Бретер и две девушки - Татьяна Любецкая

– Из лесу, вестимо. Из Москвы, короче.

– И мы! Мы тоже!

– Ну и как там она? Все перестраивается?

– Естественно. А вы что, давно дома не были?

– Давно. Месяц… Может, познакомимся?..

Антон протянул руку, и Китти первая ее схватила:

– Китти.

– Клево, – сказал Антон и протянул руку Лизе.

Она тоже представилась, но Антон ее руку сразу не выпустил, держит в огромной лапище – как проглотил, так что ей пришлось пошевелить пальцами, чтобы он ее отпустил. Притом Лиза слегка порозовела, и Китти, заметив это, хмыкнула.

– А чего ты тут вообще делаешь? – Она непроизвольно съехала на «ты».

– Ничего. У дядьки на постое. Дядька на фирме вкалывает, а я по Швейцарии гоняю. Через две недели – домой.

– И мы через две! – радостно выпалила Лиза, и Китти снова на нее с интересом поглядела.

– Отлично. Вместе и махнем! А вы здесь чего?

– Мы тоже, типа, у тетки, – засмеялась Китти. – У подруги ее матери. Два дня, как припилили.

– В Монтрё?

– Не, в Ля Рип. Под Женевой.

– Значит, ничего еще не видели?

– Только Веве. С Чарли почеломкались.

– Ясно. Тогда теперь покажу вам Монтрё.

Выйдя из кафе, они прошли всего несколько домов, и Антон подвел их к шикарному отелю, на нем было написано «LE MONTREUX PALACE».

– Тут останавливаются нефтяные короли, просто короли и миллионеры. Но нашему человеку этот домина дорог тем, что в нем жил Набоков, слыхали о таком?

– Слыхали, слыхали, – сказала Китти. – «Лолита»…

– Эх, вы! Человек двадцать романов написал, а вы все только – «Лолита»!..

– Да? – потупилась Китти. – А мы не знали…

– И ты не знала? – обратился он к Лизе.

– Почему? Знала. Но читала только две или три вещи…

– Могу дать в Москве остальное.

– Договорились.

Потом Антон показал им лифт, на котором можно подняться на другую улицу. Поднялись.

– Чудеса, – засмеялась Китти, – лифт на улице!

– Это еще что! А вот как я вас нашел!

– Ты нас искал?!

– Нет. Но нашел.

– А ты вообще кто? Студент, бандит или, может, риелтор какой-нибудь?

– Студент и бандит.

– А почему не риелтор?

– Руки не доходят, в институте много задают.

– В каком? – поинтересовалась Лиза.

– В театральном, в Щучке. Актерский фак.

– Ух, ты! А она в МГУ. На историческом.

– А ты?

– Я? Нигде. Так живу, небо подпираю.

– Сейчас реально подопрете – повезу вас в Альпы.

И вот уже троица – в подвесном вагончике, который, как послушная лошадка, тащит их в горы. Притащил на смотровую площадку, откуда они, оставив смирно топтавшихся туристов, полезли вверх – выше, выше… Туда, куда еще не ступала нога человека, туристического человека, по крайней мере… И замерли от невиданной красоты. Совсем рядом, как большие белые корабли, плыли облака. Их можно было потрогать, на них прокатиться, но манило другое – пропасть! Там, в неоглядной и немыслимой дали, резвились оранжево-зеленые кущи, меж ними ослепительно сверкали осколки озер. Так сверкали… Вдруг «Ах!» – Лиза вскрикнула и взмахнула руками, нога ее поехала по влажной тропинке к краю пропасти, и – оп! – Антон схватил ее под руку, заодно и Китти и крепко притянул обеих к себе. После чего троица мягко спустилась на облаках на смотровую площадку, прямо к ресторану, где правильные туристы уже вовсю кутили и гудели.

– Спасибо, – сказала Лиза Антону, когда они уже были в ресторане, – если бы не ты…

– Да, силен, – подытожила Китти.

В общем, было весело и вкусно. Платил за всех Антон.

Когда запрыгнули в подвесной вагончик, чтобы спуститься с Альп, наткнулись на каких-то болгар. Услышав русскую речь, те подкатили к троице, и один из них – смоляные шевелюра и усы – радостно заорал: «О, русский!» – и ринулся целоваться, но был жестко остановлен за ремень заплечной сумки такой же смоляной дамой. Так что общаться пришлось на безопасном расстоянии. О, да… И мы!.. И вы! О, непременно!.. Good by!

– Ну а теперь, – сказал Антон, когда они спустились с гор, – в Шильонский замок!

Они подробно излазили весь замок, и Антон, побывавший здесь уже не раз, как заправский гид, рассказывал о нем. Разумеется, на каждом шагу метили территорию – фотографировались. Лизу интересовало абсолютно все, она даже что-то записывала в блокнот; Китти же более всего – герцогская кровать и отхожее место. От огромного, под балдахином ложа Лиза и Антон еле ее оттащили. Обняв обеими руками одну из колонн, она обморочно прикрыла глаза. И со стороны можно было подумать, что у нее с этой кроватью много связано. Что касается отхожего места, то в путеводителе было сказано, что последний раз им пользовались сотни лет назад. Однако Китти, вплотную подошедшая к этому памятнику старины, подозрительно принюхалась и покачала головой…

– Эй, не свались! – крикнула Лиза. – Доставать будет трудновато!

Наконец, утомленных и насыщенных, Антон посадил их в поезд. Договорились встретиться завтра у главного Женевского фонтана в двенадцать дня.

Когда приехали в Женеву, Китти захотела купить шоколадку.

– Так у нас же есть… забыла?

– Хочу швейцарскую!

– Да ладно, наши не хуже.

– Да все у нас не хуже, только мы почему-то хотим сюда…

– Сюда и обратно.

– Я – только сюда. Я бы затерялась тут хоть среди коров, пусть бы на меня тоже навесили трехпудовый колокольчик, и пошла бы звонить по горам… Кстати, там, в горах, – помнишь, твоя мать говорила? – есть гольф-клуб, и при нем пасется полным-полно непуганых вдовцов…

– Хочешь пугнуть?

– Нет. Просто познакомиться, а там видно будет…

– Зачем тебе старик, слюни вытирать?

– Тебе-то хорошо, тебе Терри приготовили, а тут еще и Антоша… Все, все, молчу!

В автобусе не разговаривали – Лиза рассердилась. Китти думала о своем. Приехали «домой», Мусенька с порога:

– Уж мы вас заждались! Быстро мыть руки и ужинать! – И чуть позже, за столом: – Ну что, красавицы, где были, что видели?

– Гляди, а Терри еще нет, – шепнула Китти Лизе, и громко: – Видели Антона! – При этом она с нажимом посмотрела на Лизу.

Та, как могла, безразлично подтвердила, – угу, в Монтрё познакомились.

– Что ж, только Антона и видели? – усмехнулась въедливая Мусенька.

– Нет, почему? – возразила Лиза, хватаясь за возможность сменить тему, и стала подробно описывать красоты Веве и Монтрё.