Испанские каникулы - Софи Кинселла

На следующее утро Хью чувствовал себя измученным. Накануне вечером он отыскал бутылку «Риоджи» и почти опустошил ее в одиночку, сказав себе, что отдыхает. Теперь он лежал в шезлонге, накрыв лицо панамой, и передергивался всякий раз, когда лучик света пробивался сквозь опущенные веки. Откуда-то издалека до него доносился голос Аманды и время от времени — отвечающей ей Дженны.

— Не забудьте намазать девочкам кремом от загара еще и шею, — говорила Аманда. — И ноги сзади.

— Обязательно.

— И ступни.

— Уже сделано.

— Вы уверены? — Хью смутно осознал, что Аманда садится на соседний шезлонг. — Я не хочу рисковать.

— Миссис Стрэттон, — Дженна говорила нарочито сдержанно. — Если я что-то и знаю твердо, так это насколько опасно солнце. Я не стану рисковать ни в чем.

— Вот и хорошо.

Последовала пауза. Затем Аманда улеглась на свой шезлонг.

— Ну что, — негромко сказала она Хью, — их пока что не видать.

— Кого? — пробормотал Хью, не открывая глаз.

— Их. Других. Должна сказать, что я понятия не имею, как все будет происходить.

Хью убрал панаму. Щурясь от солнца, он кое-как уселся и посмотрел на Аманду.

— В каком смысле — «будет происходить»? — спросил он. — Вот бассейн, вот шезлонги, вот солнце.

— Я просто хотела сказать… — Аманда слегка нахмурилась. — Может получиться неудобно.

— С чего бы вдруг? — удивился Хью, наблюдая, как Дженна сводит Октавию с Беатрисой по пологим ступенькам в бассейн. — Я говорил с… — Он на миг запнулся. — С Хлоей. С женой. — Он посмотрел на Аманду. — Вчера вечером, пока ты купала девочек.

— В самом деле? И что же она сказала?

— Они не меньше нашего хотят существовать обособленно. Не вижу, с чего бы вдруг нам мешать друг другу.

— Мы уже помешали друг другу вчера вечером, разве нет? — напряженно произнесла Аманда. — Вчерашний вечер превратился в натуральный кошмар!

Хью пожал плечами, улегся обратно и зажмурился. Вчера вечером он не заходил больше на кухню и не присутствовал при инциденте, который имела в виду Аманда. Судя по всему, Филипп с Дженной, каждый по отдельности, принялись готовить ужин для своих семей и положили глаз на одного и того же цыпленка. И в какой-то момент обнаружили этот факт. (Интересно, они что, одновременно за ним потянулись? Столкнулись, когда попытались ухватить его за шею? Или осознание пришло к ним постепенно?) Едва Филипп это обнаружил, как тут же сказал, что возьмет что-нибудь другое, и Дженна его поблагодарила.

С точки зрения Хью, это трудно было назвать кошмаром. Но Аманда восприняла этот мелкий инцидент как подтверждение того, что весь отдых пойдет насмарку — точнее, уже пошел. Пока они обедали в столовой (Филипп с Хлоей устроились на террасе), Аманда повторяла это раз за разом, с незначительными вариациями, до тех пор, пока у Хью не лопнуло терпение. Он удалился на балкон их спальни, прихватив бутылку «Риоджи», и сидел там, потягивая вино, пока не стемнело. Когда Хью вернулся в комнату, Аманда успела лечь и уже уснула, не досмотрев какой-то фильм по кабельному телевидению.

— А вот и они, — вторгся в его размышления негромкий голос Аманды. Она повысила голос: — Доброе утро!

— Доброе утро, — донесся до Хью ответ Филиппа.

— Чудесный день, — послышался голос Хлои.

— Да, не правда ли? — бодро произнесла Аманда. — Просто потрясающая погода.

Затем воцарилось молчание, и Аманда снова улеглась на свое место.

— По крайней мере, они не пытаются выгнать нас с наших шезлонгов, — вполголоса сказала она Хью. — Во всяком случае, пока.

Последовала пауза, заполненная поскрипыванием шезлонга: Аманда устроилась поудобнее и надела наушники. Секунду спустя она сняла их и подняла голову.

— Хью!

— М-м-м?

— Передай, пожалуйста, мой «Фактор восемь».

Хью открыл глаза, сел и оцепенел. На другой стороне бассейна Хлоя, сидевшая спиной к нему, расстегивала свое простенькое хлопчатобумажное платье. Оно соскользнуло на землю; Хью смотрел, не в силах отвести взгляд. На Хлое был старомодный купальник в розах, а в светлые волосы она воткнула цветок. Ноги у нее были стройные и бледные, а плечи — хрупкие и узкие, словно у ребенка. Она обернулась, и Хью, не удержавшись, скользнул взглядом по ее телу к белизне груди.