Мы к вам приедем… - Дмитрий Лекух

«Добро пожаловать в столицу Поволжья».

И – восклицательный знак.

Ага.

Столица.

Верх цинизма на самом деле, мне так кажется…

Ну да ладно.

Докурил сигарету, набрал Гарри.

– Вы где? – спрашиваю.

– А, Дэн, проснулся! – орет радостно в трубку. – Мы в ресторане «Буратино». Любому таксисту говори, довезет незадорого. Он у них тут, похоже, единственный круглосуточный. Только учти – мы уже в дрова…

– Что-то у вас, – удивляюсь, – сегодня уклон какой-то… деревообделочный…

– Мы на выезде, сынок, – ржет. – На первом в сезоне! Ты хочешь сказать, что за это не стоит выпить?!

– Сказать, – ворчу, – ничего не хочу. А вот выпить – хочу. Очень.

– Ну так и приезжай! – радуется.

А что тут скажешь?

Железная логика.

Пошел еще раз умылся, проглотил две таблетки пенталгина, чтобы унять лютую головную боль, выкурил еще одну сигарету.

И – потихоньку потащился вниз.

Вот сейчас, думаю, поймаю такси, доберусь до парней, похмелюсь как следует.

Может, жизнь и наладится.

Доехать до «Буратино» у меня, однако, так и не получилось.

Потому как внизу, в холле гостиницы, меня ожидал небольшой сюрприз – в лице уютно расположившихся в креслах Серхио и Никитоса.

– А вы тут на фиг? – трясу башкой. – Или это не вы, а у меня белая горячка начинается?

– Мы, мы, – радуются. – Вот, решили проверить, что за кайф ты в этих своих «выездах» ловишь. Загрузились в поезд и приехали. Вот сидим, тебя ждем. Какие-то парни, твои знакомые, сказали, что ты еще не выходил. А так – чего тут ехать-то. Да к тому же у Никитоса как раз пара девчонок знакомых в этом городишке под руку подвернулась. Ну, как под руку…

– Что ж, – смеюсь, – не позвонили-то, идиоты? Я б пораньше спустился.

– А сюрприз хотели сделать, – жмут плечами. – Мы тут, кстати, пивничок хороший рядом с гостиницей обнаружили. С воблой. Пошли?

При одной мысли о пиве с воблой у меня аж во рту пересохло.

– Ведите! – ору. – Немедленно!

И только после того, как во мне уже заплескался добрый литр пива, я вспомнил, что меня парни, в общем-то, совсем в другом месте ждут.

И давно уже.

Даже звонить как-то немного страшновато…

Подумал и набрал номер Али.

Он постарше, чем Гарри, поспокойнее.

Проще объясниться будет, думаю.

– Привет, – говорю.

– Отсоси у красно-белых. Мы к вам приедем, мы вас отпиздим. Ты кто, сынок?

– Я, – отвечаю осторожно, – Данила. А это ты, Глеб?

– Это не Глеб. Глеб в говно, – четким голосом докладывают в трубке, – курит на улице с Олигархом. Это Стаканов.

– Привет, – говорю, – Макс. А Гарри есть неподалеку?

– Гарри еще в большее говно, чем Али с Олигархом, – чеканит Макс. – В настоящее время вместе с Депешем исполняет боевой танец саблезубого кролика вокруг официантки с пятым номером бюста. Лет восемнадцать девочке, свежак, кровь с молоком. Где они таких находят, не пойму? Я уже тоже интересовался насчет потребности в муже-алкоголике с московской пропиской.

– И что? – спрашиваю.

– Хихикает, – вздыхает Макс. – Но против боевого танца банкиров даже я не тяну. А ты где?

– Да я как раз по этому поводу и звоню, – отчитываюсь. – Я тут знакомых встретил, сидим, общаемся. Так что я, наверное, сразу на стадион. Да, Макс, и передай Гарри, чтоб он молодым сказал, чтобы еще два билета купили.

– Я им сам скажу, – ржет Стаканов. – Гарри сейчас лучше не беспокоить. Ну ладно, пока, мне пельмени тут принесли. И водку. Не до тебя. На стадион выдвинешься – звони, встретимся…

И отключился.

А мы еще поразминались по пивку, потом заказали по тарелке солянки, по порции шашлыка и пару бутылочек беленькой.

Словом, к моменту выдвижения в сторону стадио я уже был, что называется, – в полной боевой готовности.

Но – без излишеств.

На ногах держался вполне уверенно.

Ну, как уверенно…

Двигался.

И – соображал, а это самое главное.

Добрались до стадиона, я отзвонил одному из молодых, ответственному за закупку билетов.

– Ты где? – спрашиваю. – Как тебя искать-то?

– Я тебя сам найду, – успокаивает. – В вашу сторону, судя по всему, как раз выдвигаюсь. Ну в ту, откуда основной моб пойдет. Так что стой, жди.

Что делать, – стою, жду. Сигарету закурил, о пивке задумался. В это время он меня и нашел, передал заветные квиточки.

И – застыл, как вкопанный.

– Ну ни хрена себе, – говорит.

И показывает в сторону ведущей к гостевому сектору улицы.

Я взглянул туда – и аж вздрогнул.

Нда, думаю.

Зрелище, действительно, – душераздирающее…

…По улице плыло зигзагами огромное белое полотнище с красным британским крестом и затейливо вышитым спартаковским ромбиком.

Как парусное судно против ветра.

По углам полотнища угадывались четыре почти человеческие фигуры.

С абсолютно просветленными лицами и глазами разной степени остекленения.

Гарри, Депеш, Али и, кажется, Степаша.

И не разглядишь, блин, так их штормит.

Они даже качались в такт, что еще больше усиливало их сходство с командой на палубе попавшего в крепкий шторм парусника, но все-таки продолжали упрямо идти вперед, наперекор ветрам и судьбе, в лице совершенно охреневших от этого зрелища мордатых саратовских ментов.

Нас они, естественно, даже не заметили.

– Да, – завистливо сказал молодой, – умеет отдыхать старшее поколение. Нам с тобой, Дэн, еще учится и учится. Сколько же они приняли-то, интересно?

– Боюсь, – вздыхаю, – мы бы после их нормы уже давно бы умерли.

– Во-во, – соглашается, – вот и я об этом. Говорят, ты «золотой» пробиваешь, ага?

– Ну, – отвечаю, – а что?

– Да так, – жмет плечами. – Интересно. Тогда понятно, почему Гарри всех предупредил, что если тебя под акцию кто подтащит – лично щщи отрихтует до состояния черно-белой фотографии. Завидую, чего уж там.

– А чо завидовать-то? – удивляюсь. – Возьми, да и сам пробей.

Он в ответ только вздыхает.

– Тебе легко говорить. У тебя и авторитет, и поддержка от «старших», ага. И в фестлайне ты уже хорошо постоял, так что – без вопросов. И то, думаю, непросто будет. Нет, мне рано еще. Но когда-нибудь – обязательно решусь, ага. А пока, если тебе что надо будет, – ты говори, мы с пацанами сделаем, по-любому. Но и ты про нас не забывай, договорились?