Невинная для палача - Ая Кучер

Казалось, что именно в этот момент наша любовь самая сильная.

Но после…

После я узнала, что беременна. Валид отлично постарался, чтобы тест показал две полоски. А потом застыл с кусочком пластика так, словно это бомба.

И, Боже, я никогда не видела мужчину столь растерянным, как в момент когда он впервые взял нашего сына на руки.

Велий и страшный Валид Хасанов, по прозвищу Палача, боялся дышать, пока голова Наиля лежала на его ладони.

Были моменты другие. Ещё и ещё. Они снежным комом неслись, разрастались всё больше с каждым днём.

И я с диким трепетом представляю, во что превратится этот ком к нашей старости.

– Эй!

Валид шлёпает меня по заднице снова, возвращая в реальность. Воспоминания растворяются, до нового удобного случая. Чтобы снова обдать меня теплом и заново окунуть в самые счастливые моменты моей жизни.

– Я просто вспомнила тебя и Наиля, – признаюсь. – Ты был таким испуганным, когда увидел его.

– Я не был испуганным, – качает головой до того, как я начинаю спорить. – Ты орала как резанная, маленькая. Был пиздец в каком ужасе, что тебе больно. Но не отвлекайся. Задавай свои вопросы, маленькая наглая журналистка.

– Ты пытаешься устроить себе допрос?

– Нихрена подобного.

– Признай, ты скучаешь по тем временам. Когда тебя таскали на допрос. А ты весь такой прошаренный и умный слал их к черту.

– Я слал их прямиком нахуй, лапуль. Но я думал у меня есть жена для того, чтобы я не скучал?

– Ах, вот какова моя роль?

Я подаюсь вперёд, прижимаюсь к губам мужчины. Чувствую вкус кофе и сигарет, впитываю их.

А в следующую секунду Валид перехватывает управление. Сметает меня своим напором. Его язык врывается в мой рот, принося с собой жар.

Возбуждение по капле стекает от моего сердца вниз, закручивается, пока не выплёскивается смазкой между ног.

Я ёрзаю, жажда становится всё больше. Налетает порывом ветра, уносит меня.

Быстро. Всегда так быстро с ним.

Я отрываюсь, глотаю воздух. Даю себе секунду на то, чтобы прийти в себя.

Мы ещё ничего не начали, но клеточки в моём теле уже пульсируют, впрыскивая дофамин в мою кровь.

Я даже не могу вспомнить, про что мы говорили до этого. Всё расплывается за плотным туманом наваждения.

– Ты хотела узнать новость, – напоминает Валид, чувствуя моё состояние.

– Дай угадаю, – наклоняюсь к уху мужчины, прижимаюсь к его коже. – Ты хочешь, чтобы я эту новость у тебя выпытала? И заполнила за каждый ответ сполна?

– Всегда знал что ты умненькая девочка.

– Хорошо. Это касается только нас двоих?

– Да. Снимай свою майку.

– Ох. Мы играли в это вечность назад, да? Ты мне ответ, я тебе желание.

– Именно, лапуль.

Я тяну верх пижамы, избавляюсь без капли стеснения. Мы с Валидом занимались сексом тысячу раз. Буквально. Даже больше, но кто считает?

Он знает моё тело, я – его. Нечего стыдиться.

Но кожа всё равно покрывается мурашками.

– Это лишь какая-то новость? – спрашиваю, царапая его загорелую кожу. – Или влечёт за собой что-то ещё?

– Не просто новость, – отвечает, скользя губами по моей груди. – Новость. И потом действие.

– Моё или твоё?

– Наше.

Валид запускает пальцы в мои трусики, касается влажного лона. Ласкает, распаляя меня до предела. Я приподнимаюсь, помогая мужчине избавить меня от одежды окончательно.

– Хватит загадок, – прошу, понимая, что надолго меня не хватит. – Так что за новость?

– Сегодня наша годовщина. И я выбрал, что ты мне подаришь.

– Годовщина? Ох.

Я не могу перестать улыбаться, а глаза начинает щипать от слёз. Валид действительно помнит этот день?

То есть, когда он сбежал из тюрьмы. И прихватил меня с собой.

Это значимая дата для него.

Но я не думала, что Валид решит отметить этот маленький пятилетний юбилей именно как наш юбилей.

Мужчина подхватывает меня, поднимается. Я обхватываю его торс ногами, пока Валид направляется в сторону нашей спальни.

– И что же за подарок? – интересуюсь, хотя все мысли о другом.

– Я решил, что ты подаришь мне дочь.

Меня обжигает, огромные атомные бомбы взрываются внутри. Радиоактивным счастьем заряжают.

Конечно, мужчина поставивший меня перед фактом, что мы женимся, не смог поговорить об этом по-другому.

Но я не против.

Совершенно не против.

– Я тебя люблю, – шепчу, обнимая его сильнее. Целую шею, трусь кожей о щетину.

– Ага, та же хрень.

– Валид!

– Люблю я тебя, люблю. Пиздец как люблю, маленькая.

И это самое прекрасное признание в мире.

Кто бы что ни говорил.

А подарок свой Валид получает. Ровно через девять месяцев рождается маленькая Амина.

Наиль пытается быть хорошим старшим братом, Амина – стать главной бедовой в нашем доме.

А мы с Валидом…

Мы с ним любим друг друга. И пять лет спустя, и десять, и двадцать.

И я думаю, что побег из тюрьмы – лучшее, что со мной случалось.