодно посмотрели в их сторону.

— Может, сбежим? — прошептал Алек и помахал жене, не переставая шагать в сторону гриля.

— Боюсь, мы окружены, — сказал майор и шагнул к стеклянной двери. — Не бойся. Я тебя прикрою.

— Может, сделаем вид, что нам срочно потребовалось отправиться по нужде?

— Ради всего святого, дружище, это всего лишь твоя жена. Выше нос.

— Если я еще выше подниму нос, у меня сведет шею, — сказал Алек. — Но пусть будет по-твоему. Сразимся с врагом.

— Нам нужно мужское мнение, — заявила Дейзи Грин. — Вы со всеми знакомы?

Она показала на женщин за столом. Среди них была пара незнакомых лиц, но они, казалось, слишком боялись Дейзи, чтобы потребовать представления.

— Это надолго? — спросил Алек.

— Мы должны определиться с темой вечера сегодня, — сказала Дейзи, — но не можем выбрать между двумя идеями. Хотя у моей, скажем так, больше приверженцев, надо обсудить все возможности.

— Поэтому мы хотим, чтобы вы выбрали, что вам больше нравится, — сказала Грейс.

— Да, мы хотим услышать ваше мнение, — сказала Дейзи и нахмурилась. Грейс покраснела. — В подтверждение нашим аргументам.

— Мы как раз говорили о том же, — вмешался майор. — Обсуждали, как было бы чудесно вернуться к старому доброму балу. Я имею в виду смокинги, шампанское и тому подобные вещи.

— Что-то в духе Ноэля Кауарда[6]? — спросила одна из незнакомок, молодая рыжеволосая женщина с густым макияжем, не скрывавшим, однако, веснушек.

Майор гадал, не существует ли негласного правила, согласно которому молодым женщинам, чтобы быть допущенными в комитет Дейзи, следует носить уродливые панамы и в целом выглядеть как можно старше.

— Мы сейчас не обсуждаем тему Ноэля Кауарда, — отрезала Дейзи.

— Смокинг — это не тема, — сказал майор. — Это форма одежды хорошо воспитанных людей.

В комнате повисла мертвая тишина. Молодая женщина в уродливой шляпе так широко распахнула рот, что майор увидел дырку в одном из ее коренных зубов. Грейс закашлялась, прикрывая рот платком. Майор подозревал, что она смеется. Дейзи притворялась, что сверяется с какими-то записями в блокноте, но при этом так вцепилась в край стола, что ее костяшки побелели.

— Он имеет в виду…

Алек умолк, не в силах придумать достаточно дипломатичного объяснения.

— Следует ли понимать, что вы не одобряете наших стараний, майор? — тихо спросила Дейзи.

— Нет, конечно, — вмешался Алек. — Слушайте, дамы, нам лучше в это не лезть. Главное, чтобы бар был открыт, и мы будем довольны, так ведь, Петтигрю?

Майор почувствовал, как его толкнули в бок — Алек подавал сигналы к отступлению. Майор отодвинулся и посмотрел на Дейзи.

— Я хотел сказать, миссис Грин, что хотя тема предыдущего года была весьма необыкновенной…

— Да-да, необыкновенно интересной, — встрял Алек.

— …не всем гостям удалось остаться в рамках приличия — безусловно, вопреки вашим ожиданиям.

— Комитет здесь ни при чем, — сказала Альма.

— Разумеется, — кивнул майор. — Однако было весьма печально видеть дам вашего положения, вынужденных наблюдать бесчинства, неизбежные на всякой костюмированной вечеринке.

— Вы совершенно правы, майор, — сказала Дейзи. — В самом деле, я думаю, что майор очень своевременно высказал свои соображения и нам следует пересмотреть свои темы.

— Благодарю вас, — ответил майор.

— Я уверена, что только одна из наших тем подразумевает приличные наряды и достойное поведение. Таким образом, мы можем вычеркнуть «Флэпперов и гангстеров»[7]и «Пастораль».

— Но ведь «Пастораль» безупречна, — вмешалась Альма. — Деревенские танцы — это ужасно весело…

— Мужчины в килтах и прогулки по вересковым пустошам? — переспросила Дейзи. — В самом деле, Альма, ты меня поражаешь.

— Можем погулять по вересковым пустошам и дома, если желаешь, — подмигнул Алек жене.