Ожог - Василий Аксенов

Малькольмов ринулся тогда из комнаты отдыха врачей прямо водвор, где стояли два рафика и три «Фольксвагена», купленных за валюту. У негобыл рефлекс – немедленно мчаться на такие звонки. Вспоминая о своих собственныхночных звоночках подобного рода, он сразу понимал – звонит пьяный, безобразный,дрожащий друг, член угнетенного в Советском Союзе Ордена Мужчин. Быть может, идела-то было всего на одну таблетку валидола, но всегда бросался и мчался изовсех сил, не раздумывая.

– Левого поворота здесь нет, ГеннадийАполлинариевич, – предупредил шофер.

– Все равно поворачивай и сирену врубай! –скомандовал Малькольмов.

На углу Неглинки и Черкасского переулка мигал желтыйсветофор, и раскачивался на троллейбусном столбе одинокий фонарь. Возлемагазина «Музыка», похожего на губернаторский дворец в малой колониальнойстране прошлого столетия, стояли две персоны. За ноги и за руки они держалитретью, отвисшую задом чуть ли не до тротуара и откинувшую голову назад так,словно нет у нее никакого намека на шейные позвонки. В первой персоне легкоугадывался известный хоккеист Алик Неяркий, во второй с трудом определялсяинтеллигент-инвалид Лев Андреевич Одудовский, третья персона была – труп.

Малькольмов, а вслед за ним вся бригада выскочили из VW.Открылась задняя дверь спасательной машины. Загорелся яркий внутренний свет.Персону-труп – не менее 100 кг! – заволокли внутрь и тут же приготовиливсе: шприцы, тубу, аппарат «сердце-легкие», все ампулы, какие нужно, вибратор,кислородную маску… Захлопнули двери и помчались.

Половина головы человека и все его лицо были покрытызапекшейся уже кровью, и новая кровь еще прибывала из глубоких ран за ушами.

– Игорь, жгут! Тамара, тампон! – командовал Малькольмов.

Машина мягко неслась в ночном пространстве и процессуреанимации не мешала – таковы фээргэшные рессоры! Малькольмов медленно вводиладреналин и смотрел на манометр. Наконец стрелка качнулась и поползла вверх. Израспростертого тела вырвался хрип, а на губах появился и тут же лопнул кровавыйпузырь. Тут только Малькольмов заметил сквозь седую мешковину волостатуировочку под правым соском: серп-и-молот и надпись «Кольский полуостров1939». Он вгляделся в лицо оживляемой персоны.

Тамара мягкими и быстрыми движениями очищала лицо.Открывались надбровные дуги и пучки бровей, свирепая носогубная складка,маленький перебитый носик, жлобская жесткая верхняя губища и зоб, огромный ипятнистый.