Особые отношения - Дуглас Кеннеди

— Все дело, — объяснила Мейв Доэрти, — сводится к одному главному вопросу: с кем будет лучше ребенку? Его и будет рассматривать суд. Следовательно, поскольку уже имеются два предварительных решения в пользу отца ребенка, нам предстоит убедить судью: в интересах ребенка необходимо, чтобы он по меньшей мере проживал поочередно у отца и матери и, желательно, проводил с матерью больше времени.

— А если Тони добьется, что Джека оставят ему? — спросила я.

— Тогда вам придется смириться с тем, что он будет проживать с отцом, — сказала Мейв. — А поскольку, как сообщают адвокаты вашего мужа, он собирается обосноваться в Сиднее вместе с мисс Декстер, то при таком решении он получит право забрать ребенка с собой. Даже несмотря на то, что такое дальнее расстояние разлучит вас с сыном. Если такое случится, мы, разумеется, будем оспаривать решение, аргументируя это нарушением вашего права видеться с ребенком, — но вряд ли добьемся успеха. Если конечно, вы не примете решения перебраться вслед за ними в Австралию.

— Без визы и работы? Куда там!

— Ну, будем надеяться, что до этого не дойдет. Проблема у нас в том, что оба судебных решения указывают на вас как на мать, не справляющуюся со своими обязанностями, в обоих упоминается о вашем внушающем опасения поведении после рождения ребенка, о потенциальной угрозе его безопасности. Они, безусловно, снова поднимут эту тему. Но сейчас в наших руках есть свидетельства профессионалов — медиков и социальных работников, подтверждающие и вашу психическую стабильность, и ответственное отношение к материнству, и то, что после родов вы страдали от депрессии. Сколько у нас показаний, Найджел?

— В общей сложности восемь, — откликнулся Клэпп. — И… э… все они чрезвычайно благоприятно описывают миссис Гудчайлд.

— Другими словами, у нас есть восемь свидетелей в нашу пользу. Серьезная загвоздка у нас, конечно, с отчетом ССКПДМД. Суд всегда чрезвычайно внимательно относится к их отчетам. Они неизменно оказывают существенное влияние на окончательное решение, имеют большой вес, И я несколько тревожусь по этому поводу, поскольку нельзя сказать, что составители отчета однозначно на вашей стороне, Салли. Вы разделяете мои опасения, Найджел?

Мы сидели у Найджела в конторе. С тех пор, как от юристов Тони было получено ошеломившее нас всех письмо о планах переезда в Австралию, прошло два дня. Мейв Доэрти была крайне занята, работая над четырьмя делами одновременно, но сочла ситуацию достаточно серьезной и выкроила часок, чтобы приехать в Бэлхем на эту встречу. Вот так я во второй раз оказалась в конторе Найджела Клэппа за то время с тех пор, как он взялся представлять мои интересы.

— Э… по моему опыту, — сказал Найджел, — если отчет ССКПДМД не идет вразрез с существующим положением дел, суд обычно склонен сохранить статус-кво. В нашем случае… э… боюсь, это может означать, что будет принято решение о проживании ребенка с вашим мужем, но с возможностью более частых или длительных свиданий, проходящих без надзора. Но это означает также, что они смогут увезти ребенка в Австралию. Поэтому… э… я согласен с мисс Доэрти… нам необходимо каким-то образом добиваться решения о проживании сына с вами…

— Но, Найджел, — вступила Мейв, — проблема-то в том, что у нас нет никаких компрометирующих материалов против Тони и его сожительницы. Если только твоему «детективу» не удалось чего-нибудь добыть.

При упоминании о его «детективе» Найджел почти сумел изобразить улыбку:

— Наверное, пора пригласить ее и посмотреть, что ей удалось обнаружить?

— Ваш детектив женщина? — удивилась я. Найджел залился румянцем:

— Это… э… миссис Китинг…

— Вы меня не разыгрываете? — спросила я и тут же поняла, что мое замечание смутило Найджела.

— Она с этим неплохо справляется, — пробормотал он.

— Подтверждаю, — добавила Мейв.