Отчаянные - С. Стивенс

Я застыла посреди автобуса, а Келлан направился к двери. Я выглянула в окно, чтобы лучше видеть, и закатила глаза. Сиенна. Конечно, это была Сиенна. Кто еще мог возбудить поклонников пары Келл-Секс? Я шагнула вперед, и Келлан открыл дверь:

– Сиенна? Что ты здесь делаешь?

В автобусе она нас обычно не донимала.

– Можно войти? – чарующе улыбнулась певица.

Келлан отступил и сделал приглашающий жест. Сиенна задержалась, поравнявшись с ним на пороге.

– Спасибо, – мурлыкнула она, прикрывая глаза.

Келлан с непроницаемым лицом отгородился дверью от жадных фанатских взоров. Поклонники орали и сыпали вопросами, покуда та не закрылась. «Давно ли вы вместе? Собираетесь ли вы пожениться? Мы любим вас! Келл-Секс навсегда!» Я только закатывала глаза. Такая зацикленность на вымышленных отношениях находилась за гранью моего понимания.

Очутившись в общем отсеке, Сиенна как ни в чем не бывало лучезарно улыбнулась мне:

– Кира! Рада тебя видеть.

– Я тоже, – буркнула я, покривив душой.

– В чем дело? – осведомился Келлан, приблизившийся к ней сзади.

Он произнес это медленно, как будто не сомневался в ее тайном мотиве. Я также не сомневалась в его наличии, но снимков уже понаделали, а потому Сиенна, должно быть, достигла цели.

Звезда повернулась к нему с жеманной гримаской:

– Нельзя уже и к друзьям заглянуть? Я привыкла к компании, а в этом турне со мной в автобусе нет никого, кроме охраны. Немного одиноко. – Она просветлела лицом, осененная мыслью. – Перебирайтесь ко мне на следующий перегон!

Келлан открыл было рот, но я его опередила:

– Нет, спасибо, нам и здесь хорошо.

Окажись они в одном автобусе, на следующей остановке таблоиды уже вопили бы о беременности Сиенны.

Сиенна помрачнела, как бы удрученная:

– Что ж, если передумаете, предложение остается в силе. – Своими темными глазами она оглядела наш дом-вдали-от-дома. – У меня-то автобус гораздо лучше.

Келлан прошел за ней и взял со стола мой ноутбук:

– Я хотел малость передохнуть перед концертом. Надеюсь, ты не обидишься. – Сиенна пожала плечами и помотала головой. Келлан обратился ко мне: – Не против? – Он намекал на Сиенну, и я поняла: «Не против побыть с ней на пару?»

Я кивнула. Под ложечкой опять засосало, и я тронула пальцем ноутбук:

– Меня больше тревожило твое чтение.

Келлан чмокнул меня в щеку и выдохнул мне в ухо:

– Моего отношения к тебе это не изменит.

От его дыхания на шее у меня зашевелились волоски. Келлан пошел в хвост автобуса, а я повернулась к Сиенне, которая со слабой улыбкой провожала его взглядом.

– Достало, правда? – обратилась я к ней.

Она оторвала взор от спины Келлана:

– Что ты сказала, милочка?

Я улыбнулась ей как можно искреннее, но и сама ощутила фальшь.

– Я о фотографах, которые ждали у клуба.

Безупречно подведенная губка Сиенны изогнулась в ухмылке.

– Да не особенно. Кто-то ежедневно сливает сведения о том, где я буду. В туалет не сходить. – Она обвела рукой пустой автобус. – Мне даже немного завидно, ваша команда ходит туда-сюда. Взять твою сестру: она же сейчас гуляет по магазинам? – Я кивнула, и Сиенна вздохнула. – А я и шагу не могу ступить, сразу налетят.

Прикинув, на что была похожа ее жизнь и какой стремительно становилась жизнь Келлана, я отозвалась:

– А если бросить все и уехать куда подальше?

Сиенна рассмеялась и накрутила на палец темный локон:

– Бросить сцену? Можно, конечно, но зачем тогда жить, если не заниматься любимым делом? При всех издержках плюсы перевешивают. Сейчас я на пике славы и не променяю ее ни на что. Мне нравится мое положение.

Она вернулась взглядом туда, где скрылся Келлан, и я подумала, что одно обстоятельство ей все-таки хотелось изменить: заполучить Келлана к трону, откуда она будет править миром.

Сиенна провела со мной около часа. Она постоянно поглядывала на спальные отсеки, но Келлан так и не вышел. Певица не то заскучала, не то разочаровалась и в конце концов нахмурилась и простилась со мной:

– Увидимся на концерте.

Она произнесла это громко, чтобы Келлан услышал. Но он не отозвался. Сиенна нацепила безукоризненную улыбку и с гордым видом покинула автобус.

С ее уходом меня разобрало любопытство, и я пошла проведать Келлана. Вход в спальную зону был завешен. Я осторожно отвела занавеску и сунулась внутрь. Свет в нашем отсеке горел, шторка была отдернута, Келлан лежал на боку и смотрел в ноутбук напряженно и сосредоточенно.

– Сиенна ушла, – шепнула я, тихонько приблизившись.

Он вздрогнул и уставился на меня:

– Не услышал тебя! Чуть в штаны не надул.

Я улыбнулась и присела на край постели. Пожевав губу, указала на компьютер.

– Противно? – прошептала я.

Келлан ответил долгим безмолвным взглядом. Лицо его оставалось совершенно невыразительным. Да, я увидела, как он на миг встрепенулся, но его мысли были мне недоступны. Прочел ли он о моих чувствах к Денни? Боже, а наши интимные сцены? Не следовало давать ему рукопись целиком. Надо было подредактировать. Каково ему было? Неведение убивало меня, но я ждала и приготовилась к худшему, когда он со вздохом закрыл ноутбук.

Выбравшись из нашей спальной норы, он сел на краешек матраца. Мы прислонились головами к верхней полке. Лицо Келлана смягчилось и стало грустным, он прошептал:

– Прости меня… за все страдания, которые я тебе причинил.

На мои глаза навернулись слезы.

– Ты причинил? Это я вырвала твое сердце и вернула в нарезке.

– До этого я пока не дочитал, – усмехнулся Келлан. – Пока еще я на месте, где я полная сволочь.

Я улыбнулась и толкнула его плечом:

– Мне нравилось, когда ты был сволочью.

– Учту, – хмыкнул он в пол и, подняв на меня глаза, продолжил: – Но я серьезно. Я действительно виноват. Надо было вести себя честно. Я хотел рассказать, что чувствую, но… просто не мог. Это было слишком трудно.

– Знаю, – сглотнув, кивнула я. – Но тебе незачем извиняться. Я натворила дел похуже. Извинениями тут не обойтись.

Келлан не стал спорить. Он лишь уныло улыбнулся и стер мне слезу со щеки. Испытывая нужду сказать об этом сейчас, когда нас обоих охватило сожаление, я добавила:

– Прости за эпизоды с Денни. Не надо было давать их тебе на читку.

Келлан положил мне на губы палец, зная, о каких сценах шла речь: