Бретер и две девушки - Татьяна Любецкая

– Нет, если хочешь…

– Да ладно, иди уж!

И они разошлись по своим новым апартаментам. Лиза откинула шелковое покрывало, попробовала прилечь на просторную, прохладную постель и сразу ухнула в глубокий, обморочный сон. Китти внимательно осмотрела гладильную, стоящие на столе швейную машинку, утюг и несколько книжек – все про русских красавиц разных времен. Потом распотрошила узенькую кровать, переоделась в халатик и отправилась в ванную принять душ. Вернувшись в комнатку после душа, на секунду задумалась, затем быстро оделась и спустилась вниз.

– Ты что не отдыхаешь? – удивились чистившие к ужину овощи Муся и Марина.

– Отдохнула уже. Давайте помогу.

– Ладно, – согласилась Марина, – а я тогда пойду на стол накрывать.

– Мусенька, хотите, я сама все сделаю, – предложила Китти, – а вы мне только овощи подавайте.

– Будь по-твоему, красавица, – сказала Муся и подумала: «Не девка – золото».

И Китти принялась за привычную работу – все дочистила, нарезала, сделала салат и пожарила мясо.

– Счастливый будет твой муж.

– Да? – Китти скромно потупилась.

Меж тем Марина накрыла на стол, зажгла свечи. И тут приехал Терри.

– О, – воскликнул он, входя в дом, – surprise! – Потому что ужином, да еще при свечах, его обычно не баловали.

– Знаешь, Мариночке ведь некогда заниматься хозяйством, она ж вся в работе, – откомментировала Муся Китти возглас зятя. – Нет, когда я тут, я, конечно, готовлю, а так…

Разбуженная голосами, проснулась Лиза, глянула на часы – батюшки! Два часа проспала! Она быстро оделась, сбежала вниз. А там! Пиршественный стол накрыт, сияют свечи, и все в сборе!

– Ну, как, Лизок, отдохнула? – спросила Муся.

– Да, спасибо, но так неудобно… Вы тут все готовили, а я… Кить, что ж ты меня не разбудила?

– Дык мы и без тебя управились, отдыхай, пока молодая.

– Все же …

– Да ладно, после отработаешь!

Наконец все шумно расселись за столом, Терри откупорил бутылку только что привезенного французского Bordeaux, разлил по бокалам, и пошли тут русско-английские тосты, речи и славословия. Из уважения к гостьям Терри время от времени выпаливал русские слова «На здровье!», «Карашо!».

А русская колония в ответ выдавала свои запасы английского.

Гости из России постоянно наезжали в этот дом – все родственники, друзья, друзья друзей, друзья родственников и родственники друзей, так что муж и жена редко бывали одни. Но Терри стойко переносил набеги россиян и даже тещу, которая, в отличие от остальных гостей, благодарных и деликатных, постоянно пилила зятя за тот гипотетический гвоздь. А началось все с того, что она привезла молодоженам огромную картину – «Дама с котом». И поскольку картина была выполнена в абстрактном духе, то все части Дамы и кота были сложно перемешаны, так что ее бюст в итоге оказался в лапах у кота. Таким образом, реально была выписана лишь чашечка кофе марки «Black brilliant», который и лакал беспардонный кот. Автором картины был популярный в Нинкином кругу художник Анлюкс, урожденный Аникей Клюка. Не будучи стеснена в средствах – муж Николай вкалывал на фирме очень закрытого типа, – Нина покупала анлюкинские шедевры на корню и дарила молодым. Вообще, дарить картины в ее кругу считалось шиком. Но Терри они как-то не пришлись – то ли не нравились картины, то ли дарительница, а только вешать картины он не захотел. То есть не забил гвоздя. Поэтому приезжала к молодым Нина, можно сказать, всегда с гвоздем за пазухой. Это было видно сразу, едва она появлялась в Женевском аэропорту с этим своим воинственно-изумленным взглядом: «Как! Еще не повесили?!» Наконец однажды, подогретая матерью, Мариночка топнула ножкой, и Терри повесил. Как говорится, не хуже других. Но отношения к нему тещи это уже не изменило.

– Терри, а ты вообще, do you speak Russian? – спросила Лиза.

– О, нъет.

– А хочешь, мы тебя научим? – встряла Китти.

– О'кей, девочки, поучите его, – согласилась Марина, – а то я вот по-английски спикаю, а он по-русски – ни бум-бум.

– Ну, ты не сравнивай, – вступилась за Терри Муся. – Тебя-то отдали в английскую школу, потом в иняз, а он, хочешь, чтобы вот так сразу…

– Thank you, Мусьенка. – Терри послал ей воздушный поцелуй. – My wife тоже not so good speak English, нада учит!

– Вот нахал! – возмутилась Марина. – Я на английском целыми днями веду переговоры, а он!

– My wife должен гаварит English люче все.

– Не «люче все», дурачок, а «лучше всех». Ладно, давай-ка покажем, что мы с тобой недавно выучили… d'u remember?

– Да, – важно кивнул чопорный англичанин и радостно выкрикнул: —Я, блин, балдю! – И все нечопорные покатились со смеху, а Лизка с Китькой даже съехали со стульев.

– Господи, я этого еще не слышала… – Мусенька прослезилась…

– Surprise! – пропела Марина.

– Ну вот, главное, Терри, ты уже знаешь, – снова усаживаясь на стул, сказала Лиза, – осталось совсем немного. И тут у нас есть одно такое выражение, верней, словечко… и даже не словечко, а так, частица, которая перекрывает практически две трети нашего языка.

Марина эту фразу быстро перевела и вылупилась на Лизу.

– Это что ж такое? Мат? – быстро спросила Муся. – Так матюкам Колька его сразу обучил.

– Обижаете, мы девушки приличные, – лукаво потупилась Лиза. – Это…

– Ну! – хором крикнули девчонки.

– Ну-у? – недоверчиво протянул Терри.

– Да, да! – крикнула Лиза. – Марин, переведи! В зависимости от интонации и контекста эта частица может означать и «да», и «нет», и «вот щас все брошу». Да, практически все может означать!

Марина перевела тираду, и Лиза спросила:

– Do you understand me, Terry?

– Ну! – очень органично ответил Терри, и все аж взвизгнули от восторга.

– Гляди, как схватывает! – крикнула Китти. – Ты, Марин, наверное, его просто плохо учила.

– Что ж, учите его теперь вы.

– О'кей! Давай, Терри, запоминай. – Китти даже облизнулась, предвкушая то, что сейчас выпалит. – За-нач-ка! Этого слова ты не найдешь ни в одном словаре, но без него не прожить – без заначки то есть.

– Что есть «заначка»?

– То, что каждый должен иметь, в том его личная свобода, – вмешалась Лиза, – короче, права человека, ясно?

– О, yes, права человека я знать!

– Он знать! – засмеялась Муся. – Ну, девки, вы нам тут его обучите!

– Бедный Терри, – шепнула Лиза Китти, – и как можно такого мужика пилить?

– Только такого и можно, другой бы фиг позволил, на порог бы маманю не пустил.