Девочка и призрак - Ханна Алкаф

Цзин как раз помогала Сурайе высвободить ногу из особенно глубокой лужи, когда они услышали шелест листвы.

Сурайя повернулась к Цзин. Ужас, поднимающийся из груди Сурайи, отражался в глазах подруги.

– Что это было?

– Не знаю, – шепнула Сурайя в ответ, вглядываясь в кроны деревьев. – Может, просто кошка или что-то вроде?

– Может быть, – Цзин сглотнула. – Идём, нам… – Однако слова замерли на губах: в тот самый миг от деревьев отделилась и поползла в их сторону тень. Баджанг-циветта оскалила ряды острых зубок в дьявольской улыбке и бросила голодный взгляд сначала на Цзин, потом на Сурайю и снова на Цзин. Циветта будто пыталась решить, кого проглотить первой. Попятившись, они услышали хихиканье и, обернувшись на звук, увидели тойола, преградившего им путь. Цзин посмотрела на Сурайю. – Нас окружили, – сказала она.

Сурайя кивнула:

– Значит, пора. Готова?

– Да.

Они прижались спиной к спине, чтобы каждая оказалась лицом к чудищу. Сурайя уставилась на баджанга, который негромко зашипел, а Цзин смотрела в упор на тойола: хихикая, тот подходил к ним всё ближе и ближе.

– На счёт «три», – сказала Сурайя негромко. – Один… – Она почувствовала, как Цзин позади напряглась, и увидела, что рука подруги медленно скользнула в карман рюкзака. – Два… – Хихиканье тойола перешло в торжествующий гогот (он был уже в нескольких сантиметрах от Цзин), а баджанг приготовился к прыжку. – Три!

Цзин кинулась к деревьям, разбрасывая на бегу разноцветные дешёвые игрушки из пластмассы, конфеты и монетки (всё это подруги наскребли по карманам и с полок единственного круглосуточного магазинчика в городе). Безделушки блестели и сверкали в лунном свете. «Тойола, который, по сути, является духом ребёнка, можно отвлечь тем же способом, каким и ребёнка: яркими красками и блестящими предметами, игрушками, сладостями и драгоценностями», – прочитали они чуть раньше. И тойол, бегущий за ней по пятам, в самом деле притормозил, едва завидев диковинные вещицы.

– Гу-у-у-у-у, – произнёс он, садясь и перебирая безделушки в руках, чтобы как следует их рассмотреть. – Гу-у-у-у-у!

Сурайя тем временем пыталась увернуться от баджанга. Услышав за спиной быстрые лёгкие шаги, она обернулась, чтобы на него посмотреть.

– Ты голоден? – окликнула его Сурайя. – Угощайся! – Она вытащила из рюкзака пластиковый пакет и, поставив его на землю, бросилась бежать. Сурайя знала: если баджанг догонит, он может в любую минуту наслать на неё безумие. «Я этого не допущу, – твердила она себе, задыхаясь. – Хоть бы сработало. Хоть бы сработало!» Кровь громыхала в ушах, поэтому девочка не сразу поняла, что больше не слышит шагов баджанга. Она с опаской повернулась и увидела, что циветта остановилась и поглощает содержимое пакета: галлон[28] свежего молока и дюжину яиц, которые они успели купить в городском мини-маркете, когда узнали, что баджанг ни за что не пройдёт мимо еды. «Особенно такой», – подумала Сурайя, вспоминая голодный взгляд баджанга, когда тот наматывал круги внутри стеклянной тюрьмы.

Цзин поравнялась с ней, также пытаясь отдышаться:

– Не верится, что план сработал.

Сурайя посмотрела вниз, туда, где продолжалось сражение, и охватившее её ликование тут же стихло.

– Расслабляться рано, – сказала она. – У нас гости.

Пока они разбирались с духами, паванг отделился от своры воюющих призраков и, подобрав полы балахона выше колен, направился к ним.

– Уже иду, девочки! – крикнул он, чтобы они услышали его в шуме дождя. Осторожно пробираясь между могил, он вытирал капли с очков.

Цзин и Сурайя переглянулись, испытывая одинаковый ужас.

– Мы же почти добрались! – Сурайя была в отчаянии. Она посмотрела на крохотную могилку на вершине холма в нескольких шагах от них. – Мы успеем, вперёд! – Она схватила Цзин за руку и побежала, увлекая её за собой. Но Цзин не сдвинулась с места. – Ты чего?! – Сурайя повернулась к ней. – Бежим!

– Не могу! – Цзин явно запаниковала. – Что происходит?! Не могу пошевелить ногой!

Сурайя посмотрела вниз – в тени, в грязи и под дождём что-то двигалось.

И тут она увидела, что полон схватил Цзин за ногу. Он вонзил когти в туфлю, пригвоздив её к земле так, что девочка едва могла приподнять ступню. Сурайя наклонилась его прогнать и вскрикнула: существо впилось ей в палец зубами, выдрав кусочек плоти.

– Гадкое отродье! – Сурайя попыталась сморгнуть слёзы. Кровь из ранки потекла к локтю, пачкая рукава баджу курунг.

В ответ полон лишь ухмыльнулся, с наслаждением облизывая окровавленный рот. Сурайя попробовала пнуть его ногой, но не смогла пошевелиться. Подоспели другие полоны – и пригвоздили когтями к земле и её туфли. Вскоре чёрная масса полностью облепила ноги девочек. Уколы десятков коготков заставили Сурайю прикусить губу от боли.

Дождь стих так же внезапно, как начался.

– Су, – голос Цзин звучал сдавленно от страха и слёз, которые она изо всех сил сдерживала, – что теперь?

Однако ответить Сурайя не успела – кто-то заговорил вместо неё.

– Сдавайтесь, конечно, – паванг любезно улыбнулся. Он стоял между двумя могилами, засунув руки в карманы промокшего балахона. Полная луна позади него превращала лицо в маску из теней и света.

Глава тридцать четвёртая. Девочка

ЕСЛИ БЫ ВЗГЛЯДОМ можно было убить, глаза-кинжалы Сурайи подарили бы кладбищу ещё одного призрака прямо здесь и сейчас.

– Мы не сдадимся! – воскликнула Цзин, яростно плюнув в сторону паванга. Сгусток слюны шлепнулся у его ног, и паванг посмотрел на него с отвращением.

– Ваше право, – произнёс он мягко. – Но ты в любом случае умрёшь этой ночью, девчушка. Так зачем тратить силы, противясь неизбежному?

– Чего вы хотите? – прошептала Сурайя.

– Чего хочу? – Паванга, казалось, искренно удивил этот вопрос. – Моя дорогая. Только того, чего заслуживаю: владеть миром, – он широко развёл руки, словно показывая, какие большие у него аппетиты.

– Зачем тогда вам Розик?

Паванг пожал плечами:

– Да он мне не так уж и нужен. Просто хочется, чтобы был. Ты же знаешь, как это, когда коллекционируешь вещи – тебе всё мало, пока не собрал всю коллекцию. Вроде покемонов! Собери их всех… – пропел он себе под нос фальшиво.

– Вы безумны.

– Называй это как хочешь, – Он улыбнулся Сурайе. – Вы по-прежнему обездвижены и в моей власти. – Он усмехнулся и потёр ладони. – Ооо, я так волнуюсь! Я выслеживал пелесита уже очень давно! Они так редко встречаются. Нужен подходящий момент. Знаете, иметь дело с баджангами и тойолами несколько утомительно, но терпимо. С полонами, признаться, довольно просто: достаточно крови убитого человека. Никто и не заметит, что одним бродягой, наркоманом или отбросом общества стало меньше.

Сурайя почувствовала, как