Год Мужчины. Эффект женщины - Александр Гордиенко

Квартира Железнова (продолжение)

За 8 дней до точки отсчета. Среда. 00.43

– И что, – перед Наумом стоял полный стакан водки: по-фронтовому, так по-фронтовому. – Перед тем как поднять стакан, я хотел бы определиться: мы закапываем томагавк войны или «иду на вы», как говаривал князь Святослав, объявляем ее? – при этом взгляд Наум сосредоточил исключительно на стакане, и его вопрос был обезличен.

– У Екатерины изменился статус, – Железнов поднял стакан. – Она осталась без мужа.

– Вот как… извини, Катя, я не знал, – Наум тоже поднял стакан. – Тогда ответ известен.

– Да, Наум, тут ты прав, с женщинами мы не воюем.

Катя подняла свой стакан, также по-мужски наполненный до краев, посмотрела сквозь него на Железнова. – Я не женщина.

– Неужто девушка?! – голос у Наума приобрел ехидный оттенок.

– Стержень. Стальной.

– Да ну? Это ты сама себя так? Или обломался кто?

– Это Железнов сказал, – Катя немного приопустила стакан, посмотрела на Наума, – что от меня исходит холод, а во мне сидит стальной стержень… об который все обламываются. На расстоянии. И как это ни смешно звучит, Наум, – Катя уже смотрела в глаза Железнову, – я – девушка, ты угадал.

Наум, готовый было паясничать дальше, ошарашенно смотрел на Екатерину:

– Откровенно. И фантастически, – и чтобы как-то уйти от неловкости, продолжил. – А мы, собственно, празднуем или сочувствуем?

– Празднуем, – Катя кивнула на поднятые стаканы. – И сколько держать будем? Предлагаю выпить за начало новой жизни Екатерины Строевой, – с этими словами Катя не морщась, на едином дыхании опустошила стакан.

Железнов и Наум не заставили себя долго ждать.

– И что теперь? – Железнов мастерил сложный бутерброд из свежего бородинского, кусочка сала и дольки соленого огурца. – Как ты собираешься жить? Как я понимаю, на прежнее место работы ты не вернешься…

– Да нет, Александр, я теперь – невеста с приданым. Григорий оставил мне все свои российские активы. В виде акций, – про охранное агентство Екатерина решила не говорить – зачем настораживать предполагаемый объект воздействия? Тем более, что… Нет, об этом лучше даже не думать в окружении гениев и талантов.

– Акций? – в голосе Наума сквозило явное непонимание. – Это бумажки такие? Типа ваучеров?

– Уже не бумажки, – вмешался Железнов, – тут ты отстал лет на сорок. Сейчас все учитывается в электронном виде. На самом деле – это список акционеров. И обзывается «депозитарий».

– Хорошо, что не лепрозорий. Ну, хорошо, – Наум явно был настроен повысить свою экономическую грамотность, – и что? Список… И что он дает, этот список? То, что ты один из акционеров? Не понимаю.

– Няма! И слава богу! Иначе мы потеряли бы очень талантливого…

– …гениального, – поправил Наум. – Не вводи в заблуждение непосвященных, – Наум кивнул в сторону Екатерины.

– …извини, конечно же, гениального, – выделил интонацией Железнов, – продюсера. Кесарю – кесарево. Так вот, Няма, быть в списке – не самое главное. Важно – какие это акции и сколько их.

– Все равно пока ничего не понимаю.

– Да ничего тут сложного нет. Если ты владелец достаточно большого пакета акций прибыльного и развивающегося предприятия, то можешь считать себя богатым человеком…

– Я и так гений…

– Здесь пробегал дикобраз… – Железнов акцентированно процитировал Балу из «Маугли». – Няма, дослушай. Конечно же, если ты хочешь понять всю глубину и трагизм того, что ты лично не акционер, – Железнов улыбнулся. – Приведу простенький пример: если ты владеешь десятью процентами акций, например, нефтедобывающей или перерабатывающей компании…

– Ага… хороший пример…

– …то это означает, что тебе принадлежит десять процентов стоимости этой компании…

– Ого!

– И ты имеешь право на получение десяти процентов прибыли…

– Ничего себе!

– И еще много чего… Акционер может продать свои акции, при этом их стоимость, как правило, может составлять пятилетний доход, получаемый по этим акциям.

– Ни хрена себе! Саня! Если ты все это знал, то почему мы тут сидим!!! Без акций! И почему у нас их нет!!! Чтобы продавать их. Время от времени.

– Потому что, как говаривал известный тебе кот Матроскин: «Для того, чтобы продать что-то ненужное, это ненужное вначале надо купить»…

– И что, Катя, много у тебя этого ненужного? – Наум был явно сражен пробелом в своем образовании.

– Валя мне сказала, что если продавать все срочно, то около полумиллиарда…

– Сколько?!!

– …долларов…

– А кто такая Валя? – поинтересовался Железнов.

– А если не спешить, то процентов на двадцать-тридцать больше, – Катя смущенно улыбнулась. – Я и сама не предполагала, что Григ проявит такую щедрость. Но у него не было другого выхода – по-видимому, он очень не хотел, чтобы это все просто так попало в руки тех, с кем он конкурировал.