Пространство Готлиба - Дмитрий Липскеров

Надеюсь, к тому времени, когда вы получите это послание, ваши ужасные напасти каким-то образом разрешатся и уголовное следствие определит, кому принадлежал этот злополучный футляр с его чудовищным содержимым!

Также надеюсь, что случившееся не оставит на вашей психике серьезной раны, так как я представляю вас женщиной сильной, способной перенести и не такие невзгоды.

Вы спрашиваете меня, как мой жук?.. Что ж, немного расскажу вам о моем Hiprotomus'e Viktotolamus'e.

Через два дня после получения диагноза я отправился в читальный зал библиотеки при Зоологическом музее, дабы более тщательным образом познакомиться с моим… э-э-э, как бы это сказать, ну, пусть будет – соседом. Если мне предстоит с ним уживаться неизвестно сколь долгие времена, то я обязан знать о нем как можно больше.

Я попросил библиотекаршу подобрать мне книги по экзотическим насекомым.

– Какого региона? – спросила в ответ худая бледная особа.

Вот этого как раз я и не знал.

– Экзотических насекомых много! – пояснила библиотекарша, натягивая на указательный палец напалечник.

Мне совсем не хотелось объяснять, что разыскиваю я Hiprotomus'a Viktotolamus'a, так как мало ли чего она могла заподозрить, а потому я попросил подобрать мне книги по южным регионам.

– Африки?

– Давайте Африки, – согласился я.

– Подходите через два часа, – сказала она, затем посмотрела на мою коляску и поправилась:

– Подъезжайте.

– Однако, как долго! – посетовал я.

– Внизу есть бар, – предложила бледная особа, ловко тасуя с помощью напалечника формуляры с новыми поступлениями.

В баре я был в совершеннейшем одиночестве, если не считать пожилого бармена, который сварил мне кофе и надолго ушел в подсобное помещение.

Я пил кофе маленькими, но частыми глотками и размышлял о том, чем займусь в остальные полтора часа.

– Ну и зачем вам понадобилось знать обо мне подробности? – услышал я за спиной хриплый мужской голос.

Обернувшись, я никого не увидел и решил, что голос донесся из подсобного помещения.

– Вы меня не там разыскиваете! – опять услышал я.

На сей раз мне показалось, что говорят с правого боку. Но и там никого не было.

– Перестаньте вертеть головой! – сказал незнакомец с легким раздражением. – Пора бы уже понять, кто с вами разговаривает!

В правой руке у меня что-то резануло, затем кольнуло иглой изнутри, и я чуть было не поперхнулся попавшей в горло кофейной гущей.

– Неужели?!! – внезапно догадался я, потирая шишку, проткнутую каким-то шипом.

– Да-да. Только не надо говорить вслух и так громко! Достаточно того, что вы будете говорить про себя, иначе вас примут за сумасшедшего!

– Hip… Hiprotomus Viktotolamus?!. – спросил я про себя, чувствуя, что на самом деле схожу с ума.

– Он самый, – подтвердил жук. – Ну и зачем вы сюда притащились?

– Чт-т-тобы уз-з-знать о вас побольше! – Даже про себя я заикался.

– Я практически нигде не описан, – сказал жук. – Так что вы ничего не найдете здесь обо мне!

– Что же мне д-д-делать?

– Отправляйтесь домой!

– А как же заказ?

– Раскидают опять по стеллажам.

– Х-х-хорошо, – согласился я и выкатился на улицу.

– Погуляем? – спросил Hiprotomus, когда я протянул руку, чтобы остановить такси.

– Е-е-если хотите.

– А почему нет. Свежий воздух полезен не только животным, но и насекомым. Опустите, пожалуйста, руку и, если не трудно, не делайте правой конечностью резких движений, так как… – жук сделал паузу. – Используйте, в общем, левую!

– Хорошо, – опять согласился я, наконец справившись с заиканием. – Где будем гулять?

– А где хотите. Можем просто посидеть возле какой-нибудь лавочки. Возьмем белую булочку, покормим птичек.

Купив пару свежих рогаликов, я поехал… или мы поехали – в сквер, в котором обычно собираются матери с маленькими детьми, желающими покормить, а заодно и попугать жирных городских голубей. Остановившись под огромным дубом, я растер между ладонями часть рогалика и стал раскидывать крошки перед собой, приговаривая: "Гули-гули".

– Что вы хотите узнать обо мне? – спросил жук, когда несколько сизых голубей спланировали из-под крыш и, задрав свои хвосты к небу, принялись клевать с асфальтированной дорожки белый хлеб.

– Мне было бы интересно знать, к какому вы принадлежите виду?

– Виду?!.. – удивился жук, и мне показалось, что он хмыкнул. – А вы что, энтомолог?

– Нет.

– Вы просто любите природу?

– Знаете, когда чем-нибудь заболеваешь, то непременно хочется узнать о своей болезни все.

– Я не болезнь.

– А кто вы? Или что вы?

– Все-таки – кто, – уточнил Hiprotomus. – Я существо одушевленное. Я – не болезнь! Я – приобретение.

Я промолчал и стал наблюдать за снующими по плодородному пятачку птицами. Их было уже несколько десятков. Жирные, они старались опередить друг дружку и выхватить из-под клюва соперника понравившуюся крошку.

– Вы что, не склонны считать, что я приобретение? – поинтересовался жук.

Неопределенно пожав плечами, я оторвал от рогалика поджаристую корку и запустил ею в птичье месиво. Трусливые на миг взлетели, а затем вновь рухнули к кормушке, расталкивая смелых.

– В общем, ваше дело, за кого меня принимать, – согласился Hiprotomus. – Как говорится, время покажет.

Я почувствовал, как жук зашевелился под кожей, словно принимал более удобное для себя положение.

– Я принадлежу к семейству жуков-рогачей-зимников, – признался жук. – Мы единственный вид, который может существовать при самых лютых морозах. Причем мы не впадаем в коматозное состояние спячки, ожидая оттепели, а существуем активно, как и в благополучные сезоны.

– А как вы выглядите? – спросил я.

– Вы имеете в виду внешне?

– Ага.

– Обыкновенно. Чем-то похож на майского жука. Только рога больше, панцирь крепче. Кстати, в моем панцире содержится огромное количество полезных лекарственных веществ.

– В самом деле?

– Определенно. Пока я нахожусь в вашем организме, вы защищены от простуды. Вам не страшны ни респираторные заболевания, ни даже грипп! Мои выделения способствуют нормализации почечного давления. Так что теперь вы понимаете, что я – приобретение?